С начала полномасштабной войны в Украине медиа сообщали о беспрецедентном количестве осетин, уехавших на фронт. Как итог: количество смертей на душу населения в Северной Осетии значительно выше, чем в других северо-кавказских республиках. По данным «Медиазоны», 581 человек, но реальное число может быть выше.
Это существенные потери для небольшой республики. Из-за снижения численности мужского населения лидеры 12 республиканских общественных организаций опубликовали открытое обращение к главе республики Сергею Меняйло, в котором потребовали раскрыть потери в Украине. Помимо этого, они отправили обращение Путину и попросили запретить призыв на войну «представителей осетинского народа».
«На главной площади г. Владикавказа — площади Свободы — в течение недели проходило карнавальное празднество. Данный шабаш протекал в условиях, когда на фронтах СВО продолжает гибнуть молодежь Осетии, чьими телами уже переполнены кладбища Владикавказа <...> Разве в условиях, когда над Россией нависла смертельная угроза физического уничтожения, а осетинский народ вымирает прогрессирующими темпами, республика находится в нижней части общероссийского социально-экономического рейтинга, допустимы подобного рода “массовые гулянья”?», — говорилось в обращении общественников.
Однако оно осталось без ответа. Мужчин из Северной Осетии продолжают забирать на фронт. В местных Telegram-каналах регулярно публикуют информацию о похоронах в республике: новые посты о церемониях прощания с погибшими появляются почти каждый день.
На фронт отправляются и мужчины из Южной Осетии. Еще в октябре прошлого года заместитель командира корпуса по военно-политической работе Анатолий Бибилов отчитывался, что более 1100 добровольцев принимают участие в российском вторжении в Украину.
Осетины сражаются в том числе и в Курской области: военнослужащие из Северной и Южной Осетий в составе батальона «Сармат», преимущественно состоящего из осетин, пытаются отразить наступление украинской армии. СМИ и пропагандисты объясняют такое число осетин на фронте или «благодарностью России за 2008 год». Эта же риторика используется для мобилизации населения.
Наприемр, в середине августа в интернете появилось видео прокремлевского издания EurAsia Daily с добровольцами из «Сармата», где они рассказывают, что за помощь, которую Россия оказала Южной Осетии в 2008 году, они тоже будут «помогать ей уничтожать врага».
Журналист, который снимает видео, спрашивает добровольцев: «[Вы] приехали, чтобы помочь русским братьям?»
Помимо благодарности, разыгрывается и карта «мести за 2008 год»: в прогосударственных медиа и Telegram-каналах отмечают, что за Украину воюют бойцы из Грузии, которые по словам пропагандистов, пытаются отыграться за события 2008 года.
«В свою очередь в составе ВСУ в Курскую область заскочили и грузинские наемники. Они оставили там надпись в адрес российских военных: «Это вам за Грузию 08.08.08», — говорится в статье EurAsia Daily.
В Курской области воюет и ДРГ «Алания», в состав которого входят в основном добровольцы из Северной Осетии. На данный момент известно как минимум об одном военном из Северной Осетии, погибшем во время наступления ВСУ на территорию России.
«При выполнении боевых задач по зачистке от нацистов Курской области героически погиб наш земляк Ядерный Георгий (племянник Беликовых). В свои 22 года не побоявшись отдать жизнь, встав на защиту детей, женщин и стариков Курской области. От лица командования и личного состава полка им.Исса Плиева выражаем искренние соболезнования родным и близким погибшего» — говорилось в новости о гибели 22-летнего Георгия Ядерного.
Большое количество добровольцев из Северной Осетии объясняется, однако, не только «благодарностью России». Активист Алик Пухати в одном из выпусков подкаста «Свободы (не) за горами» объяснил, что есть несколько факторов. Сказывается и отсутствие других «социальных лифтов» в республике: по сути армия остается одной из немногих возможностей добиться статуса в обществе и достойной заработной платы:
«Есть несколько причин, почему осетины идут [воевать]. Идеологическая причина: Россия нам помогла в войне 2008 года, и мы возвращаем свой долг. Армия — это один из немногих социальных лифтов, который работает для сельских жителей Осетии. Они массово работают в силовых органах, и поэтому для них было очевидно, что они пойдут на эту войну. У них не было выбора пойти и не пойти. Им сказали — они идут. Это такой иерархический аспект. Есть и материальный аспект. Денежные выплаты. Мало где человек сможет заработать столько в Осетии. Какой из этих аспектов больше влияет на решение человека — это большой вопрос. На мой взгляд, идеологический аспект повлиял на решение максимум сотен добровольцев, а остальные же были вынуждены пойти, потому что у них контракт с Минобороны или же просто предлагали хорошие деньги. Вот такая реальность», — говорил Алик Пухати.
Для осетин вопрос воссоединения Южной и Северной Осетий стоит с 1992 года. Грузия вышла из СССР еще в 91-м, но Южная Осетия, входившая в Грузинскую ССР, осталась в составе союза. После распада СССР жители Южной Осетии во время референдумы заявили о желании воссоединиться с Северной Осетией. Из-за этого на территории Южной Осетии проходили боевые столкновения между грузинскими войсками и осетинами, которые хотели автономии.
С 1992 года Южная Осетия оставалась де-факто независимой территорией со своей конституцией. Но напряженность и столкновения между грузинскими войсками и миротворцами из России и Осетии продолжались. Руководство Южной Осетии получало помощь от России и выдавало своим жителям российские паспорта.
Положение оставалось неизменным до 2007 года, когда Михаил Саакашвили стал активно выступать за восстановление территориальной целостности Грузии и стремиться к вступлению в НАТО. Тогда Южная Осетия, которая долгое время оставались вне внимания России, резко стала объектом ее интереса.
К лету 2008 года Южная Осетия была насыщена российским оружием, а российские военные тренировали местное ополчение. Напряжение между Грузией и Россией нарастало, и в начале августа начались вооруженные столкновения в районе Цхинвали. 8 августа Россия объявила о начале «операции по принуждению к миру». Активная фаза русско-грузинской войны продлилась пять дней.
Россия находится в первой десятке стран по количеству рабов, опережая Афганистан и Кувейт. Государство проблему не решает: внимание на нее обратили лишь после истории с «рабами из Гольяново», когда из фактического рабства в продуктовом магазине удалось освободить более 10 человек. Однако с тех пор ничего не поменялось, рабство по-прежнему остается острой проблемой: полиция закрывает глаза на рабовладения и не хочет связываться с такими делами, а вербовщики вылавливают своих жертв прямо на улицах в центре города. Распространившееся в России рабство быстро стало проблемой и в республиках Северного Кавказа.
«Свобода не за горами» выяснила, как выглядит рабство сегодня и почему полиция и общество закрывают на него глаза.
«Били из-за каждой мелочи»
В 2012 году история о современном рабстве прогремела на всю Россию. Активисты движения «Альтернатива» освободили из подсобки круглосуточного магазина «Продукты» в московском Гольяново 12 человек — девять женщин и трёх мужчин: граждан Казахстана, Узбекистана и Таджикистана. Некоторые из них более 12 лет подвергались трудовой и сексуальной эксплуатации.
«Мы в таких условиях проработали 10 лет. Нас не выпускали. Я за 10 лет в первый раз на улице. Нас били из-за каждой мелочи. Могли побить из-за того, что я у кого-то не взяла 10 копеек. Била нас женщина, хозяйка. Почти каждый день», — рассказывала одна из спасенных женщин.
О «рабах из Гольяново» в том году говорили везде, они даже фигурировали в докладе госдепартамента США о торговле людьми. Казалось, что после того случая на проблему современного рабства будут обращать больше внимания в России, но на деле ситуация никак не изменилась. По данным «Global Slavery Index», Россия на восьмом месте по количеству рабов: на каждую тысячу человек тринадцать — в трудовой эксплуатации. Ниже находятся Афганистан и Кувейт.
«Альтернатива» до сих пор вызволяет из ферм, кирпичных заводов и домохозяйств тех, чей труд незаконно эксплуатируют. Например, 25 января этого года волонтеры движения помогли минчанину Дмитрию выбраться из рабства на кирпичном заводе в дагестанском Каспийске.
Последний громкий случай произошел этим летом. «Альтернатива» рассказала про 41-летнего Андрея Старостина, который попал в трудовое рабство. В ноябре 2021 года на площади Трех вокзалов в Москве к нему подошел неизвестный человек и предложил поработать три месяца в Ставропольском крае. У Старостина не было документов, поэтому «работодатель» даже обещал ему их восстановить.
Андрея привезли на ферму, ее хозяин Рашид уговорил мужчину поработать на него три месяца. Но три месяца растянулись на три года. В обязанности Андрея входили уход за скотом и помощь по хозяйству. Жил Старостин в небольшой пристройке к дому, в помещении не было даже света. Единственные удобства Андрея — газовая плита и таз с водой из колодца.
Мужчина работал с утра до вечера, зарплату ему не платили, только кормили обещаниями о деньгах и возможности уехать.
— Удивительно, но длительное время мужчина мирился с происходящим и верил в хорошее к нему отношение. Ведь, по словам Андрея, Рашид ему купил кнопочный телефон, приносил лекарства, когда тот болел, и даже примерно раз в месяц/полтора вывозил в город на выходной, где Андрей мог провести время в интернет-кафе, — говорит «Альтернатива».
Только в июне этого года Старостин окончательно осознал, что работа не закончится, и денег ему не заплатят. Мужчина позвонил своей сестре и рассказал ей, что он в беде. Сестра, в свою очередь, обратилась к «Альтернативе», и в июле активисты вызволили Андрея.
«Наш русский»
История Андрея Старостина не уникальна. Подобная «схема» порабощения людей существует десятки лет. «Свободе (не) за горами» удалось узнать о похожем случае в Ингушетии. Человек попал в рабство почти двадцать лет назад, а «хозяевам» его «продали» сотрудники полиции.
В начале 2005 года сотрудники правоохранительных органов Ингушетии задержали в Назрани русского мужчину без документов и места жительства. Силовики привезли его к хозяину небольшой фермы в ингушском селе и предложили взять на работу. Хозяин фермы согласился и заплатил силовикам за помощь в поиске работника.
— Я тогда была маленькой, не понимала же. Ну, думала, что человек просто у нас работает, — рассказывает «Свободе не за горами» дочь хозяина фермы Алия.
Под жилье русскому Кириллу [имя изменено] выделили небольшой сарай. В обязанности мужчины входили помощь со стройкой и уход за скотом.
— У нас в семье много детей, мы все с ним дружили, играли. Папа ему покупал сигареты и водку. В конце дня он заходил к нам в дом и говорил: «Алияшка, налей немного», — вспоминает девушка. — Я наливала немного, а он просил все больше и больше. Ты же понимаешь, я была маленькой. Хоть убей, я не понимала, что тут что-то не так. Я не знала, какие у него договоренности с моим отцом. Не знала, платил ли он ему, и, если да, то сколько. Мне наоборот казалось, что он был бездомным, а мы ему помогаем. Мы называли его «наш русский».
Кирилл проработал на ферме ингушской семьи три года, а затем сбежал. Никаких вестей о нем не было две недели, после чего мужчина вернулся сам. У него не было ни документов, ни денег, а обратиться в полицию он не мог: его бы снова вернули на ферму.
— Помню, я очень обрадовалась, когда он вернулся. Он снова жил у нас, — на вопрос о том, не смущало ли никого в семье, что мужчина жил в сарае, где помещались только маленькая кровать и шкаф, девушка отвечает, что нет. — Я думала, это лучше, чем жить на улице. По правде говоря, сейчас мне тоже странно это, конечно. Но мы им тогда брезговали. Он всегда был грязный, оборванный, было бы странно жить с ним в одном доме. Поэтому вот он жил в сарае.
Спустя еще пять лет Кирилл попытался сбежать снова, в этот раз его нашли знакомые хозяина фермы и вернули ему. Больше мужчина попыток побега не предпринимал. Он прожил в этой семье 17 лет и умер в своем сарае.
— Мы даже не знаем, сколько ему точно было лет, потому что он всегда путался. А документов ему так никто и не сделал. Клянусь, до того, как ты мне написала, я не задумывалась, что это вообще не нормально. Сейчас, конечно, понимаю, какой это ужас. Мы с сестрой пытались найти его родственников, он, когда был жив, называл нам имена, и мы искали их в соцсетях. Так никто и не откликнулся, — резюмирует девушка.
Ферма этой семьи не находилась в отдалении, как было в случае Андрея Старостина. Наоборот, она располагалась на плотно застроенной сельской улице. Однако никого из соседей точно так же не смущало, что Кирилл без документов живет в сарае и работает без зарплаты.
«Он представился ФСБшником»
Одну из ключевых ролей в вовлечении людей в рабство играют вербовщики. Нередко они ищут жертв на вокзалах. Они могут разговориться с людьми и, узнав, что у тех есть проблемы с документами или деньгами, предлагают им «несложную» работу на заводе или ферме.
В мае 2023 года «Альтернатива» опубликовала историю гражданина Узбекистана Алексея Самарина. Он жил в России без документов и постоянной работы. В 2020 году мужчина познакомился с «сотрудником ФСБ» из Чечни Александром Устиновым.
«ФСБшник» предложил Самарину работу в Чечне и обещал зарплату в 10 тысяч рублей, питание и одежду. Самарин согласился, «сотрудник ФСБ» привез его к своей матери в Надтеречный район республики. По словам Алексея, через неделю работы на мать Устинова его увезли на животноводческую ферму. Там мужчину кормили один раз в день, денег не выплачивали, а с родственниками давали связаться дважды в месяц и только по громкой связи.
Спустя почти три года рабства Алексей смог связаться со своей родственницей, которая обратилась к «Альтернативе».
— Помочь Алексею оказалось задачей не из простых. Мы очень рады, что у нас появился новый волонтер по Северному Кавказу, который не отказал в помощи. Алексей дал ориентир в поле, где его нужно было ждать. В назначенную ночь Алексей сбежал с фермы, а наш волонтер его встретил. В общей сложности Алексей провел в рабстве почти 3 года, — пишет организация.
После побега, «ФСБшник» связался с Алексей Самарином и угрожал ему, если тот не вернется на ферму: «Ты точно не вернешься? [Тогда] в России тебе точно не жить».
Сейчас Алексей Самарин в безопасности.
Самарина спасло то, что он сам заявил о своем положении. Выбраться из рабства может только тот человек, который понимает и признает, что он в трудовой эксплуатации, объясняют правозащитники. Иначе помочь людям практически невозможно.
«Не обладая информацией о том, что конкретный человек с именем и фамилией хочет уйти [из рабства], мы можем просто прийти на эту ферму, посмотреть на то, как они все буду отрицать, что их к чему-то принуждают, и кивать на то, что сами отдали свои документы «на хранение». И всё. Современное рабство ровно за счёт этого и держится. Помочь можно только тому, кто сам хочет из такой ситуации выбраться и не боится обратиться за помощью», — говорил руководитель движения «Альтернатива» Олег Мельников.
Несмотря на то, что в России есть статьи УК о принудительном труде, уголовные дела по ним заводятся редко. По словам юристов, следователи просто не хотят заниматься такими специфическими делами, а собрать доказательную базу по ним крайне сложно.
«Все заканчивается на первом же вопросе: “Могли уйти, почему не ушли?” Физическое удержание, насилие — это как-то можно освидетельствовать экспертизой, но в большинстве случаев “рабовладельцы” используют психологические способы удержания: угрозы, конфискацию документов, долговую кабалу. В таких случаях доказывать состав преступления и разбираться в деле в разы сложнее, чем при снятии побоев», — говорил дагестанский юрист в разговоре с «Кавказ. Реалии».
Поэтому активисты, которые помогает людям в рабстве, вынуждены работать без помощи правоохранительных структур:
«На сообщения о трудовом рабстве в полиции реагируют примерно так же, как при заявлениях о домашнем насилии: “Это какие-то их разборки. Работник говорит одно, хозяин — другое, поди докажи, что кто-то кому-то не заплатил, чего мы будем копаться, кучу времени терять”. Для нас проще и быстрее подогнать машину в нужное место и помочь человеку бежать. А если у него еще и паспорт не отобрали, то вообще замечательно. Но даже если документов нет, все равно можно бежать, а паспорт потом восстановить», — рассказал координатор «Альтернативы».
По словам активистов, сотрудники полиции иногда не только не помогают, но и возвращают беглецов из рабства обратно и получают за это вознаграждение. В таких случаях попавшие в рабство не знают, к кому обратиться. Организация «Альтернатива» существует с 2011 года, и за это время правозащитники помогли сотням людей выбраться из рабства.
Куда обратиться:
Если вы или ваши знакомые оказались в рабстве, обратитесь к движению «Альтернатива»
Глава Чечни Рамзан Кадыров заявил, что компанию Wildberries — один из крупнейших маркетплейсов на российском рынке — пытаются захватить некие «известные кавказцы». И они же якобы удерживают основательницу компании, богатейшую женщину России Татьяну Бакальчук, и не дают ей увидеться с семьей и мужем. Сооснователь Wildberries Владислав Бакальчук обратился к Рамзану Кадырову с просьбой защитить бизнес от «рейдерского захвата». Глава Чечни пообещал бизнесмену «крышу»: не только спасти бизнес, но и вернуть жену в семью. При этом сделка, которую пытается отменить глава Чечни, была одобрена лично президентом Владимиром Путиным и должна была существенно помочь российскому бизнесу.
«Свобода не за горами» рассказывает, как Владислав Бакальчук фактически натравил на свою жену Рамзана Кадырова, что на самом деле происходит с бизнесом Бакальчуков и почему амбициозная сделка вызвала столько споров.
«Жена должна вернуться домой»
Глава Чечни Рамзан Кадыров 23 июля опубликовал в своем Telegram-канале видеозапись встречи с Владиславом Бакальчуком — сооснователем маркетплейса Wildberries. Бакальчук пришел к Кадырову с жалобами на конкурентов и на проблемы в личной жизни: по словам предпринимателя, у него пытаются отобрать бизнес, а его жену изолировали от него и не дают им увидеться.
«Жена ушла из дома, связалась с непонятной компанией», — сетует в разговоре с Кадыровым Владислав Бакальчук.
Татьяна Бакальчук — богатейшая женщина России с образом успешной бизнес-леди. Месяц назад она заявила, что Wildberries объединится с компанией Russ Outdoor. Именно владельцев этой компании Владислав обвиняет в рейдерском захвате. Russ Outdoor незаконными путями выводят активы Wildberries и «отжимают» бизнес, считает предприниматель.
Кадыров встал на сторону Бакальчука и пообещал, что разберется в вопросе. Владельцев Russ Outdoor глава Чечни обвинил в «немужских поступках» и заявил, что не считает их людьми. К тому же, по убеждению Кадырова, жена предпринимателя должна вернуться домой.
«Сделаю все возможное, чтобы помочь вернуть в семью Татьяну Владимировну и защитить законный бизнес. Лица, известные своими рейдерскими махинациями и причастные к этим незаконным действиям, должны остановить этот процесс, вернуть супругу Владислава и бизнес в семью. И в этом вопросе я дойду до конца», — пообещал Кадыров Владиславу Бакальчуку.
Разобраться с «рейдерским захватом» и проблемами в семье Бакальчуков Кадыров поручил своему ближайшему соратнику, депутату Госдумы Адаму Делимханову. Тот в своем Telegram-канале уже отчитался, что все поручения «будут выполнены быстро и на сто процентов».
Сама Татьяна Бакальчук вместо возвращения домой заявила, что все решения по сотрудничеству с Russ были изначально согласованы с мужем. Как заверяет женщина, он даже присутствовал на совместной презентации Wildberries и Russ Outdoor для топ-менеджмента.
«Это не рейдерский захват. Это развод», — объяснила Бакальчук.
Опубликованная Бакальчук фотография, подтверждающая присутствие Владислава Бакальчука на совместной презентации с Russ
Позже она опубликовала видео, в котором отметила, что с ней все в порядке и спасать ее не нужно. Бакальчук также заявила, что ее супругу принадлежит 1% акций Wildberries, однако в управлении компанией он не участвует. Сделка с Russ уже одобрена и полностью поддержана, добавила предпринимательница. При этом она ни разу не упомянула Рамзана Кадырова и его вмешательство.
Владислав, однако, с версией своей супруги не согласен. В интервью РБК он заявил, что объединение маркетплейса с компанией Russ с ним не обсуждали и «поставили перед фактом». По словам Владислава, Татьяна «ушла из дома» в апреле, а в июле отстранила супруга от работы в компании. Еще весной Бакальчук начала общаться с братьями Леваном и Робертом Мирзоянами — именно их Кадыров назвал «немужчинами». Роберт Мирзоян занимает должность гендиректора компании Russ Outdoors.
Владислав Бакальчук подтвердил, что совместный проект действительно был одобрен Путиным. Но предприниматель подчеркивает, что Мирзояны начали согласовывать сделку еще до того, как договорились с Бакальчуками. В июле была создана новая компания, на которую уже начали переписывать активы Wildberries. По оценке Владислава, на новую компанию перевели активов на сумму приблизительно 50 млрд рублей.
С женой Бакальчук не общается с июля. Он считает, что Татьяной манипулирует брат гендиректора Russ:
«Я считаю, это решение Левана Мирзояна, который подчинил Татьяну и манипулирует ей. Цель — это заработать деньги, заработок».
О дружбе с Кадыровым Бакальчук сказал немногое: лишь подтвердил, что они общались, поэтому «так получилось», что он обратился именно к главе Чечни. Предприниматель выразил надежду, что Кадыров «окажет помощь».
Конкурент Amazon и Google, рост ВВП и своя платежная система
Об объединении Wildberries с Russ стало известно 18 июня. Russ Outdoor — это один из крупнейших в России операторов наружной рекламы. Тогда сделка вызвала много вопросов: у компаний были слишком разные сферы деятельности. Официально было заявлено, что цель объединения — «создание новейшей цифровой торговой платформы».
Сделку, как сообщали источники РБК, одобрили в правительстве, а курировать огромный проект назначили замглавы администрации президента Максима Орешкина — экс-министра экономического развития. У будущей компании были большие амбиции: из нее хотели сделать «сильнейшего конкурента» американским Amazon, Alphabet (владелец Google), китайской Alibaba и японского SoftBank.
В письме Путину с описанием проекта заявлялось еще и о создании платежной системы для расчета в рублях по всему миру в обход SWIFT и цифровой банковской сети, рассказывают собеседники РБК. Подразумевалась и глобальная офлайн-сеть из логистических центров, магазинов, складов и офисов. А направлен проект на предприятия сегмента малого и среднего бизнеса. Продвижение российских компаний за рубежом должно было увеличить ВВП России на 1,5% в год, сообщал один из источников РБК. Предполагалось, что благодаря проекту вырастет экспорт и будут сформированы бренды отечественных компаний за границей.
Согласно данным Forbes, в верхнем левом углу того самого письма стоит резолюция: «Орешкину М.Е. Поддержите. В. Путин». Впрочем, теперь Кремль в разгорающийся конфликт не вмешивается и высказывания Кадырова не комментирует. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков разводит руками: якобы в Кремле не видели заявления главы Чечни о «рейдерском захвате» Wildberries.
Эксперты объясняли объединение и более приземленными целями: по одной из версий, Татьяна Бакальчук захотела занять лидирующие позиции на рынке рекламы. То есть у Wildberries появятся новые площадки для рекламы, а Russ Outdoor за счет маркетплейса сможет привлечь новую аудиторию.
Однако тогда условия сделки, о которых сообщали в медиа, выглядели иначе. Во-первых, речь шла не о юридическом объединении юрлиц, а о «консолидации усилий двух компаний». Во-вторых, гендиректором нового объединения должна была стать сама Татьяна Бакальчук, а Роберту Мирзояну отходила позиция исполнительного директора. По итогу в новой компании ООО «РВБ» гендиректором стал Мирзоян.
После объединения в компании начались увольнения, а вместо старых сотрудников приходили люди из Russ, рассказывает один из источников Forbes. Об этом заявил и Владислав Бакальчук в интервью РБК: несогласных топ-менеджеров увольняют, но при этом выплачивают значительные компенсации, поэтому те не жалуются.
«Неизвестные кавказцы» против Кадырова
Помимо братьев Мирзоян, Кадыров упомянул еще «нескольких известных кавказцев». Одним из бенефициаров компании является депутат-единоросс от Ингушетии Бекхан Барахоев — по официальным данным, самый богатый депутат Госдумы. Речь также может идти о миллиардере и сенаторе от Дагестана Сулеймане Керимове. СМИ писали, что на самом деле именно он стоит за Мирзоянами и компанией Russ Outdoor. С помощью сделки с Wildberries Керимов хотел «влезть» в бизнес Бакальчук, заявлял один источник The Bell.
Официально эту информацию никто не подтверждал. И Керимов, и Мирзоян всегда отрицали, что миллиардер хоть как-то участвует в бизнесе. Но источники «Коммерсанта» и сейчас утверждают, что «за Russ все еще стоит Керимов».
Летом прошлого года вокруг Russ Outdoor тоже разгорался скандал. Тогда в Госдуме лоббировали законопроект о едином операторе рекламы, который регулировал бы этот рынок. Как отмечали тогда и отдельные депутаты, и эксперты, такое решение создало бы монополию. А требованию к потенциальному регулятору были прописаны таким образом, что под них подходило только одна компания — Russ Outdoor.
Публично конфликтов между Керимовым и Кадыровым никогда не было, а интереса к маркетплейсам и наружной рекламе глава Чечни раньше не проявлял. Однако его окружение постепенно расширяет бизнес-влияние и выходит за границы республики — на федеральный уровень. Приближенные Кадырова участвовали в покупке западных компаний, ушедших из России, таких как Starbucks, OBI и, вероятно, McDonald’s.
Семейный бизнес «предпринимательницы от сохи»
История создания Wildberries выглядит, как сюжет вдохновляющей книги: обычная учительница английского, у которой не было денег даже на стартовый капитал, создала с нуля огромный бизнес. Такой образ, однако, ей построили умелые пиарщики, которых компания наняла, чтобы повысить лояльность к бренду.
На самом деле когда Бакальчук решила построить бизнес, ее муж уже несколько лет был предпринимателем. В интервью Татьяна упоминала, что в начале ей едва хватило денег на сайт, но в реальности сайт сделала принадлежащая Владиславу компания. Эту же компанию Владислав затем продал, однако публично в Wildberries заявляли, что эти деньги не вкладывались в бизнес Татьяны.
Жизнь сотрудников компании, впрочем, от вдохновляющего фильма сильно отличается. Wildberries преследуют скандалы из-за нарушений трудовых прав: сотрудники работают по 14 часов в день, терпят оскорбления от руководства, получают штрафы за малейшие ошибки и даже раздеваются до нижнего белья на выходе со складов. Условия работы иногда приводят к летальным исходам: несколько сотрудников умерли на рабочем месте.
Уже после запуска к бизнесу присоединился Сергей Ануфриев, которого в медиа даже начали называть совладельцем компании. Без Ануфриева в компании не решался ни один финансовый вопрос, рассказывают бывшие сотрудники. Он якобы мог наложить вето и на решения самой Бакальчук. Значимую роль играл и Владислав, хотя публично Wildberries позиционировался исключительно как бизнес Татьяны — «предпринимательницы от сохи».
«Влад — это мозг компании, Татьяна — сердце, Сергей [Ануфриев] — мышцы», — рассказывал один из собеседников Forbes.
Владислава от управления компанией отстранили в июле. А Ануфриев ушел еще весной, то есть в самом начале процесса объединения. Публично он свой уход не комментировал.
Стал ли Ануфриев одним из «несогласных топ-менеджеров», уволенных с большой компенсацией, не известно. В своем обращении Бакальчук его не упоминала. Ничего не говорил о нем и ее супруг: ни в интервью, ни в разговоре с Кадыровым. Братья Мирзояны и Барахоев ситуацию не комментировали, а пресс-служба Wildberries ограничилась сухим заявлением, что компания продолжает работать в штатном режиме.
За два года войны в Украине погибли сотни военнослужащих из республик Северного Кавказа. В июне по ингушским СМИ стала распространяться информация о военном из Ингушетии, убитом своими же сослуживцами. Смерть попытались выставить самоубийством, но при этом у убитого украли деньги с карты, а в сети стали распространять видеозапись трупа с травмами насильственного характера. Ингушское руководство попыталось замять ситуацию и заверить, что чиновники проконтролируют ход расследования. Однако «Свободе (не) за горами» удалось выяснить, что это не единственный подобный случай. Всего за неделю как минимум двое ингушских военных были убиты сослуживцами.
«Свобода (не) за горами» рассказывает, почему никто не знает, что случилось с убитыми на самом деле, и как ингушские власти пытаются замять эти дела
«Он же наш брат. Помолитесь за него»
В середине июня в соцсетях стала распространяться информация, что российские военные убили в Украине своего сослуживца из Ингушетии, 25-летнего Рашида Дударова, за отказ участвовать в штурме. Об этом говорится в аудиозаписи неизвестного ингушского военного, который, судя по его словам, также находится в Украине.
«Здесь в Украине был парень, который с нами приехал, [зовут] Рашид Дударов. Русские убили его за то, что он отказался идти на штурм. Выставили все так, будто он покончил с собой, но с его банковской карты похищены деньги. На теле видны следы, которые показывают, что его душили, а не он сам повесился. Он же в любом случае наш брат, даже несмотря на то, что мы тут. Помолитесь за него», — говорит военнослужащий на ингушском языке.
Сначала об этом писали только в региональных пабликах, затем информация появилась и в СМИ. Один из родственников Дударова рассказал «Свободе (не) за горами», что семья парня даже планировала провести акцию, чтобы дело расследователи, но она так и не случилась, потому что с ними связались ингушские чиновники и заверили, что обстоятельства гибели военного будут расследованы.
Уже спустя два дня после публикации аудиозаписи глава республики Махмуд-Али Калиматов взял дело под личный контроль. В официальной публикации Telegram-канала правительства Ингушетии заявлялось, что руководство направило обращения в региональные военную прокуратуру и Следственный комитет для «для проведения тщательной проверки по факту гибели Р. Дударова и объективной оценки произошедшего».
В конце июня в селе Кантышево, откуда родом Дударов, прошли его похороны. Траурную церемонию посетили главы министерств и ведомств республики, первый вице-премьер региона и председатель парламента. Семье Дударовых передали гуманитарную помощь от имени главы Ингушетии Махмуд-Али Калиматова. Сами чиновники признают, что Дударов погиб не в результате самоубийства.
— Мы знаем, что он [самоубийство] не совершал, мы знаем, что он умер не так, — говорит на видеозаписи с похорон один из чиновников матери погибшего военного.
— Вам сейчас сложнее всего. Но что поделать… Как бы там ни было, это случилось, такая у него была судьба. Мы с первого дня позвонили и написали, куда надо. Мы это решим. Не грустите, что поделать… — говорит второй чиновник, обращаясь к матери Дударова.
— Спасибо за то, что смотрите за нашим делом, и за то, что приехали к нам, — отвечает им мать погибшего военнослужащего.
С момента похорон прошел месяц. Однако о ходе расследования гибели Рашида до сих пор нет никакой информации.
О смерти Рашида Дудаева писали многие СМИ, а после аудиозаписи начало распространяться и видео. На нем видно, что на теле погибшего есть признаки насильственной смерти: обширные гематомы, борозда на шее и травма височной области. В описании говорилось, что это тело Рашида Дударова, однако «Свобода (не) за горами» выяснила, что это другой ингуш.
«Мама, меня тут пытаются убить»
34-летний Зяудин Тумгоев дважды сидел в тюрьме. В 2011 году его посадили на четыре года за сбыт и хранение огнестрельного оружия. Затем в июне 2022 года его приговорили к 18 годам за участие в организованной группировке, похищавшей людей и вымогавшей у жертв деньги и имущество.
В мае 2024 года Тумгоев решил поехать на фронт, чтобы избежать дальнейшей отсидки. Из колонии его увезли в тренировочный лагерь в оккупированной Донецкой области. Уже через восемь дней родственникам сообщили о его гибели.
В справке о причине смерти говорится, что Тумгоев умер от «внутримозгового кровоизлияния в мозжечок головного мозга». Также в документе указано, что «смерть наступила в результате заболевания».
«Свобода не за горами» выяснила, что Тумгоев в 2019 году содержался в СИЗО г. Ногинска Московской области и пытался там покончить с собой из-за пыток.
«Мам, меня пытаются тут убить. Я порезал руки, чтобы меня не повесили. Распространи это видео, они все знают, кто меня пытается убить», — говорил Тумгоев на видеообращении из СИЗО.
Мы сравнили видео, на котором якобы труп Рашида Дударова, с видео Зяудина Тумгоева и выяснили, что это его тело, а не Дударова.
Один из знакомых Тумгоева также подтвердил эту информацию. По его словам, в колонии пытки не прекращались, поэтому в конце мая мужчина согласился поехать в Украину. Однако уже 2 июня, еще в тренировочном лагере, Тумгоев был убит, у него остался семилетний ребенок.
Чеченский блогер Хасан Халитов со ссылкой на родственников убитого в своем написал, что в ночь с 1 на 2 июня Зяудин переписывался с родными и говорил, что у него все хорошо, и что 2 июня после обеда, когда закончатся учения, он им позвонит. Однако вечером 2 июня родственникам Зяудина позвонил человек, представившийся комбатом, и сообщил о его смерти. По словам комбата, он нашел Зяудина без сознания на дороге.
В течение четырех дней родственникам Тумгоева не сообщали, где тело погибшего. Из тренировочного лагеря с ними больше не связывались, в моргах говорили, что человек с именем Зяудин Тумгоев к ним не поступал. По словам Халитова, найти тело помог ингушский депутат, который выяснил, что в заявлении о смерти была сделана ошибка в фамилии. В заявлении его фамилия написана как «Тунгоев».
«Когда тело привезли, оно было в ужасном состоянии. Вскрытие тела и головы было произведено в Донецке, хотя по всем правилам это должно делаться в морге на территории России. Он месяц должен был находиться на обучении. Исходя из этого, мы понимаем что Тумгоев даже не доехал до фронта, предположительно, его убили в лагере для обучения новичков», — написал Халитов.
Меньше, чем за одну неделю, на войне, предположительно, собственными сослуживцами, были убиты двое ингушей. Они стали 84 и 85 погибшими в Украине уроженцами Ингушетии. Если дело о гибели Дударова республиканское правительство «взяло на личный контроль», то в случае Тумгоева никаких официальных заявлений не было до сих пор.
После нападения боевиков в Дагестане российские пропагандисты обвинили в распространении радикальных идей популярных в республике инфлюенсеров. Основным объектом нападок стал чемпион UFC Хабиб Нурмагомедов, которому когда-то с поздравлениями звонил лично Путин. Теперь же, по мнению рупоров Кремля, Нурмагомедов едва ли не взращивает террористов, а в распространении радикальных идей виноваты смешанные единоборства. Досталось и другим популярным спортсменам, и даже известному блогеру Хасбику.
«Свобода не за горами» разобралась, как Хабиб Нурмагомедов и Хасбик оказались врагами российских пропагандистов и Z-патриотов и в чем их обвиняют.
«Потребительский радикализм» новой мутации
Вечером 23 июня шестеро боевиков напали на синагогу и православный храм в Дербенте, а также на пляж в Махачкале. Террористы убили 15 сотрудников полиции и четырех гражданских, среди которых были 66-летний протоиерей Николай Котельников и охранник православного храма Михаил.
Один из шести нападавших оказался племянником экс-мэры Махачкалы и бойцом ММА (смешанные единоборства). 28-летний Гаджимурад Кагиров даже тренировался в клубе Хабиба Нурмагомедова. Эта деталь привлекла внимание российских пропагандистов и Z-сообщества и сплотила их против чемпиона UFC: по федеральным каналам спортсмена начали обвинять в поддержке терроризма.
«А Хабиб нам что-нибудь скажет? А Хасбик что-нибудь напишет? Или как всегда промолчат, в лучшем случае?», — заявил пропагандист Владимир Соловьев в эфире своего шоу сразу после теракта.
Однако Хабиб Нурмагомедов — уроженец Дагестана, который сейчас живет в ОАЭ — не промолчал. В своем Instagram-аккаунте он выразил соболезнования всем родным и близким пострадавших.
«Берегите себя и своих близких, и пусть каждый посмотрит вокруг себя и вокруг своих детей с кем они общаются и кто их окружение. Воспитание душ важнее чем воспитание тел», — написал в своем Instagram-аккаунте Нурмагомедов [орфография и пунктуация сохранены, — Прим. Ред.].
Более того, и молодой инфлюенсер Хасбулла Магомедов (Хасбик), который страдает от генетической аномалии и которого Соловьев тоже призвал к ответу, вовсе не «не отмолчался». Он выразил соболезнования погибшим и отметил, что террористические акты не имеют ничего общего с исламом.
Затем Хабиб Нурмагомедов добавил, что боевик Гаджимурад Кагиров не является воспитанником школы Нурмагомедова. По словам Нурмагомедова, он только участвовал в тренировочном лагере в течение пары месяцев несколько лет назад.
Но российские пропагандисты этим объяснениям не поверили, а высказанных соболезнования оказалось недостаточно. В эфирах продолжили разбирать поведение инфлюенсеров и обвинять спортсменов в неспособности предотвратить теракт.
«Где они тренировались? Где они готовились? Они были среди вас или нет? Вот тут вышло заявление: “Не, мы его не знаем, нас всего лишь попросили, он потренировался”», — кричал в своем эфире Соловьев.
Претензий стало только больше: в распространении радикальных идей Владимир Соловьев обвинил не только Хасбика и Нурмагомедова, но и вообще всех бойцов ММА. Пропагандист заявил, что те не выступают под флагом России:
«Перекачанным, самовлюбленным, непонятно чем занимающимся юношам, которые даже флаг нашей родины стыдятся выносить во время своих боев. Вот выходят ММА-щики в Эмиратах, только один с флагом родины… А остальные — промолчали, выступили в защиту подонков, негодяев и мерзавцев, пытавшихся устроить в России еврейский погром».
Хабиб Нурмагомедов действительно никогда не выходил на бой с российским флагом. Вместо этого он выходит в традиционном для Дагестана головном уборе — папахе. Соперник Нурмагомедова Конор Макрегор однажды упрекнул его за это, сказав, что тот не представляет Россию, так как ни разу с гордостью не поднимал российский флаг, как сам Макрегор поднимает ирландский.
Единственный боец, вышедший под флагом России, о котором говорит Соловьев, — это дагестанец Шарабутдин Магомедов (Шара Булетт). Он известен тем, что напал на парня и девушку в ТЦ в Махачкале, потому что они обнимались на эскалаторе. Это не понравилось Шаре, из-за чего он вступил в словесную перепалку с парнем, а затем дождался его на выходе из магазина и нокаутировал.
Однако претензии Соловьева в «отмалчивании» или даже поддержке терроризма остаются далеки от правды. Например, чемпион UFC из Дагестана Ислам Махачев написал в своих соцсетях: «Религия ислам запрещает насилие в отношении невинных людей: будь то нападение на человека, на его честь или имущество. Ничто не дает права убивать людей, причинять вред имуществу, спокойствию и личной неприкосновенности. Прошу, не связывайте эти бесчеловечные выходки с прекрасной религией ислам, где все подобное порицается и строго запрещено!».
Высказался и двукратный олимпийский чемпион по вольной борьбе Абдулрашид Садулаев: «В Махачкале и Дербенте боевики попытались дестабилизировать ситуацию в нашем регионе, посеять смуту. <…> Такие чудовищные акты не имеют ничего общего с нашей религией. У террора нет нации и веры. Соболезную родным и близким погибших»
Свои соболезнования выразил также вице-президент Федерации спортивной борьбы Дагестана Махмуд Магомедов. Он пожелал скорейшего выздоровления пострадавшим и отметил, что терроризм не имеет отношения к исламу: «Ислам не имеет и никогда не имел ничего общего с терроризмом и анархией. Эта религия насквозь пропитана справедливостью, порядком и добром».
Это всего лишь несколько примеров высказываний самых видных дагестанских бойцов.
Вслед за Соловьевым тему начали развивать и другие пропагандисты. Главный редактор Regnum Марина Ахмедова тоже обвинила в теракте бойцов ММА. При этом Ахмедова занимает должность члена Совета по правам человека при президента, а по отца сама дагестанка, но от родины старательно открещивается.
«Пока Россия занималась внешними проблемами, там поднимался такой радикализм. Я бы назвала его каким-то “потребительским радикализмом”, новой мутацией старого и мании потреблять, которую прививают дагестанские блогеры-миллионники и спортсмены ММА. Эти “герои” сочувствуют радикалам, делают популярность на всяких дикостях, которые не имеют никакого отношения ни к созиданию, ни к развитию ума», — написала Ахмедова.
Примечательно, что когда Хабиб Нурмагомедов был на пике славы, российская власть и лично Владимир Путин использовали эту «дикость» для наращивания собственного авторитета. Президент звал Нурмагомедова на личные встречи, когда спортсмен выиграл бой против ирландца Конора Макгрегора в 2018 году, и через год, когда Нурмагомедов защитил чемпионский пояс в бою с американцем Дастином Порье.
Глава организации UFC Дана Уайт и вовсе заявил, что после победы над Макгрегором, Хабиб «даже не успел дойти до раздевалки», как ему позвонил Путин, чтобы поздравить. Дана Уайт добавил, что Хабиб получил от Путина недвижимость в России стоимостью около 20 млн долларов. Информацию об этом ни Кремль, ни Нурмагомедов не подтверждали и не опровергали.
Палестина вместо поддержки СВО
Изначально претензии к Нурмагомедову сводились лишь к тому, что он и другие бойцы ММА не выступают под триколором, а один из террористов тренировался в клубе Хабиба. Однако конфликт разгорался, и дагестанцев начали обвинять в недостаточной поддержке «специальной военной операции». Вместо этого в республике больше переживают за палестинцев, считает Марина Ахмедова.
«Почему-то в республике среди молодежи так и не стали почетными люди, вернувшиеся после ранений из СВО. Там не встретишь символику Z, но легко увидишь флажок Палестины на машине. И это об очень многом говорит», — написала журналистка.
С ней согласились и Z-военкоры, тоже посчитавшие, что бойцы смешанных единоборств виноваты в терактах, так как недостаточно поддерживают войну в Украине. Военкор Роман Сапоньков и вовсе назвал MMA «боевым крылом террористов», а его коллега Юрий Котенок возмутился, что Нурмагомедов не отправляет на фронт бойцов.
«Хабиб — это тот самый, который последовательно дистанцируется от России и принципиально не берёт в руки российский триколор. За время СВО им не было отправлено на фронт ни одного бойца, более того, за два года от него не последовало ни слова в поддержку ВС РФ или хотя бы мирных жителей, погибающих от украинских ракет и беспилотников. При этом всё это время он активно и демонстративно переживает за “братьев палестинцев”», — написал Котенок.
Впрочем, доля правды в словах пропагандистов есть: в Дагестане за сектор Газа переживают больше, чем за войну Путина в Украине. Популярные инфлюсенсеры войну открыто не поддерживают и почти о ней не говорят. Зато много говорят о том, что происходит в Палестине.
В июне в Саудовской Аравии прошел бой дагестанца Ислама Махачева, которого тренирует Хабиб Нурмагомедов, против американца Дастина Порье. По окончании боя, где Махачев победил, Нурмагомедов подошел к бывшему президенту США и кандидату на президентских выборах этого года Дональду Трампу и попросил его остановить войну в Газе. Про Украину Нурмагомедов не сказал ни слова. Трамп пообещал, что остановит.
Однако в поддержку Палестины высказывались как российские официальные лица, включая президента Владимира Путина, так и зарубежные политики. Никого из них в поддержке терроризма российские пропагандисты не обвиняли. Претензии появились только к дагестанским инфлюенсерам.
Причина, по которой пропагандисты и Z-патриоты выбрали ММА в качестве «козла отпущения», достаточно проста. Дело в том, что в Дагестане бойцы смешанных единоборств действительно пользуются большим авторитетом. У одного только Хабиба Нурмагомедова в Instagram более 37 млн подписчиков. За более, чем 30 лет существования организации UFC, турнир, который возглавлял бой Хабиба и Конора Макгрегора в 2018 году, до сих пор остается самым популярным и занимает первое место по количеству проданных платных трансляций. Человек, чья аудитория в одном только аккаунте больше, чем совокупная аудитория Z-блогеров, «посмел» не поддержать войну в Украине.
На фоне не прекращающихся обвинений со стороны журналистов и военкоров российская налоговая служба на прошлой неделе начала проверку Нурмагомедова и якобы обнаружила у него задолженность по налогам в размере 297 млн рублей. Сам Нурмагомедов называл информацию о наличии у него налоговой задолженности фейком.
Отец Хабиба Нурмагомедова Абдулманап еще в конце 80-х, буквально перед началом русско-чеченских войн, открыл секцию по дзюдо в Дагестане. К этому моменту у него был большой опыт: в молодости Абдулманап учился в одном из лучших университетов Украины и был в сборной Украины по дзюдо.
Из-за сложной социально-экономической ситуации у молодежи в Дагестане, как и во многих других регионах России, мало карьерных перспектив. Такое положение может приводить к радикализации. К тому же, чаще всего выбор стоит между радикализацией, спортивной карьерой и карьерой в силовых органах. Отец Хабиба Нурмагомедова сам говорил, что он пытался занять дагестанских подростков спортом, чтобы они не оказались в ситуации, когда радикализация — единственный для них выход.
Муфтият Дагестана временно запретил ношение никабов — мусульманской женской одежды, закрывающей всё тело, кроме глаз. Российские власти посчитали, что одежда с закрытым лицом повышает риски терроризма, хотя доказательств этому найти никто не смог. Обсуждение запрета поссорило религиозных деятелей с депутатами и чиновниками, а дагестанскому муфтияту пришлось подстраиваться под желания федерального центра и настроения «патриотической» общественности. Затянувшие споры по поводу религиозной одежды усилили ксенофобные настроения и сделали сложнее жизнь мусульманок.
«Свобода не за горами» рассказывает, как в Дагестане и России пытаются запрещать никаб и почему это ведет к расколу в обществе.
Глава 1. Это затрудняет идентификацию
Обсуждение запрета никаба началось еще после теракта в Крокус Сити. Через месяц после трагедии, 28 мая, депутаты внесли законопроект о запрете одежды, закрывающей лицо. Инициативу объяснили «вопросами безопасности», а депутат Олег Леонов заявил о радикальных течениях, атрибутом которых является никаб. Он также напомнил, что никабы запрещены «даже в мусульманских странах».
Сейчас ношение никаба действительно на законодательном уровне запрещено в ряде стран, в том числе в Таджикистане, Узбекистане, Китае, Бельгии, Дании, Италии, Болгарии, Швейцарии и Франции. При этом после запрета на ношение религиозной одежды во Франции Комитет ООН по правам человека заявил, что подобные законы ущемляют права женщин и маргинализируют их.
Изначально предложение запретить никабы встретило сопротивление со стороны религиозных деятелей. Например, Муфтий Москвы Ильдар Аляутдинов тогда заявил, что запрет на ношение никаба в России может вызывать непонимание у мировой мусульманской общественности, а также дать повод «внешним врагам» для разрушения целостности страны.
Однако Аляутдинов добавил, что муфтият готов «разработать инструменты противодействия терроризму», если будет доказана связь между никабами и повышением риска терроризма. Найти эту связь за последний месяц так и не получилось, а МВД России еще в апреле заявило, что нет никаких сведений о взаимосвязи между религиозной одеждой и проявлениями «радикального исламизма».
Тем не менее обсуждение запрета никабов продолжилось после теракта в Махачкале и Дербенте.
29 июня председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин, выступая на Международном молодежном юридическом форуме в Санкт-Петербурге, призвал запретить в стране ношение никаба.
Один из посетителей форума пожаловался Бастрыкину, что в странах Центральной Азии запрещено носить религиозную одежду, и те, «кто не может носить никаб там, переезжают сюда и носят его в России». Он поинтересовался у главы СК, возможно ли ввести подобный запрет в России.
На вопрос о том, почему в России не принят запрет на ношение никаба, Бастрыкин ответил, что принимать подобные законы — это задача Госдумы, а сам бы он «срочно запретил» ношение никабов:
«Коль мы завозим сюда людей, (я считаю, что не надо), мы должны регулировать их поведение в том числе через принятие новых законов».
Одной из причин поддерживающие запрет называют светские правила и затруднения в работе правоохранительных органов, сотрудникам которых сложно установить личность женщины в никабе.
«В Москве, на мой взгляд, нужно придерживаться светских правил и не носить закрывающую лицо одежду. Это затрудняет идентификацию. Опознать человека не всегда выходит, даже если просто надевает маску или очки», — считает сотрудник столичного управления МВД России.
О трудностях с определением личности заявил и глава Дагестана Сергей Меликов. По его словам, под никабом могут скрываться мужчины, а женщины — проносить запрещенные предметы. Отметим, однако, что прецедентов, когда под никабом «скрывались мужчины», в России не было.
Некоторые депутаты пошли дальше и предложили совсем запретить религиозную одежду. С такой инициативой выступил депутат от партии «Новые люди» Владислав Даванков, который заявил, что о запрете его попросили родители школьников из подмосковных Котельников.
«Дети мигрантов с трудом говорят на русском языке, не говоря уже о религиозной одежде. Это приводит к конфликтам и большой напряжённости. Я с уважением отношусь ко всем религиям. Но если родители считают, что в школах, где учатся их дети, должны быть введены ограничения, то так тому и быть», — писал Даванков в своем Телеграм-канале.
Даванкова, впрочем, тут же одернул его коллега, депутат от Чечни Адам Делимханов. Он отметил, что законопроект о запрете религиозной одежды противоречит Конституции, и пообещал «доходчиво объяснить» Даванкову и «остальным» разницу между никабом и хиджабом. Против выступил и муфтий Чечни, который посоветовал не ссылаться в законотворчестве на опыт «пошлых европейских стран».
Однако активное обсуждение ношение никабов все же вынудило религиозных деятелей идти на определенные уступки. Муфтий Дагестана Ахмад-Хаджи Абдуллаев 1 июля, выступая на встрече с главой республики Сергеем Меликовым, заявил, что вынесет фетву о запрете ношения никабов.
Фетва — в исламе решение по какому-либо вопросу, выносимое муфтием, основываемое на принципах ислама и на прецедентах мусульманской юридической практики.
«Мы будем выносить фетву о запрете никаба. И пусть меня обливают грязью, истина одна. Сегодня вечером или на днях полностьюпо нашему шариатскому решению запретим [никаб]. <...> Если один человек хочет, чтобы на его жену не смотрели, пускай дома держит. Пока не будет полная тишина и спокойствие в регионе, мы эту фетву обратно не заберем», — заявил муфтий Дагестана.
Как и предсказывал муфтий, «обливать грязью» за такое решение его действительно стали. Жители Дагестана активно обсуждали в соцсетях, что муфтий принимает решение, противоречащее исламу, в угоду российским политикам. Из-за реакции мусульман выносить фетву о полном запрете никабов муфтий Дагестана не решился, и вместо этого вынес «временный запрет».
За муфтия заступилась его супруга, член союза журналистов Айна Гамзатова. Она выложила в своем телеграм-канале текст эксперта организации «Фикр» Гаджимуса Ичалова, которая проводит «патриотические» мероприятия в религиозных учреждениях. В этом тексте Ичалов намекает, что муфтий решил вынести фетву, чтобы решить вопрос никабов «более мягко», то есть не на федеральном уровне.
«Что предпочтительнее для сторонников никаба, фетва муфтията Дагестана о временном запрете на своей территории никаба или федеральный закон о запрете никаба?” — так начинается текст, который опубликовала у себя в канале жена муфтия.
Спасти ситуацию попытался и заместитель муфтия Дагестана Абдула Салимов. Он заявил, что СМИ просто «неверно интерпретировали» слова Ахмад-Хаджи Абдуллаева о фетве и неверно предположили, что они противоречат исламу.
«Муфтий, ссылаясь на обращение от Министерства по национальной политике и делам религии, в котором сообщается о существующей угрозе безопасности населению республики и на основании вынесенного вчера компетентного заключения отдела фетв, объявляет о временном запрете ношения никабов до устранения выявленных угроз и нового богословского заключения», — сказал Салимов.
Однако как запрет никабов поможет в «устранении угроз», религиозные деятели так и не объяснили. До сих пор нет и никаких доказательств взаимосвязи никабов и рисков терроризма.
Глава 2. « У нас русских пацанов на СВО убивают, пока эти здесь сидят»
Теракты, произошедшие в России за последние полгода, позволили российским политикам обвинять в нарушении порядка и спокойствия не только зарубежных агентов, но и женщин в никабах. Они стали «козлами отпущения» и жертвами постоянных нападок со стороны общественников и политиков.
Это развязало руки и обычным гражданам с ксенофобными взглядами. Новости о нападении на женщин в мусульманской одежде появляются все чаще. Несколько дней назад в Москве на станции метро «Коломенская» женщина с ножом напала на пассажирку в хиджабе.
Другой случай произошел в подмосковных Мытищах, где посетитель аквапарка в агрессивной форме заявил женщине в никабе, что «у нас так не ходят». Мужчина снял на видео молодую пару, которая пришла в аквапарк с ребенком, на женщине был надет никаб.
— Охренеть! У нас так не ходят, — говорит на видео мужчина, сначала он снимает женщину в никабе, затем — других посетителей аквапарка, которые были в плавках и купальниках. — У нас так не ходят, вы детей пугаете. Так в телевизоре террористы ходят, а вы детей пугаете, у меня ребенок испугался, не надо у нас так ходить, это наше, здесь мы живем.
Ни женщина, ни ее спутник ничего не ответили агрессору. Российские прогосударственные СМИ писали об этом инциденте, используя выражения: «В Мытищах женщина заявилась в аквапарк в никабе», «в Мытищах женщина пришла в аквапарк в никабе и перепугала детей», «Женщина в никабе напугала детей и взрослых в Мытищах».
Еще один прецедент произошел в мае этого года в медицинском вузе в Иванова. Там преподаватель Николай Жидоморов распечатал стихотворение против хиджаба и заставил покрытую студентку прочитать его вслух перед перед другими учащимися. В тексте утверждается, что носить хиджаб в России — это харам и религиозную одежду стоит снять, чтобы «уважить хозяев».
Преподаватель заявил, что не заставлял читать девушку вслух, а лишь дал ей листок с распечатанным стихотворением. Таким образом, по словам Жидоморова, он хотел выразить свое мнение и подвергнуть студентку «моральному порицанию».
В сентября прошлого года в сети стало распространяться еще одно видео, где мужчина в московском метро в агрессивной форме требует от девушки в никабе снять платок. Он это объясняет проведение специальной военной операции (СВО) в Украине и террористической угрозой.
«Спецоперация в России идет, понимаешь? Можешь снимать меня сколько хочешь», — говорит мужчина в начале видео.
Несколько пассажирок пытаются заступиться за девушку, однако мужчина отвечает им:
«А вы все толерантные, да? То, что у нас русских пацанов на СВО убивают, пока эти здесь сидят».
История тогда получила широкий резонанс: российские националистические группы опубликовали данные девушки и организовали ее травлю, а Центр по противодействию экстремизму (ЦПЭ) начал проверку в отношении атаковавшего ее мужчины. Результатов, впрочем, нет до сих пор.
Глава 3. «Будь религиозным, но в той мере, в которой нам выгодно»
Посетитель Международного молодежного юридического форума в Санкт-Петербурге, который спросил Бастрыкина, почему в России не запрещают никаб, как в некоторых странах Центральной Азии, мог не идти за примером так далеко. Запрет на ношение никабов действует и в Чечне.
В 2020 году ЧГТРК «Грозный» показал сюжет о «воспитательной встрече» муфтия Салаха Межиева и начальника Управления внутренних дел столицы республики с женщинами, носящими никабы. В конце сюжета женщин заставили снять никабы на камеру.
«Лицо и руки не являются авратом [частью тела, которую обязательно нужно прикрывать в исламе. — Прим. Ред.]. Никаб — это традиции отдельных народов. С нашим народом эта традиция не имеет ничего общего», — отчитывал женщин муфтий Салах Межиев. Начальник УВД г. Грозного Аслан Ирасханов вообще предложил тем, кто хочет носить никабы, уезжать из страны:
«Вы наслушались в интернете проповедей ваххабистских течений. Если вы так хотите [носить никаб], вы должны уехать в те страны, где это носят. Здесь такое нельзя будет, и мы не позволим», — сказал Ирасханов.
Власти Чечни пытаются контролировать «дресс-код» женщин уже много лет: никабы носить нельзя, но появляться, например, в школе без платка тоже запрещено.
«Будь религиозным, но в той мере, в которой нам выгодно», — комментирует запрет в разговоре со «Свободой не за горами» жительница Чечни, которая также сняла никаб из-за возможных проблем.
По словам имама Ахмеда Б. [имя изменено по просьбе героя. — Прим. ред.], ислам не обязывает женщину закрывать лицо, однако запрета на это в религии также нет:
«Большинство [исламских ученых] со времен пророка Мухаммада считают, что женщина в исламе может открывать лицо и кисти рук. Четыре мазхаба [канонические правовые школы ислама. — Прим. ред.] убеждены, что упомянутые мной части тела женщина может не скрывать. Некоторые женщины, которые предпочитают ношение никаба, объясняют свое решение тем, что жены пророка носили одежду, полностью закрывающую всё их тело, либо тем, что ни лицом, ни кистями рук они не хотят вызывать у мужчин так называемого «сладостного желания». Ислам это также не запрещает».
По словам богослова, ограничения, которые вводят и муфтий Дагестана, и власти Чечни — противоречат исламу, так как запрещают то, что не запрещено религией. Это мнение поддерживают и другие религиозные деятели и указывают на только возрастающие риски: Так, глава Духовного управления мусульман (ДУМ) Татарстана Камиль Самигуллин назвал запрет «выпадом против мусульман», а председатель ДУМ Азиатской части России Нафигулла Аширов заявил, что решение приведет только к расколу в обществе.
Деятельность исламских экзорцистов становится все популярнее на Северном Кавказе. С развитием социальных сетей они вышли из поля тайной и постыдной для обращающихся к ним людей деятельности. Теперь экзорцисты — успешные инфлюенсеры с сотнями тысяч подписчиков в социальных сетях, а за помощью к ним ходят люди по любым вопросам и даже без причин — как на ежегодное обследование к врачам. Особую популярность исламские лекари получили именно в последние годы: они продают лекции, самодельные лекарства от всех болезней и лечат от депрессии и тоски.
«Свобода не за горами» поговорила с пациентами экзорцистов и изучила их бизнес, а теперь рассказывает, как работают обряды «исламской медицины» в Ингушетии, где лекарей считают героями и спасителями.
Глава 1. Лечим от всех болезней
У ингушского экзорциста Исы Барахоева популярный инстаграм аккаунт. На момент написания материала на него подписаны 260 тысяч человек. В описании профиля говорится, что Иса — «консультант шариатской рукъии», то есть экзорцизма. Большая часть его постов — пугающего вида фотографии игл, лезвий, частей ножа, ножниц, ниток, которые якобы выходили из тела человека во время сеансов экзорцизма.
«те кто утверждают что это шарлатанство или обман ,я нахожусь в Сунже любой человек подскажет где я работаю…в любое время можете вызвать на шариатский суд относительно моей работы, если в ней есть обман или же шарлатанство докажите доказательствами а не болтовней», — предупреждает Барахоев тех, у кого могут возникнуть сомнения в его деятельности [орфография и пунктуация автора сохранены, — Прим. Ред.].
Офис экзорциста находится в небольшом ингушском городе Сунжа. Официально он никак не зарегистрирован. На сеанс надо записаться заранее, цена одного посещения начинается от 500 рублей. Именно на этих сеансах Иса якобы достает из людей инородные предметы. Однако чтобы излечиться, можно и просто купить самодельные «лекарства», которые, как говорит сам мужчина, лечат от кoлдoвствa, сглaза, поражeния джинном, беcплодия, лишaя, депрессии, паpaлича, трeвог, бecпокoйcтвa и в целом — от вceх болезнeй.
«Капсулы для выведения колдовства из желудка» Иса продает даже на Wildberries. Стоят они 1500 рублей, состав препарата не разглашается. Продажа никак не регулируется. На сайте Wildberries написано, что страна производства — Египет. В отзывах некоторые покупатели жалуются на плохое самочувствие после употребления капсул, производитель отвечает — «это нормальная реакция».
«Болею джином из-за колдовства, начала принимать ваши капсулы,в первые же день появилось диарея,тошнота,боли в животе и слабость. Рекомендую всем», — пишет один из покупателей.
Предприятие Исы Барахоева зарегистрировано на некую Барахоеву Асию Магометовну. В сводке индивидуального предприниматели написано, что категория зарегистрированного субъекта — микропредприятие, а среди видов деятельности указаны «торговля розничная лекарственными средствами в специализированных магазинах» и «деятельность в области медицины прочая».
Помимо основной деятельности, Иса в своем блоге регулярно проводит рубрику «ответы на вопросы». К лекарю обращаются по разным вопросам, в том числе не относящимся к его «компетенциям»: однажды ему написала женщина, которая сообщила, что у ее ребенка рак крови, но от химии она отказывается, так как считает, что это сглаз. Экзорцист ответил, что в «такие моменты» он «советует совмещать исламскую и современную медицину».
Сейчас Барахоев занимается еще и богословием. Он публикует записи лекций о том, как должны себя вести женщины и мужчины и что делать, чтобы уберечь себя от проклятий и сглаза.
К Барахоеву обращаются и с проблемами, с которыми обычно приходят к психологу. Ахмед — 24-летний парень из самого большого ингушского города Назрань [имя изменено по просьбе героя, — Прим. Ред.]. К Исе Барахоеву его водили несколько лет назад, причина — «душевная болезнь». У парня умерла вырастившая его бабушка. От потери Ахмед долго не мог оправиться:
«Я думал, зачем я теперь один тут остался. Больше никого такого близкого у меня не было. И такое состояние длилось на протяжении полугода точно».
На затянувшуюся апатию и депрессивное состояние начали обращать внимание родственники Ахмеда. Двоюродные браться спрашивали, чем ему можно помочь. Ахмед предположил, что будет хорошо, если он начнет посещать психолога. Но братья вместо этого предложили сходить к Исе Барахоеву. Ахмед из любопытства не стал отказываться.
«Иса Барахоев очень популярный у нас человек. Мы с друзьями пару раз говорили о нем. У него там был пост с фотографией каких-то ножниц и подписью “вышло по женской части”. Я очень удивился, подумал: “Чего?!”. Но друзья мои в его действиях не сомневались. Хотя с ними в детстве мы вместе смеялись над передачами русскими, где какие-то батюшки на людях скачут, что-то из них вытаскивают, говоря, что бесов изгоняют», — рассказывает Ахмед.
По его словам, при нем ничего «сверхъестественного» на сеансе не происходило. Иса Барахоев читал аяты из Корана, а «бес» в парне себя не проявил. Но это не разубедило братьев Ахмеда: они продолжили верить, что методы экзорциста работают.
«И мы потом едем домой на машине с братьями. Они реально чувствовали облегчение, что я там не стал по стенам бегать, значит, я чист. Мне же было вообще все равно. Ну, если их это успокоило, то и ладно», — говорит Ахмед.
Ахмед — один из сотен клиентов Исы Барахоева. Если судить по соцсетям лекаря, то среди посетителей есть много тех, кто остался под впечатлением от посещений. Экзорцист периодически публикует сообщения от «благодарных людей», которые пишут, что после обрядов и лекарств им стало сильно лучше.
Такая известность и широкий спектр оказываемых услуг, конечно, помогли сделать Барахоеву капитал. Как удалось выяснить «Свободе (не) за горами», лекарь ездит на новой модели BMW X5. Стоимость автомобиля варьируется от 12 до 21 млн рублей — и это в республике, где средняя зарплата находится в диапазоне от 15 до 30 тысяч рублей.
Глава 2. Джинну страшно
На таком прибыльном «рынке экзорцистов» Иса не единственный. Еще один известный «лекарь» Асхаб Хашагульгов принимает в ингушском селе Плиево. На его аккаунт подписаны более 100 тысяч людей. Если Иса постепенно переходит на более «инстаграмный» контент и все реже выкладывает фотографии с лезвиями, якобы вышедшими из людьми, то вся страница Асхаба Хашагульгова состоит только из них.
По словам экзорцистов, все плохое с человек происходит из-за действий джиннов. По исламу, джинны — это невидимые для людей разумные существа, созданные Богом наряду с людьми и ангелами, живущие в параллельном мире. Джинны несравнимы с людьми по силе, мощи, скоростям и возможностям. Это не то же самое, что и бесы или черти.
«Сегодня произошел такой случай, безусловно это делают джинны, не первый раз сталкиваюсь с такой ситуацией, без ничего дома происходили пожары, шторы сначала зажглись, потушили, потом как видите кровать зажглась, потом в другой комнате что-то зажглось, в таком случае либо кто-то наслал джиннов чтобы сжечь и уничтожить все, либо человек конкретно навредил джиннам», — писал про злоключения одного из своих клиентов Асхаб [орфография и пунктуация автора сохранены, — Прим. Ред.].
Один из клиентов Асхаба Заур рассказал о своем опыте взаимодействия с экзорцистом [имя изменено по просьбе героя, — Прим. Ред.]. Парня отвезли к Асхабу на «лечение» полгода назад. Родственники считали, что в нем «что-то сидит», сам же парень это отрицал.
По словам Заура, все происходит в одном большом блочном помещении. Пришедших людей делят на мужчин и женщин и разделяют по разным комнатам. Их кладут на пол, закрывают им глаза, объясняя это анонимностью. Однако до этого момента пришедшие видят друг друга, никакой анонимности в этих обрядах нет. И это важно отметить, потому что слухи о том, что в каком-то человеке сидит джинн, очень постыдные, они сильно влияют на жизнь человека.
«Асхаб из колонок начинает читать стихи из Корана. Иногда бьют палкой, якобы потому, что джинн сильнее проявит себя, если побить палкой во время чтения Корана человека, в котором он сидит. Меня били палкой, но мои друзья рассказывали, что там могут и душить, и ногой наступать, и руками побивать», — вспоминает Заур.
По его словам, палкой бьют несильно. Сами экзорцисты отмечают, что даже от легких ударов палкой джинн внутри человека очень мучается. Некоторых людей еще и приковывают наручниками к водопроводной трубе, которая проходит через помещение. Объяснение тоже простое: прикованному джинну становится страшно.
«Ему [джинну] якобы становится безумно больно, просто невыносимо. И он начинает себя выдавать, выдавать себя еще быстрее, чем просто от чтения Корана», — объясняет Заур.
Тех, кто странно реагирует на удары палкой, сразу начинают считать одержимыми. При этом, по словам Заура, у реакции есть гораздо более приземленное объяснение: парень объясняет, что даже при несильном ударе человек «по-любому дернется просто на рефлексах», потому что он лежит с закрытыми глазами, а над ним стоит незнакомый мужчина. Самому Зауру, впрочем, повезло:
«Но я просто лежал, старался себя максимально контролировать, потому что, не дай бог, если я дернусь от своих рефлексов, они заявят, что это джинн во мне проснулся».
Однако на сеансе были и люди, которые кричали, издавали страшные звуки. Диктофонная запись этого момента есть в распоряжении редакции.
Заур посетил восемь сеансов Асхаба, все это время экзорцист отказывался принимать тот факт, что парень «чист». В итоге лекарь просто посоветовал Зауру совершать меньше грехов, чтобы избавиться от джиннов.
«Как будто бы человек не хотел верить в то, что я ничем не одержим. Потому что изначально он заявляет, якобы, мол, приходите ко мне, я вылечу. Но когда он не может меня вылечить, он говорит: “Совершай поменьше грехов, ты тоже должен стараться, чтобы вылечиться, одних моих сеансов недостаточно”. Хотя изначально заявлено, что он вылечит на сеансах», — говорит Заур.
По словам Заура, индустрия экзорцизма начала цвести в Ингушетии очень внезапно. А самих «лекарей» в народе считают чуть ли не героями и спасителями и регулярно к ним обращаются даже без причин.
«Даже если нет никаких подозрений, люди могут идти туда, как мы, например, раз в полгода или раз в год идем на обследование к врачам, просто чтобы провериться, Например, у человека выпал выходной, у него в кармане появились лишние деньги, он идет, проверяет себя на джинна», — удивляется Заур.
Как и Барахоев, другие экзорцисты тоже продают различные средства от болезней и недугов. Самодельные лекарства можно купить за 1500 рублей, начитанная Кораном вода обойдется в 500 рублей. Продаются даже листки А4 с сурами из священной книги — их можно приобрести всего за 100 рублей.
Заур признается, что для него самым «неприятным персонажем» остается Иса Барахоев, потому что он призывает отказаться от психологии: например, не пить антидепрессанты из-за их вредности и сомнительной для лекаря эффективности. Барахоев уверяет, что даже дождь успокаивает лучше. Впрочем, и на другие болезни у Исы свой взгляд, сильно отличающийся от традиционного. Заур вспоминает, что и посинение кожи лекарь объяснял признаки колдовства и джинна:
«Хотя это признаки серьезных сердечно-сосудистых заболеваний. И мне просто становится очень обидно и страшно, что какой-нибудь человек с серьезным заболеваниям увидит, что у него посинела кожа, и из-за его слов в своих соцсетях, побежит туда вместо того, чтобы лечиться [у настоящих врачей]. Его капсулы, которые, кстати, не прошли ни одного тестирования, не имеют никакой сертификации, помогают якобы от печали, от бессонницы, депрессии, от панических атак, даже от бесплодия. Я просто в шоке. Мне кажется, уже медицину можно отменять. От всех болезней используем Барахоева Ису», — возмущается парень.
Глава 3. Разрешение на отчитку
Практика изгнания бесов существует далеко не только на Северном Кавказе: Русская православная церковь даже ввела официальный регламент на экзорцизм. Там есть три рекомендации: экзорцистам нельзя брать деньги за обряды, нужно получить письменное разрешение на «отчитку» от архиерея, и нужно отличать «беснование от психического заболевания».
Официальный муфтият же предостерегает людей от «неквалифицированных» экзорцистов, но никак их деятельность не регулирует и в бизнес не вмешивается. Хотя некоторые люди все же признают, что действия многих экзорцистов нормам ислама не соответствуют и по сути являются колдовством.
«Все, что применяет экзорцист, кроме аятов, священного Корана и молитв пророка Мухаммеда, считается колдовством. Но есть люди, которые, скажем прямо, хотят подзаработать на этом. Хотел бы их предупредить, что, занимаясь этим без знания основ ислама, они могут сами стать одержимыми», — говорил глава Духовного собрания мусульман России муфтий Альбир Крганов.
Руководитель дагестанского информационно-аналитического центра «Фикр» Магомедрасул Омаров рассказывал, что в исламе вообще нет практики экзорцизма, которая позволяет дотрагиваться до человека или оказывать иное физическое воздействие. Тех, кто использует такие методы, Омаров назвал невеждами, «выдающими свою отсебятину за ислам».
Споры об обрядах экзорцизма, которые проводят люди вроде Барахоева и Хашагульгова, продолжаются до сих пор. Однако не на официальном уровне: никаких проектов по регулированию и контролю все еще нет. Из-за этого исламские лекари не ограничены ни законов, ни формальными предписаниями и могут спокойно продолжать свой бизнес, наращивать популярность и подписчиков в соцсетях и зарабатывать на этом свой капитал.
16 мая правозащитный проект «Марем» опубликовал новость о молодой чеченке Лие Заурбековой. В посте сообщалось, что за три дня до того девушка сбежала от родственников, которые ее тотально контролировали. Обычно «Марем» пишет о своих подопечных в двух случаях: если они успешно сбежали или если им грозит опасность. Лия относилась ко второй группе. 16 мая она оказалась в московском отделении полиции, во дворе дежурила толпа чеченцев, требовавших вернуть им девушку. Отец Лии и вовсе грозился, что если правоохранительные органы не отдадут ему дочь, то подключится «их государство». Под «своим государством» мужчина, конечно, имел в виду кадыровцев. Они и подключились. Ближайший соратник Кадырова и по совместительству депутат Госдумы Адам Делимханов заявил, что по поручению главы республики взял дело Лии под свой личный контроль.
Корреспондентка Милана Очирова поговорила о случившемся с Лией Заурбековой, а также с человеком, который поддерживал ее во время побега.
Глава 1. Семья
Лия Заурбекова — старшая из четверых детей, младшим братьям сейчас 14, 10 и 6 лет. До того как Лие исполнилось 15 лет, девушка вместе с бабушкой по отцу, мамой и младшими братьями жила в Чечне. Отец все эти годы был на заработках в Москве. В жизни своих детей он не участвовал, домой приезжал раз в год. Когда девушка закончила девятый класс, ее мать настояла: либо они живут все вместе с мужем, либо расходятся. Так Беслан Заурбеков перевез семью к себе в подмосковный Красногорск. Там, видя отца каждый день, Лия, как она сама говорит, узнала, что он за человек.
«Дома были постоянные скандалы, ссоры. Отец приходил пьяный, устраивал истерики», — вспоминает Лия.
При этом от Лии Беслан требовал быть «идеальной чеченской девушкой». 15-летней девочке, только закончившей 9 класс, мужчина не дал ни пойти в школу в Красногорске, ни поступить в колледж. У 14-летнего брата Лии таких ограничений не было.
«Когда ему было удобно, отец включал режим религиозного фанатика. Говорил, что мне надо молиться, не носить юбки выше колена, брюки, надеть хиджаб. Даже когда я спокойно пыталась донести свою мысль, он переходил на крики», — говорит девушка.
Отец не хотел отпускать свою дочь ни в школу, ни в колледж: переживал, что там она начнет дружить с людьми другой национальности. В основном Беслан давил на девушку через ее мать. Это распространенная на Северном Кавказе практика, так диктуют обычаи и местные нормы. Мать Лии, доведенная мужем, могла избить девушку, требовать номера телефонов всех ее знакомых.
Лия Заурбекова
Спустя два года, проведенных в четырех стенах, девушка, как она сама говорит, начала сходить с ума. Лия умоляла бабушку, которая осталась в Чечне, поговорить с отцом, чтобы тот дал ей доучиться. Отец пошел на уступку, устроив дочь в московский колледж учиться на фармацевта. Почти каждый день из Красногорска в Москву 17-летнюю Лию сопровождала ее мать. Там же она нашла дочери «правильных» подруг — мусульманок в хиджабах. Через этих девушек мать Лии узнавала, чем занимается ее дочь. Если вдруг они не могли дать полную информацию о всех передвижениях Лии, женщина звонила напрямую в деканат колледжа и требовала предоставить ей расписание дочери.
Во время учебы в колледже Лия устроилась на работу на международную выставку-форум «Россия» на ВДНХ. Этому родители не особо противились, потому что зарабатывая свои деньги Лия могла «слезть с их шеи».
Впрочем, это продлилось недолго: в мае мать Лии запретила ей работать под предлогом того, что это плохо сказывается на учебе. Однако за короткое время относительной свободы Лия успела подружиться со своим ровесником Артемом.
Артем из крупного российского города [название города мы не указываем по просьбе самого парня, — Прим. Ред.], его мать казашка, а отца парень и вовсе никогда не знал. Когда мальчику было около шести лет, его мать вышла замуж за другого мужчину. В браке с ним у нее родился еще один сын. А через четыре года после замужества мать Артема ушла из семьи, пристрастившись к наркотикам и алкоголю.
Лия Заурбекова
Отчим позволил Артему жить вместе с ним, потому что не хотел разлучать двух братьев. Однако, как говорит сам парень, этот человек все время его избивал, однажды и вовсе в пьяном угаре чуть не убил. При этом после рассказа об избиениях Артем добавляет, что «в целом это было нормальное воспитание, учитывая, что я не родной ему сын». Через несколько лет отчим сдал Артема в приют. Там парень узнал, что его мать спилась и умерла.
По словам Артема, желание хорошо зарабатывать и путешествовать дало ему стимул учиться. Он поступил в колледж, стал обучаться программированию, нашел работу. На заработанные деньги снял квартиру в Москве и переехал туда.
В столице парень никого не знал, поэтому усердно искал друзей в сети. Так он в декабре прошлого года познакомился с Лией.
О его существовании семья девушки не догадывалась.
Глава 2. Побег
«Сейчас Лия в московском отделении полиции. Сегодня, когда она вышла из дома, то увидела во дворе своего отца. Она вызвала полицию, ее отвезли в отделение, около которого тоже ждали родственники. Там выяснилось, что родня подала ее в розыск как несовершеннолетнюю, хотя ей девятнадцать, — писала 16 мая правозащитная организация ”Марем”. — Лия — чеченка. За дверями отдела ждут ее родственники, и мы боимся, что они хотят увезти Лию в Чечню. А еще мы знаем, что девушки из Чечни чаще всего не возвращаются».
13 мая девушка сбежала из дома спонтанно. Это был первый день после весенних каникул в колледже, в семье все чаще случались скандалы, усиливался контроль. Утром 13 мая Лия положила в сумку вещи первой необходимости, паспорт, загранпаспорт, который девушка сделала, тайком отлучившись из колледжа, за несколько месяцев до побега. И ушла из дома на учебу.
«Я в 11 утра поехала в колледж, написала там заявление, что ухожу в академический отпуск. Вытащила симку из телефона, пошла в отделение полиции, написала там заявление, что ушла из дома по собственному желанию. Затем поехала к Артему, — вспоминает Лия. — Время было шесть вечера, тогда у меня обычно пары заканчивались. И я все сидела с телефоном и думала: может, мне все-таки вернуться домой? Так прошли часы, было уже 10 вечера, и я поняла, что это точка невозврата».
Видео Лии из отделения полиции
16 мая Лия вместе с Артемом выходила из подъезда, когда увидела во дворе своего отца. По словам девушки, у нее началась паника, поскольку она решила, что раз ее нашли, то семье уже помогает полиция. Они забежали в подъезд и вызвали полицию.
Когда сотрудники приехали, молодые люди вышли из подъезда. Отец Лии заметил сначала Артема, подошел к нему и показал фотографию на своем телефоне. Это был скриншот с камеры их подъезда. На нем — Лия и Артем.
«Отец при сотрудниках подошел ко мне: “Ой, вот же моя дочка!” Стал хватать меня за руки, я вырвалась и стала просить полицейских: “Можно мы никогда не будем с ними пересекаться? Можно они не будут ехать с нами в одной полицейской машине?” Вместе с отцом был его друг и мой дядя», — рассказывает Лия.
И все же сотрудники посадили Лию и ее друга в машину, а на переднее сиденье сел ее дядя. Девушка говорит, что в машине у нее случилась истерика, Артем ее успокаивал. Каждый раз, когда Артем что-то шептал Лие, дядя начинал на них орать на русском и чеченском, требуя от парня не говорить с девушкой и не прикасаться к ней.
Так они доехали до ОВД по району Нагатино-Садовники, там их уже поджидали чеченские мужчины. У отделения была и мама девушки, которая просила дочь вернуться, обещая, что «теперь все наладится». В это время один из чеченцев стал угрожать Артему при сотрудниках полиции.
«Какой-то левый чеченец начал меня хватать, говорил, мол, знает, что я якобы состою в террористической организации и пытаюсь завербовать туда Лию», — говорит Артем.
Полицейские завели Лию в отделение и там стали уговаривать ее вернуться к семье. «Это же твои традиции. Зачем ты убегала, если знала, что так будет?» — говорили Лие силовики.
Из отделения Лия написала правозащитникам в «Марем», те опубликовали новость с призывом звонить в ОВД и требовать от сотрудников обеспечить девушке безопасность. Также «Марем» опубликовала видеообращение самой Лии:
«Я Заурбекова Лия Беслановна, 2005 года рождения. Мне сейчас 19 лет. Я ушла из дома добровольно 13 мая. Написала заявление в отделение, в городе, где я уходила. Жила я в Москве эти несколько дней. Меня нашли родители через полицию, потому что они подали заявление в другой отдел полиции уже в Москве. Соврали, что я несовершеннолетняя, и так меня подали в розыск. У отделения полиции при выходе стоят человек десять точно. Когда мы первый раз выходили, меня схватили прямо на глазах у полицейских. Из страха не можем выходить пока что из отделения полиции, потому что если они на глазах у полицейских сейчас вытворяют такое, я не знаю, что мне могут сделать за пределами территории», — говорила на видео девушка.
Глава 3. Освещение в СМИ и русские националисты
После поста «Марем» к отделению стали съезжаться журналисты. Одними из первых были корреспонденты «Осторожно Media» Ксении Собчак. В своем телеграм-канале Собчак опубликовала видео с места события. На них — чеченцы, которые препираются с представителями правоохранительных органов.
«Мы зайдем, нам надо, чтобы… Это моя дочка, в отделе пусть она будет, она если выйдет, ее потом искать незнамо где. Пока наши не приехали представители», — говорил сотрудникам Беслан Заурбеков.
Собравшиеся чеченцы рассказали корреспондентке «Осторожно Media», что они «хотели все нормально урегулировать» и что они не понимают, зачем девушка живет в Москве.
Когда отец Лии заявил о том, что скоро к отделению приедут представители Чечни, журналистка спросила, кого он имеет в виду, и один из собравшихся ответил:
— Представители государства. Верхушка Чечни.
— Какие-то депутаты Государственной Думы? — уточнила журналистка.
— У нас все депутаты, — ответил ей один из чеченцев.
На тот момент сама Лия и правозащитники решили публично не рассказывать, что вместе с ней находится ее друг Артем. Логика была простая: Лия в любой момент могла попасть в руки родственников, а новость о том, что с ней был молодой человек, ухудшила бы ее и без того плохое положение. Но о «возлюбленном» журналистам рассказал сам отец Лии.
После того как о Лие и ее парне стали писать в СМИ, к истории подключились и русские националисты. Они провели параллели между ситуацией Лии и другой чеченской беглянки, Седы Сулеймановой.
Седа Сулейманова — чеченская девушка, которая также сбежала от домашнего насилия. В августе прошлого года ее похитили чеченские силовики из квартиры в Санкт-Петербурге, где Седа жила со своим русским парнем. Девушку передали родственникам, с 4 сентября 2023 года о ней нет никакой информации. В феврале кризисная группа СК SOS заявила, что девушка могла быть убита собственной семьей.
Родственники Лии у отдела полиции
Одним из первых высказался создатель правого паблика «Мужское государство» Владислав Поздняков, утверждающий, что он «исповедует идеологию национал-патриархата». Он назвал родственников девушки, приехавших за ней, «нацистами».
«По ходу тоже на русского парня запала, как и ее предшественница Седа Сулейманова. Но “денацификаторы” из Чечни, как в Третьем рейхе соблюдающие строгую чистоту расы, пытаются этому воспрепятствовать», — написал Поздняков (орфография и пунктуация авторы сохранены — Прим. ред.).
О судьбе Лии «переживал» и Z-блогер Юрий Подоляка.
«Средневековая дичь в центре Москвы… Вот интересно, а если “согласно традиций” девушку (потом, когда полиция ее выдаст) родственники убьют (а это вполне возможно), тоже реагировать никто не будет?» — возмущался Подоляка (орфография и пунктуация автора сохранены — Прим. ред.).
Один из родственников Лии на входе в отдел полиции сдал пистолет
Правый блогер и нацист Alex Parker и вовсе заявил, что все собравшиеся у отделения чеченцы были «вооружены».
«Как обычно Пыпа вооружил все дикие и недоразвитые народы кроме добрых русских людей и без оружия вынуждены ходить на гражданке даже полковники ГРУ, которых уничтожали невиноуные точики в Крокусе», — написал блогер (орфография и пунктуация авторы сохранены — Прим. ред.).
Все правые блогеры, которые писали об истории Лии Заурбековой, упоминали, что она якобы «встречается с русским парнем», и именно поэтому родственники хотят ее убить. Российские Z-блогеры использовали историю чеченки, чтобы оправдать свою «антикавказскую» риторику. При этом ни один из них ранее не писал о бежавших из северокавказских республик девушках, в жизнях которых не фигурировали «русские парни».
Глава 4. Спасение
Активисты, СМИ и русские националисты, которые писали о ситуации Лии, стыдили российские правоохранительные органы за то, что те якобы «идут на поводу у чеченцев».
После такого давления полиция решила помочь Лие. Пока одни сотрудники ругались с собравшимися во дворе чеченцами, другие вывели Лию и Артема через запасной выход. Оттуда молодые люди поехали в аэропорт.
Лия Заурбекова после того, как покинула Россию
После этого в историю включился депутат Госдумы Адам Делимханов, который заявил, что взял дело Лии Заурбековой под личный контроль и намерен вернуть девушку родственникам. По словам чиновника, он занимается этим делом по личному поручению главы Чечни Рамзана Кадырова:
«Сразу отмечу, что все это дело в рамках поручения ДОРОГОГО БРАТА, Главы Чеченской Республики, Героя России РАМЗАНА АХМАТОВИЧА КАДЫРОВА находится под моим личным контролем. Мы тесно взаимодействуем и с правоохранительными органами Москвы, и с родственниками девушки — среди них нет никакого недопонимания. Подчеркну, что в соответствии с поручением Глубокоуважаемого Главы ЧР РАМЗАНА АХМАТОВИЧА мы молниеносно реагируем и будем дальше реагировать на подобные инциденты. Данная ситуация будет разрешена в ближайшее время», — написал в своем телеграм-канале Делимханов (орфография и пунктуация автора сохранены — Прим. ред.).
Делимханов также добавил, что Заурбекову ввел в заблуждение некий человек, который «понесет заслуженное наказание по всей строгости закона». О каком именно человеке идет речь, депутат не уточнил.
Уехав из России, Лия записала еще одно обращение:
«Пугает, что к этому делу проявляет внимание Делимханов, — очень боюсь, что меня будут искать, найдут и насильно вернут обратно. Прошу оставить меня в покое, также не настраивать против меня чеченские власти», — говорила девушка.
Сейчас Лия и Артем живут в другой стране, где именно, мы не сообщаем в целях безопасности молодых людей.
«Я абсолютно не жалею, что сбежала, — рассказала “Новой-Европа” и “Свободе (не) за горами” Лия. — Я тоскую по младшему брату, иногда мне становится страшно, но в целом я считаю, что все сделала правильно».
Лия Заурбекова
Об этом же говорит и Артем. Парень не был готов к такому развитию событий, до побега Лии он не знал о похожих ситуациях, не знал об истории Седы Сулеймановой.
«Честно говоря, у меня пару раз проскакивали мысли: а во что я ввязался, — но я все еще верен своим идеалам. Конечно, страшно и опасно… Но ради любимого человека я все сделаю. Мы сейчас больше думаем о том, как нам квартиру найти, жить тут. Первое время помогали правозащитники, находили нам жилье. Теперь мы самостоятельные. У меня есть планы по поводу работы, хочу новую найти, надо статус беженцев в новой стране получить, на языковые курсы пойти. Лия очень хочет поступить в университет. В общем, жизнь начинается», — говорит Артем.
Тем временем отец Лии продолжает поиски.
«Лию никто не отпускал. Все делали для того, чтобы она не уехала, но ей удалось убежать. Уехала, как будто я ей враг, скрывается теперь от меня. Нам пока на связь с ней выйти не удалось. Но мы будем продолжать поиски. Наши старшие сказали, что помогут найти ее, а тот, кто ее ввел в заблуждение, вот этот парень, будет наказан, — говорил Беслан Заурбеков. — Я с этим парнем виделся как-то. У нас свои законы. Четких условий наказания такой девушки нет. В общем, так нельзя. Если ослушаешься, будут проблемы, но это надо быть сумасшедшей».
Заявления девушки о физическом насилии Заурбеков назвал выдумкой и добавил, что у нее нет никаких доказательств.
Чеченскую спортсменку Аминат Эльбукаеву в Швейцарии избили пятеро парней, которым не понравилось, что девушка может заниматься боксом. У Аминат сотрясение мозга, сломаны ребра и рассечено лицо. Швейцарская полиция успела задержать нападавших в тот момент, когда они пытались покинуть страну. Однако инициатор нападения на девушку живет в Чечне, и его уже неоднократно обвиняли в организованной травле других чеченских женщин.
«Свобода не за горами» разобралась в подробностях нападения и рассказывает все, что известно об этом деле и его предполагаемом организаторе.
Пятеро мужчин 2 июня напали на чеченскую спортсменку Аминат Эльбукаеву, которая живет в Швейцарии. Об этом она сообщила в своем Instagram-аккаунте, записав видео сразу после нападения.
«Вы, наверное, думаете, что совершили большое дело? Потом ваши матери будут кричать: «Моего сына ни за что посадили!» Я обращаюсь к матерям, знайте, чем занимаются ваши дети. Я не оставлю это дело без обращения к властям, я расскажу властям», — говорит на видео Аминат Эльбукаева. У девушки все лицо в крови [обращение переведено с чеченского «Свободой не за горами», — прим. ред.].
Под видео девушка написала, что заставит нападавших ответить за свои действия и назвала их трусами. Позже стало известно, что у Аминат сотрясение мозга, перелома ребер и сеченой раны над глазом.
Уже через два дня после произошедшего девушка опубликовала видео, где она боксирует, и написала, что нападение связано с ее профессиональной деятельностью. По словам Аминат, нападавших не устроило, что она занимается спортом. При этом девушка подчеркнула, что ислам и чеченские традиции подобное насилие в отношении женщин не поощряют, и призвала не «не трогать» семьи нападавших.
«Да я занимаюсь боксом но это не означает что какой то Мужчина может придти ко мне и бить меня. Так как я занимаюсь этим спортом с разрешением моего отца и моих родственников. Я не оставила этот путь из за того что меня избили», — написала Аминат [орфография и пунктуация автора сохранены, — прим. ред.].
Instagram Аминат Эльбукаевой
Чеченская блогерша Liyen Sheik из Германии в своем Intstagram подтвердила, что Аминат Эльбукаевой действительно часто поступали угрозы от чеченских парней. Они заявляли, что убьют Аминат за то, что она занимается боксом, утверждает блогерша.
Она также раскрыла подробности произошедшего: согласно ее информации, на Аминат напали сзади, скрутили и начали бить ногами. Мужчины повторяли, что передают привет от некого Касима. Именно он, по словам пользователей соцсетей, начал травить Аминат и призывал остановить ее.
«Если бы она не была профессионально подготовлена к самообороне возможно ее уже не было бы в живых», — пишет Liyen Sheik [Орфография и пунктуация автора сохранены, — прим. ред.].
О том, что нападавшие передавали Аминат «привет» от некоего Касима, говорила и другая чеченская блогерша Малли Абубакарова. Она же добавила, что Касим регулярно занимается травлей девушек.
«Он и мне целое видео посвятил, а в комментариях под его видео призывают убить меня ) он и Амину травил – только из за того что она профессионально занимается спортом», — рассказывала Абубакарова [орфография и пунктуация автора сохранены, — прим. ред.]. Этот текст репостнула себе в Stories и сама Аминат.
Stories Малли Абубакаровой
Касим, о котором говорят девушки, — это чеченский блогер. Его настоящее имя — Баймурадов Тамирлан, выяснила корреспондентка «Свободы (не) за горами». Весь его контент — это нравоучения на чеченском языке. «Не (за) горами» связалась с Баймурадовым и спросила, считает ли он себя виновным в нападении на Аминат. Касим в ответ лишь прислал отрывок из прямого эфира в TikTok самой Эльбукаевой. На нем девушка говорит, что не знает о причастности Касима к нападению. На дальнейшие вопросы блогер отвечать не стал и просто заблокировал корреспондентку в соцсетях.
В Stories Касим опубликовал свою фотографию с текстом на чеченском: «Переживая за честь своего народа, я просто назвал неправильное неправильным. Как вы меня замучили из-за этого. Моя нелюбовь к плохому так же сильна, как моя любовь к матери».
Stories Тамирлана Баймурадова (Касима)
О травле из-за слов Касима «Свободе (не) за горами» рассказала еще одна чеченка, которая на момент публикации перестала вести свой бьюти-блог «из-за выгорания». По словам девушки, именно тематика аккаунта стала причиной травли:
«Меня реально замучали тогда. Угрожали, что побреют меня, потому что я показываю, как делаю мейк-ап или какую новую одежду нашла. Хотя я покрытая и скромно выгляжу. Но даже если нет, это какое их дело? Мой аккаунт всегда был для женщин, этим аккаунтом я кормила свою семью».
О нападении на Аминат Эльбукаеву высказался и чеченский правозащитник Абубакар Янгулбаев, который сейчас живет за пределами России. Он назвал самого Касима и нападавших «далекими от ума и воспитания»:
«Эти горе-герои исподтишка толпой напали на девушку со спины и избили её, а потом скрылись. У девушки в итоге разбитое лицо в крови».
Янгулбаев также обратился к нападавшим и сочувствующим им с вопросом, почему они ничего не говорят известным чеченским бойцам MMA. Те выступают в коротких шортах и с голым торсом, в то время как, по исламу, мужчине строго запрещено показывать участки своего тела между пупком и голенью. Упомянул Янгулбаев и звезду мирового MMA Хамзата Чимаева, который находится под личной протекцией Рамзана Кадырова.
По данным Янгулбаева, все нападавшие на Эльбукаеву уже задержаны. Об этом пишет и «Эхо Москвы»: пятерых чеченцев задержала швейцарская полиция, когда они пытались выехать из страны. Сам Тамирлан Баймурадов (Касим) живет в Чечне.
Сама Аминат обещает продолжить заниматься спортом, несмотря на негативные комментарии и агрессию. Как объясняет девушка, бокс ей нужен в том числе для того, чтобы при необходимости она могла себя защитить. В своем прямом эфире уже после нападения Аминат заявила, что она не бросит бокс и выйдет на тренировку сразу, как ей станет лучше.
Российские власти долгое время игнорировали практику многоженства: не запрещали, но и никак не регулировали ее законодательно. В военное время проблема, на которую закрывали глаза, проявилась с новой стороны: в начале года супруги многоженцев, погибших в Украине, начали обращаться к властям, так как не могли получить обещанных государством выплат. Дело в том, что в российском Семейном кодексе статус многоженства никак не прописан, из-за чего женщины из таких семей оказываются в бесправном положении и становятся невидимыми для государства.
«Свобода (не) за горами» поговорила со второй женой погибшего на войне российского военного о том, как она пытается добиться обещанной государством компенсации.
Многоженство из прихоти
В последний раз многоженство в России публично обсуждали в 2015 году, когда в Чечне 57-летний руководитель отдела полиции Ножай-Юртовского РОВД Нажуд Гучигов женился во второй раз на 17-летней Лейле Гойлабиевой. Тогда история стала громкой, потому что ни сама девушка, ни ее семья не желали этого брака. Накануне свадьбы односельчане Лейлы обратились к «Новой газете» с просьбой донести эту информацию до главы республики. Но тот решил действовать «вопреки» желанию девушки. Свадьба состоялась: Лейлу и ее семью лишили возможности выбирать.
Из-за того, что история приобрела федеральный размах, высказываться как о заключении брака с несовершеннолетней девушкой, так и о многоженстве стали и федеральные СМИ, и политики. Кадыров, поддержав своего товарища Гучигова, дал понять кремлевской пропаганде, что им нужно действовать так же. Поэтому насильственная свадьба Лейлы освещалась даже по «Первому каналу», где ее и вовсе назвали «свадьбой века». Тогда Кадыров, Жириновский, Мизулина и даже представители РПЦ говорили, что надо рассмотреть вопрос о легализации многоженства.
Спустя время свадьба Лейлы забылась, вопрос о многоженстве отложился до следующего резонансного случая. Однако проблемы, связанные с ним, никуда не делись, а военное время только подсветило практику, существующую в реальности, но игнорируемую государством.
Женщины из республик Северного Кавказа начали жаловаться, что не получили выплат за погибших в Украине мужей, так как были вторыми женами и по закону супругами не считались. Некоторые из них годами или десятилетиями состояли в браке и имели общих детей с погибшими, но государство им в праве на финансовые компенсации отказывает.
Молодая женщина Раббия из Дагестана почти год назад похоронила своего мужа Ахмеда. Вместе они успели прожить 8 лет, за это время супруги завели троих детей. Раббие было всего 20 лет, когда она выходила замуж за 31-летнего Ахмеда.
«Меня засватали, до этого мы несколько раз виделись, он мне понравился. Поэтому согласилась», — рассказывает Раббия.
О том, что Ахмед к тому моменту был уже девять лет женат на другой женщине, Раббие никто не сказал. Она узнала о своем статусе «второй жены» уже только после никяха — мусульманского бракосочетания:
«Был шок тогда, конечно. Мне же всего 20 лет, мне казалось, что вторыми женами могут идти только уже разведенные или очень взрослые женщины. А у меня вся жизнь была впереди».
Из-за страха «опозорить» семью, Раббия смирилась со сложившейся ситуацией и стала жить с Ахмедом. Мужчина рассказал ей, что его заставили жениться во второй раз родители, потому что с первой супругой он смог завести только девочек, а «нужен был наследник». По словам Раббии, это распространенная на Северном Кавказе практика — жениться во второй раз, если в первом браке не было мальчиков.
По документам Ахмед был женат на своей первой супруге, но жил он вместе с Раббией, хотя никакого официального статуса у их сожительства не было. Только мусульманское бракосочетание, которое не предполагает штампа в паспорте.
«Первое время с этим проблем особо не было. Ну, жили как в гражданском браке, но он нас обеспечивал, построил нам дом. Просто оставалось неприятное ощущение от того, что меня вот так обманом [взяли замуж], и что первую жену свою он фактически бросил, хотя ислам такого [не поощряет]», — жалуется Раббия.
Многоженство в исламе предполагает одинаковое и справедливое отношение ко всем супругам со стороны мужчины: одинаковое материальное обеспечение, идентичное жилье и равномерное внимание. Если хотя бы один из этих пунктов отсутствует, то считается, что мужчина не выполняет возложенные на него обязанности.
Богослов из Ингушетии Мохамед Д. говорит, что, согласно исламу, даже при подозрении, что эти условия не будут соблюдены, мужчине не стоит жениться больше, чем на одной женщине:
«У нас очень извратили представление о браках. Мужчины даже не стараются быть одинаковыми к женщинам, женятся просто по своим прихотям, хотя во времена Пророка женились на нескольких женщинах, чтобы этим женщинам помочь. Они часто бывали вдовами или малоимущими. В те времена без покровительства мужчины им могло быть очень сложно. А сейчас просто вот захотел человек жениться на более молодой, или первая жена надоела, вот он и находит молодую новую девушку себе. И считает, что, если он заключил никях, этого достаточно, что больше никаких обязанностей у него нет. Хотя Пророк Мухаммад, да благословит его Господь и приветствует, говорил, что тот, кто не будет относиться одинаково к двум женам, тот ответит за это в аду».
Запретить или узаконить
На второй год войны в Украине Ахмед отправился на фронт. По словам Раббии, он не обсуждал это ни с ней, ни с первой женой. Просто получил повестку, пошел в военкомат. Женам сообщил в последний момент.
«Я его отговаривала, вообще не понимала, зачем он [едет на войну]. Если ради денег, то мы ни в чем не нуждались, не жили богато, но и не голодали. Он ни в какую меня не слушался, потом уже когда был на линии фронта говорил, что ему было стыдно не идти, когда его товарищи шли. Там несколько его друзей тоже поехали на фронт, может они как-то на слабо его брали? Не знаю», — говорит Раббия.
Мужчина пробыл в Украине три месяца, весной прошлого года он погиб. Долгое время Ахмед числился пропавшим без вести. Раббия, по ее словам, обивала все государственные инстанции, писала обращение к Путину с просьбой помочь выяснить судьбу мужа:
«Кроме меня, никто этим не занимался. Я еще была тогда с детьми мал-мала меньше. Первая жена ничего не делала, чтобы его найти. Она как будто смирились с тем, что он погибнет, когда он только туда поехал».
Выплату в размере пяти миллионов рублей получила только та супруга, брак с которой был оформлен официально. Раббия же не смогла добиться выплат не только для себя, но и для своих детей. Но при этом женщина говорит, что не винит в этом первую супругу.
«Я даже не думала просить у нее поделиться, прислать половину. Мне кажется, я не имею право это просить. Она получила за потерю кормильца, мне кажется, и я должна как вторая жена. Он же нас обеспечивал до своей гибели», — отмечает Раббия.
Раббия решила попытаться помочь и другим женщинам, оказавшимся в похожей ситуации. Вместе они направили письмо в адрес главы Дагестана, чтобы права вторых жен тоже соблюдались:
«Мне кажется, что надо тогда либо запретить вообще многоженство, либо начать воспринимать нас как полноправных жен со всем вытекающим».
История Раббии далеко не единственная. В феврале этого года о такой же проблеме рассказала Патимат — еще одна дагестанка, которая не смогла получить выплаты за погибшего в Украине мужа, потому что официально брак был оформлен не с ней, а со второй женой. При этом с мужчиной она прожила 12 лет, родила ему троих детей.
«Когда он погиб, я вообще ничего не понимала. Я была не просто расстроена, у меня был шок. Уже прошёл почти год. Ну как разделили они, так и разделили. Значит, так и надо, что я могу сделать? Вот так вторая жена прожила с мужем полтора месяца, успела забеременеть и получила деньги по потере мужа», — жаловалась Патимат.
Официальных заявлений ни власти Дагестана, ни муфтият по этому поводу не делали. При этом до начала войны официальные лица республики и даже федеральные чиновники говорили о пользе таких союзов и необходимости их легализации. Полигамные браки на Северном Кавказе все еще остаются в серой зоне, а женщины, которые стали вторыми, третьими или четвертыми женами, никак не защищены законом.
