Svoboda

Author: admin

  • «Развеять чары». Как и зачем на Северном Кавказе борются с колдунами

    «Развеять чары». Как и зачем на Северном Кавказе борются с колдунами

    Россияне ежегодно тратят на эзотерику триллионы рублей, и Северный Кавказ – не исключение. Власти начали активно бороться с ними и задерживать колдунов, предоставляющих якобы магические услуги, хотя юридического обоснования у таких действий нет, ведь в России не существует статьи за оккультизм. Новости о задержаниях появляются практически каждую неделю, а местные жители даже организовывают ночные дежурства, чтобы ловить ведьм.

    Корреспондентка «Свободы (не) за горами» разобралась, как сегодня выглядит рынок магических услуг в северокавказских республиках, почему местные жители считают его серьезной проблемой и зачем власти устраивают буквально охоту на ведьм.


    Решение всех проблем

    Интерес к эзотерике в России возродился именно в последние годы: так, например, за 2024-й спрос на магические услуги и товары увеличился на 34%, что привело и к росту цен на них. Депутат Госдумы Андрей Свинцов даже озвучил сумму, которую россияне якобы потратили на магические атрибуты — за год она составила 2,4 триллиона рублей.

    На этом фоне ряд депутатов попытались вообще запретить рекламу эзотерических и духовных практик, но законопроект не поддержало правительство. Там отметили, что инициатива «не соответствует принципу юридической определенности», а это создаст риск произвольного толкования закона и его применения. Да и закон, предусматривающий ответственность за распространение недостоверной информации, уже существует и касается всех рекламодателей.

    Борьба с магами и колдунами ужесточилась и на Северном Кавказе, при этом в ряде регионов с ними активно борются местные власти и силовые структуры, несмотря на отсутствие соответствующих законов. Против выступают и религиозные деятели, которые видят в колдунах вероотступников.

    «У нас насчитывается как минимум 800 тысяч колдунов. То есть колдунов и гадалок у нас намного больше, чем врачей. Что это за люди? И люди ли это вообще?» — так начинается подкаст о колдунах, подготовленный Муфтиятом Республики Дагестан.

    «Это люди в кавычках», — многозначительно отвечает имам Джума мечети города Дагестанские Огни Нуруддин Гусейнов.

    По его словам, колдуны — это те, кто заключил сделку с шайтаном. Для такой сделки, утверждает он, есть три условия: уединение, куфр (неверие) и осквернение Корана. Подкаст нашел свою аудиторию: в комментариях под эпизодом зрители благодарят ведущих за «нужный и актуальный» выпуск.

    Жители региона, с которыми поговорила «Свобода (не) за горами», тоже уверены, что с колдовством нужно бороться. 26-летняя Фатима из Махачкалы [имя изменено по просьбе героини — Прим. авт.] рассказала, что сама столкнулась с людьми, практикующими сихр — колдовство. Четыре года назад она обнаружила дома свою фотографию: лицо на ней было выцарапано, а оборот исписан одним словом «умри». Незадолго до этого дома у девушки гостили ее родственники.

    — Кроме родственников, у меня дома никого не было, — рассказывает Фатима. — Поэтому, когда я нашла эту фотографию, была очень удивлена. Даже если не верить во все это, сам факт, что кто-то из близких настолько желает тебе зла… Если долго об этом думать, можно в паранойю скатиться.

    Сначала девушка хотела отнести фото в мечеть, но затем решила просто сжечь его, чтобы поскорее избавиться.

    У всплеска популярности магических услуг есть психологической объяснение. По словам психолога Айгель Тулебаевой, в сложные времена люди склонны обращаться к целителям и шаманам, когда проблему не удается решить никак иначе. Вряд ли такой человек знает, что имеет дело с шарлатанами, считает психолог:

    «Есть очень много людей, которые хотят от этой боли избавиться. То есть нам нужен кто-то, кто эту боль мог бы снять. [Человек] верит в то, что он поможет, он пробует все методы. И человек готов заплатить любые деньги, чтобы эту боль хотя бы немного облегчить», — объясняла Тулебаева.

    Собеседница «Свободы (не) за горами» из Ингушетии Амина говорит, что в ее семье никогда не было магического мышления, пока бабушка не столкнулась с воровством. В 2019 году у нее пропали накопления, которые она хранила дома. Найти вора не удалось, а в полицию решили не обращаться, опасаясь, что виновником может оказаться кто-то из родственников.

    Амина вспоминает, что бабушка была уверена: колдунья сможет в своем обряде как-то воздействовать на шерсть медведя, и от этого у вора начнутся физические страдания. Говорила она об этом совершенно серьезно. Семья попыталась ее отговорить, и бабушка пообещала отказаться от своей идеи, но Амина не уверена, что им удалось действительно переубедить родственницу.

    Охота на ведьм

    Жители Северного Кавказа, с которыми удалось поговорить, уверены, что с колдунами нужно бороться. В пример обычно ставят Чеченскую республику, в которой власти действительно активно искореняют колдовство. Сообщения о задержании очередного «мага» появляются почти каждую неделю и обязательно попадают в эфир местного телевидения.

    Так, в начале июня в Чечне по подозрению в связях с «оккультными практиками» задержали местную жительницу Алкан Цукаеву. В сюжете государственного телеканала «Грозный» ее публично отчитывал руководитель Центра исламской медицины Адам Эльжуркаев — приближенный Рамзана Кадырова. Пожилая женщина категорически отрицала обвинения в «колдовстве».


    Сюжет о Цукаевой вышел и на ресурсе «ЧП Грозный». Там утверждалось, что она неоднократно появлялась на автозаправках, где «совершала странные действия». Например, просила сотрудников подержать четки. По словам Эльджуркаева, это значит, что она хотела испортить бизнес владельца АЗС. После задержания у нее дома провели обыск, а затем вместе с сыном доставили к Эльжуркаеву.

    На видео также показали предметы, которые, как заявлялось, принадлежали Цукаевой: пластиковую канистру с водой, свечи, книги о шаманах и колдуньях с иллюстрациями, похожими на картинки из детских книг. Особое внимание Эльжуркаев обратил на запись в тетради: «Вера разная, одной веры не было и не будет». Он усомнился, что женщина исповедует ислам, хотя та настаивала, что является верующей. В той же тетради нашли слова «Украина», «морфлот», «подлодка», «ракеты», «служба в армии». Цукаева не смогла объяснить, зачем их написала, и утверждала, что зарабатывает на жизнь шитьем и продажей собственных изделий.

    Уже через две недели в регионе задержали еще одну «колдунью» — пенсионерку Зару Яхьяеву. По данным местных СМИ,  она предлагала целый спектр «магических услуг», «прикрываясь безобидными намерениями». Вместе с ней был задержан и ее сын Магомед, а также несколько клиентов.

    — Разве это не стыдно обманывать людей? — спрашивает все тот же Адам Эльжуркаев у пожилой женщины.

    — Клянусь, стыдно, — отвечает Яхьяева, не поднимая глаз.


    Эльжуркаев заявил, что у подобных людей «нет веры, совести и благоразумия», а единственное, что они умеют, — «обманывать окружающих». В итоге с «колдуньи» взяли слово, что она больше не будет заниматься подобной деятельностью. Сын задержанной тоже пообещал, что его мать впредь не будет принимать клиентов для оказания магических услуг.

    Сразу следующим роликом Telegram-канал опубликовал видео не только с Зарой, но и с другими колдуньями, которых Эльжуркаев отчитывает под портретами Владимира Путина, Рамзана и Ахмата Кадыровых. Как пишут администраторы канала, одна из их клиенток просила «женить» своих троих сыновей: для этого «колдунья» дала ей мед и орехи, которые должны были съесть молодые люди. Однако, как отметила клиентка, пока «заговор» не подействовал. Другая посетительница пришла с просьбой узнать, вернется ли ее сноха в семью.

    Адам Эльджуркаев призвал чеченцев жаловаться в полицию на колдунов. Однако, как рассказала в беседе с «Кавказским узлом» глава комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, в Чечне нет практики подачи заявлений в правоохранительные органы на тех, кто оказывает оккультные услуги. По ее словам, люди понимают, что в республике это не приветствуется, поэтому проводят такие обряды тайно, а обращаются к ним от безысходности.

    «Однако если в репортаже гостелеканала прозвучал призыв к жителям обращаться в полицию, значит власти хотят внедрить эту практику. Я не думаю, что обращений будет много, но возможно какая-то группа откликнется на этот призыв. Все-таки в исламе к этому плохо относятся. Но поскольку в республике нет справедливости, нет уверенности в завтрашнем дне, многие обращаются [за оккультными услугами], чтобы понять, что будет дальше», — отметила Ганнушкина.

    Активисты против колдунов

    Впрочем, помимо тех, кто к колдунам обращается, находятся и местные жители, готовые с ними бороться самостоятельно, без привлечения правоохранительных органов. Например, в 2019 году в Ингушетии жители села Кантышево почти всю ночь искали двух «колдуний». По словам очевидцев, активисты напали на след женщин, которых подозревали в попытке навести порчу.

    Поиски начались еще днем: жители прочесывали окраину и территории кладбища, но так никого и не нашли. Отчаиваться активисты не стали и начали распространять в соцсетях призывы выходить на ночные дежурства, в том числе на кладбища, чтобы не допустить колдовства.

    А в июне этого года под подозрение в колдовстве попала православная женщина: сначала информация о ней появилась в дагестанских пабликах, где утверждалось, что она проводила сихр (колдовство) в чужом дворе. Местные жители стали искать женщину, фотографировали ее в маршрутках и на улицах, в сети даже появилось видео, где люди оскорбляют ее.

    Затем информация о той же женщине появилась в региональных пабликах Ингушетии — там тоже стали писать про «колдунью, которая приехала из Дагестана». Вскоре женщину нашел местный житель: он угрожал ей, ударил по лицу и потребовал показать содержимое сумок. Внутри оказались личные вещи и книги о православии. «Наш брат после проверки уведомляет нас, что она чиста и никаких предметов для колдовства у нее не обнаружено», — сообщили затем в местных каналах.

    МВД Ингушетии начало проверку по факту избиения женщины и попросило граждан сообщить о её местоположении. О результатах проверки пока не сообщалось.

    Несмотря на громкие заявления и показательные задержания, в российском законодательстве по-прежнему нет статьи за «оккультные практики». Собеседники «Свободы (не) за горами» отмечают, что кампания против «колдунов» на Северном Кавказе все чаще превращается в инструмент публичного давления и запугивания. При этом сама популярность подобных историй объясняется не только религиозными убеждениями, но и тяжелой социально-экономической ситуацией. В условиях бедности, отсутствия перспектив и недоверия к государственным институтам люди ищут способы выплеснуть накопившееся раздражение и страх. Иногда объектом становятся те, кого легче всего обвинить: «колдуны» и «ведьмы».

    Аида Магомедова

  • Взрывной город. Как жители Махачкалы годами живут на «пороховой бочке»

    Взрывной город. Как жители Махачкалы годами живут на «пороховой бочке»

    В марте в Дагестане взорвался 16-этажный жилой дом. По официальным данным, в одной из квартир произошла утечка газа, после чего начался пожар. Чиновники сразу заявили, что большое здание прямо в столице в региона было построено самовольно, соответственно, и газ к нему провели нелегально. Местные жители возмущаются — они годами живут на пороховой бочке, а власти либо разводят руками, либо — обвиняют самих пострадавших.

    «Свобода не за горами» поговорила с жителями республики о том, как бездействие чиновников превращает дома в ловушки.


    «Ушлые дельцы и коррумпированные чиновники»

    — В тот день [25 марта] я проснулся из-за мощного звука, — рассказывает Рамиль, житель многоквартирного дома на улице Гапцахская. — Сначала подумал, что это землетрясение, а потом жена начала кричать, что дом горит. Та квартира, [где начался пожар], была слева от нас. Мы быстро схватили детей и выбежали. И смотрели, как горит дом, где мы совсем недавно квартиру купили.

    25 марта жители Редукторного района в Махачкале проснулись от сильного взрыва. Пострадали два человека — хозяйка квартиры, где произошел взрыв газа, и мужчина из соседней квартиры. Оба были доставлены в реанимацию в тяжелом состоянии с сильными ожогами. Взрыв разрушил несколько квартир, повредил припаркованные во дворе машины, выбил стекла в соседних домах. Из дома эвакуировали 150 человек. Уже меньше, чем через час после происшествия, мэрия города заявила, что дом не был введен в эксплуатацию и не должен был быть заселен. По словам чиновников, здание входило в реестр незаконно возведенных домов, а произошедшее они назвали «хлопком паров газа».

    Но несмотря на это, люди активно въезжали в свои новые квартиры. Рамиль купил жилье в доме на улице Гапцахская меньше года назад. Он провел там ремонт и заселился вместе с супругой и двумя детьми.

    — Мне казалось, что по документам все в порядке. Мы спокойно купили квартиру за 7 миллионов рублей. Это наше первое жилье было, до этого с родителями жили. Как я должен был понять, что здание незаконно построено? Нас об этом никто не предупреждал. Мне кажется, они [мэрия] просто хотели себя защитить, но в итоге только хуже сделали: у них в городе 16-этажный дом незаконно построенный. Совсем бараны, что ли, такое не замечать?! — возмущается Рамиль из-за того, что городская администрация в разговоре с журналистами обвинила самих жильцов в том, что те «незаконно заселились».

    По данным BAZA, дом, в котором произошел взрыв, должен был быть девятиэтажным, но застройщик самовольно добавил еще семь этажей. Строительство началось в 2016 году на основании согласованного с мэрией проекта. Однако уже в 2018-м при проверке выяснилось, что застройщик превысил допустимую высоту. На запросы контролирующих органов застройщик якобы ответил: «Так получилось».


    Власти подали на застройщика в суд, дом признали самостроем и внесли в соответствующий реестр. Тем временем дольщики потребовали признать дом жилым и выдать им ключи. Суд удовлетворил иск и жильцы начали заселяться, несмотря на отсутствие подключенных коммуникаций и официального разрешения на эксплуатацию. И это, по словам экспертов, с которыми поговорила «Свобода не за горами», не первый случай.

    Борьба с незаконными постройками в Дагестане началась в 2023 году, когда в Махачкале составили реестр самостроев — 180 зданий, по 70 из них есть решения о сносе. Большинство домов заселены. Власти утверждали, что не допустят массовых выселений, но на деле жильцов часто просто ставили перед фактом — здание будет снесено. А августе того же года в Махачкале начался снос одного из самостроев — девятиэтажного дома на Тбилисской улице. Техника приехала рано утром, когда внутри еще находились жильцы. Видео, на котором люди с криками пытаются остановить разрушение, быстро разошлось по соцсетям. Как утверждали тогда сами жители, они жили в этом доме 10 лет. Снос удалось остановить, но осенью он продолжился. Жительницы дома в отчаянии ложились под трактор, чтобы остановить разрушение. Многие не успели даже забрать вещи. Дом был снесен.

    Снос дома на Тбилисской улице

    Как и в случае со взорвавшимся домом в Махачкале, застройщики просто надстраивали этажи без разрешений, а жильцы надеялись, что дома со временем «узаконят», потому что так было не раз. По мнению экспертов, именно эта практика — узаконивание самостроя — провоцирует новые нарушения. По сей день власти Дагестана занимаются редкими показательными сносами, но не решают проблему с коррупционной составляющей незаконных построек. Например, после взрыва в Махачкале, депутат Государственной Думы Султан Хамзаев призвал обратить внимание на застройщиков, которые «должны ответить по всей строгости закона»:

    «Считаю, что будет справедливым изъять незаконно нажитое имущество у тех, кто ответственен за строительство многоэтажки в Махачкале, где произошел взрыв газа. И потратить на то, чтобы возместить порчу имущества нашим гражданам и ущерб здоровью. Жесткие меры нужно применять ко всем, кто строит жилые многоквартирные дома в обход законов».

    При этом Хамзаев ничего не сказал про то, что застройщики часто платят чиновникам, чтобы те закрывали глаза на незаконные постройки. Об этом говорил и глава Дагестана Сергей Меликов. По его словам, строительный «спрут», объединивший «ушлых дельцов и отдельных коррумпированных чиновников» так силен, что даже адресные проверки не помогают решить проблему.

    «В лучшем случае в результате таких проверок находятся стрелочники, а истинные выгодоприобретатели с легкостью уходят от ответственности», — признавал Меликов.

    «Лишь бы народ не бесить»

    Так случилось и в этот раз. По делу о взрыве в Махачкале был задержан сотрудник газовой службы Ленинского района. Его подозревают в халатности и ненадлежащем исполнении служебных обязанностей, что, по версии следствия, привело к трагедии и нанесению вреда людям. Как сообщили в региональном Следкоме, дело возбуждено по статье об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности. Мужчину поместили в СИЗО.

    Затем в Махачкале задержали мошенника, выдававшего поддельные документы на газификацию взорвавшейся многоэтажки. Как сообщает региональный Следственный комитет, задержан мужчина, представлявшийся сотрудником «Газпрома», который получал от застройщика 350 тысяч рублей за выдачу разрешительных документов на газификацию дома. Документы оказались поддельными и не соответствовали требованиям закона. В отношении задержанного возбуждено уголовное дело по статье о мошенничестве в крупном размере. Сейчас решается вопрос об избрании меры пресечения — скорее всего, его отправят под стражу.

    В тот же день, 25 марта, через час после взрыва в многоквартирном доме, из-за утечки газа взорвался салон связи на улице Имама Шамиля в Махачкале. На момент происшествия салон был закрыт, однако рядом находились случайные прохожие. Трое из них до сих пор в больнице: 41-летняя женщина с ожогами и переломом, мужчина с ожогами 40% тела и 52-летняя женщина с переломом ребер. Следователи возбудили уголовное дело по статье о предоставлении услуг, не отвечающих требованиям безопасности.


    При этом глобально проблема с незаконным проведением газа никак не решается, жалуются местные жители.

    — Я тоже уже 15 лет прожила в доме, где газ, оказывается, незаконно был проведен. Вот мы совсем недавно об этом узнали. Но я каждый месяц оплачивала коммуналку. Кому я платила, спрашивается? — возмущается местная жительница в разговоре со «Свободой не за горами».

    Помимо этого, местные недовольны и работой газовиков. Например, около месяца назад в соцсетях появилось видео о том, что на одной из махачкалинских улиц на протяжении недель из-под асфальта раздаются громкие хлопки и вырываются искры. Местные жители рассказывали, что от силы «хлопков» в воздух взлетает песок и мелкая галька, а искры поднимаются на полтора метра. При этом жалобы в Горэлектросети ни к чему не приводили, пока жители не стали говорить о проблеме в соцсетях: городские службы приехали, вскрыли асфальт и уехали, ничего не исправив. Хлопки продолжаются до сих пор, а напряжение в электросети скачет. С каждым хлопком из ямы вылетают камни, песок и искры. Открытая яма в центре города, наполненная водой и электричеством — это потенциальная угроза для жителей, жалуется один из наших собеседников.


    — Вот так у нас все время. Им [чиновникам] плевать, пока трагедия не случится. На дома эти незаконные было плевать, пока не взорвался один из них. На этот асфальт плевать. Потом он взорвется, кто-то умрет, и какого-то левого бедолагу накажут, — говорит местный житель Заур. — Еще у нас люди настолько уже в шоке с этих постоянных взрывов, что придумывают всякие версии типа ФСБ взорвали жилой дом.

    Конспирологическая версия причастности ФСБ к взрыву в многоэтажке действительно очень активно распространяется в дагестанском сегменте интернета. Опровергать ее пришлось даже мэру Махачкалы Юсупу Умавову:

    «После недавних взрывов многие жители Дагестана начали выдумывать разные конспирологические теории о том, что эти взрывы устроили ФСБ специально для того, чтобы найти украинский след и обвинить Украину в срыве мирных соглашений между Россией и США. Хочу всех успокоить — ФСБ к взрывам не имеет никакого отношения, это газ взорвался. Не нужно паники, [не нужно] лазать по подвалам и искать какие-то бомбы. Это трагическая случайность».

    Однако, по словам одного из собеседников «Свободы», взрыв в многоэтажке — не трагическая случайность, а закономерный результат многолетней системы, где чиновники закрывают глаза на очевидные риски:

    — Застройщики строят, не спрашивая, власти «узаконивают», чтобы народ не бесить. В итоге все довольны до тех пор, пока не случается очередной взрыв.

    Местные считают, что новые трагедии в Махачкале — вопрос времени, потому что город на пороховой бочке, а чиновники ничего с этим не делают. А эксперты подчеркивают, что решение по аварийным и незаконным домам должен принимать, как правило, губернатор, и это ставит власти перед в «неудобное» положение. Ведь при признании домов подлежащими сносу нужно решать, как не оставить на улице людей, которые уже живут в таких домах.

  • Село против системы. Жители дагестанского Хубара полгода борются за свои земли.

    Село против системы. Жители дагестанского Хубара полгода борются за свои земли.


    В дагестанском селе Хубар уже полгода не утихают протесты из-за передачи сельхозземель под контроль районной власти и «частников». За это время конфликт вышел далеко за рамки бюрократической тяжбы: директора школы уволили за участие в протестных акциях, учителя объявили забастовку, глава района послал «на хуй» митингующих, а сельский депутат публично вызвал его на бой.

    Как дагестанское село на 1200 жителей оказалось в центре внимания всей страны — разобралась «Свобода не за горами».

    Право на исторические земли

    Конфликт в селе Хубар зрел давно. Еще с 2013 года большая часть сельхозземель — более тысячи гектаров — находилась в собственности Казбековского района и сдавалась в аренду муниципальному предприятию «Хубар», учрежденному районной администрацией.

    Формально МУП должно было работать в интересах села, но на деле жители никак не влияли на то, как используются эти земли, и постоянно сталкивались с нехваткой участков для выпаса скота и ведения хозяйства. Летом 2024 года, узнав, что власти планируют передать земли в управление частному ООО, созданному на базе МУП, жители потребовали расторгнуть договор с предприятием и вернуть землю в распоряжение села.

    Хубарцы опасались, что земля окажется в руках частников и на ней начнут строить отели или другие туристические объекты, которые не принесут пользы местным, но лишат их последнего ресурса для жизни. Однако районные власти вместо этого ликвидировали МУП и передали участки новой структуре, сохранив контроль над ними. Хубарцы стали участвовать в сходах и требовать возвращения земли себе.

    В октябре 2024 года почти все учителя школы в селе Хубар перестали выходить на работу. Причиной забастовки стало увольнение директора Магомедрасула Исакова, который возглавлял школу 16 лет. Он открыто поддержал жителей села в их борьбе за возвращение земель. Эта позиция не устроила районные власти, и вскоре на Исакова начали оказывать давление. По словам местных жителей, его вызвали в администрацию и фактически заставили написать заявление об увольнении «по собственному желанию».


    «После совещания, мы [учителя] единогласно решили, что все как один увольняемся с нашим директором, который руководил нами 16 лет. За эти годы ни одного нарекания к нему ни со стороны начальства, ни со стороны коллектива не было. Мы узнали, [что его увольнение] связано с политическими, земельными вопросами, которые не могут не волновать нас не только как учителей, но и как жителей села. Мы возмущены тому, что [администрация села] смогла поставить нашему директору условие: либо он сам уходит с работы, либо они его уволят», — говорила преподавательница русского языка и литературы Шуайнат Алисултанова.

    В первый день забастовки для встречи с учителями прибыли глава Казбековского района Гаджимурад Мусаев, прокурор района Эльдар Абдулаев и начальник ОВД Закир Гереханов. Чиновники обещали, что проведут проверку и по поводу увольнения директора, и по поводу передачи земель. На следующий день в Telegram-канале администрации района появилась заметка, где позицию педагогов назвали «печальной».

    При этом сам директор школы Магомедрасул Исаков призывал учителей не смотря ни на что вернуться к работе. Однако его уговоры не действовали. Администрация района была вынуждена привозить в школу учителей с других сел, но из-за этого родители перестали пускать своих детей на занятия.

    Забастовка

    Протест не дал результатов: Исакова не восстановили в должности, а учителя вернулись на работу. В качестве нового директора администрация села назначила Зулумхана Гаджимагомаева. Однако учителя и жители села выразили недовольство этим назначением, утверждая, что Гаджимагомаев не имеет педагогического образования и был назначен незаконно.

    «Он попросту ничего не знал о том, как руководить школой, как находить общий язык с учителями, школьниками, родителями. Ему как будто бы плевать было: назначили, вот и сидит», — рассказал «Свободе не за горами» один из учителей.

    А в феврале, спустя четыре месяца после забастовки, педагоги  на сходе жителей села Хубар объявили, что, если Исакова не восстановят в должности, то они объявляют бессрочную забастовку. Жители села их поддержали и заявили, что устроят пикеты в Москве, если их требования не будут выполнены. 17 февраля коллектив школы начал бессрочную забастовку. Они опубликовали решение педагогического состава, под документом подписались 24 работника школы. Затем около 10 жителей Хубара уведомили правительство Москвы о намерении провести пикеты в столице в начале марта.


    Примечательно, что все это время глава Дагестана Сергей Меликов никак не комментировал происходящие события. Первое заявление он сделал только 19 февраля и назвал забастовку «нездоровой тенденцией» и «предметом спекуляции»:

    «Дагестанские учителя снова в центре скандала! Коллектив школы в селе Хубар Казбековского района объявил «забастовку» с требованием восстановить в должности прежнего директора, а местные жители эту волну якобы поддержали и даже угрожают различными незаконными сходами!»

    Меликов пригрозил «серьезными последствиями» тем, кто «срывает учебный процесс». Он также обвинил местных жителей в попытке «сменить власть», эту версию затем стали поддерживать и провластные дагестанские блогеры.

    «Кому-то очень надо «снести» главу района. Муниципалитет раз за разом дает объяснения, растолковывает всем и каждому о том, что в школе происходит и, казалось бы инцидент должен быть исчерпан. Однако кого-то явно такой расклад не устраивает и принимается решение провести митинг аж в самой первопрестольной», — написал Telegram-канал «Что там у дагестанцев?»

    Один из местных жителей Хубара в разговоре с корреспонденткой «Свободы не за горами» отметил, что дагестанские власти боятся пойти на уступки сельчанам:

    «Они знают, что такие же ситуации, как у нас, во многих других районах Дагестана. Поэтому они боятся, что, если мы добьемся права на свою землю, за нами последуют и все другие».

    Поединок

    21 февраля в социальных сетях появилась аудиозапись разговора Гаджимруда Мусаева, главы администрации Казбековского района, куда входит село Хубар, с одним из местных жителей. Во время короткого диалога, Мусаев «послал на хуй» местных жителей, недовольных сложившейся ситуацией.

    После этого сельчане провели очередной сход, где заявили, что они не доверяют Мусаеву, так как он не хочет возвращать исторические земли села Хубар в баланс села.

    «Мы, жители села Хубар, обращаемся к главе Дагестана с требованием приехать в село Хубар и понять на месте, что тут происходит, а не в Telegram писать то, что он не знает. Обращаемся к генеральному прокурору России с просьбой провести проверку и дать правовую оценку использованию [Мусаевым] нецензурной лексики в телефонном разговоре с жителями села Хубар», — сказал один из представителей сельской общины на сходе.

    Глава Казбековского района Гаджимурад Мусаев признал, что он «послал на хуй» своего собеседника, однако заявил, что это был частный разговор. За Мусаева заступился даже глава Дагестана Меликов.


    «Прежде всего, хотел бы прокомментировать слив частного телефонного разговора с главой района. То, что Гаджимурад Мусаев не смог сдержать эмоций, никак его не красит, но я могу понять уровень напряжения, которое он переживает в эти дни, отстаивая, я подчеркиваю, законное (!) решение. Разумеется, его слова были обращены к конкретному собеседнику, который умело провоцировал Мусаева, а никак не к жителям села», — заявил Меликов.

    В конце февраля в школу в селе Хубар приехал премьер-министр Дагестана Абдулмуслим Абдулмуслимов. После обсуждения конфликта с местными, он заявил о восстановлении директора в должности. Премьер-министр также поручил создать рабочую группу для решения земельного вопроса. В нее войдут представители Минимущества РД, Росреестра, Роскадастра. Также в состав комиссии включили несколько представителей от села, их выбрали прямо во время визита чиновника.

    При этом вопрос с землей все еще не решен. Среди неразрешенных конфликтов осталась и ситуация с Мусаевым, который послал сельчан «на хуй». Четвертого марта сельский депутат Рашид Исаков вызвал Мусаева на ринг. Депутат отправил главе района официальное письмо с требованием выйти на бой после месяца Рамадан. Исаков добавил, что, если Мусаев откажется, то он «оставляет за собой право набить ему морду»:

    «Я готов выбить из твоего тела все те жиры, которых ты накопил за все эти годы», — заявил Исаков.

    На момент написания этого материала глава администрации Гаджимурад Мусаев не дал ответа депутату, вызвавшему его на поединок.

  • «Побывать там, где она жила и была убита». Как подруга убитой чеченки Седы Сулеймановой два года пытается найти хоть какую-то информацию о ее судьбе

    «Побывать там, где она жила и была убита». Как подруга убитой чеченки Седы Сулеймановой два года пытается найти хоть какую-то информацию о ее судьбе

    Лена Патяева на мосту Кадырова в Санкт-Петербурге

    В августе 2023 года чеченские силовики похитили 26-летнюю Седу Сулейманову и насильно вернули ее домой, в Чечню. Девушку увезли прямо из квартиры в Санкт-Петербурге, где она жила со своим парнем. Спустя год правозащитники заявили, что, по их данным, Седу убили родственники.

    Парень Седы, отношения с которым могли стать основной причиной ее похищения и, в конечном итоге, убийства, решил начать «новую жизнь» — без памяти о погибшей девушке. Однако все это время Сулейманову продолжает искать ее подруга из Санкт-Петербурга Лена Патяева.

    29 января 2025 года Лена вышла на одиночный пикет на мосту Кадырова в Санкт-Петербурге. На ее плакате было написано: «Где Седа? За 10 месяцев следком Чечни не смог найти ее ни живой, ни мертвой». Девушку задержали, она провела два дня в отделении полиции. 31 января суд назначил ей 20 часов обязательных работ по протоколу об организации несогласованной акции.

    Последние два года Лена регулярно выходила на пикеты, организовывала флешмобы и даже ездила в Чечню. Все для того, чтобы заставить местные власти ответить на один вопрос: где Седа?

    — Вы познакомились с Седой уже после ее побега из Чечни в октябре 2022 года?

    — Мы познакомились, когда она жила в шелтере СК SOS в Санкт-Петербурге. Но Седа уже готовилась переезжать оттуда, потому что на тот момент и она сама, и правозащитники думали, что ей ничего не угрожает. С ней в шелтере тогда жила моя подруга Марьям, которая также сбежала от семьи в Ингушетии, она нас и познакомила.

    Седа искала жильё, а мне как раз была нужна соседка, чтобы за квартиру меньше платить, поэтому мы съехались. Но мы успели вместе прожить всего несколько дней. Она устроилась на работу в небольшую кофейню, была бариста. Там ее нашел двоюродный брат. Поэтому она снова вернулась в шелтер [в феврале 2023 года двоюродный брат Седы Ахмед Батаев нашел ее место работы. Камеры видеонаблюдения, которые были за стойкой бариста, зафиксировали разговор девушки с родственником. Мужчина спрашивал у нее, где она живет, кто ей помогает, и призывал вернуться домой. Тогда Седа смогла сбежать через заднюю дверь, — Прим. Авт.].

    — Когда вы стали вместе жить, вы осознавали риски и для Седы, и для себя самой?

    — Нет, я тогда вообще ничего не понимала. В тот день, когда пришел ее брат, я должна была забрать Седу с работы на машине. Приезжаю к кофейне — а ее нет, ларек закрыт. Я обошла все вокруг, не нашла ее и ни с чем вернулась домой.

    Только спустя время правозащитники разрешили ей со мной связаться и рассказать все. У меня, конечно, был шок. Я такого вообще не ожидала. После этого я стала расспрашивать Седу о семье. Она сказала, что ее могут убить. У меня это вызвало… даже не недоверие. Скорее удивление: как можно убить свою дочь, сестру? Раньше она говорила, что хочет уехать за границу, потому что, если ее найдут, ничего хорошего не произойдет. Я думала, это скорее паранойя. Просто и Седы, и правозащитники  тогда считали, что ее семья не влиятельная, она не сможет ее отыскать.

    Но брат нашел. И стало понятно, что риск был реальный. Еще он сказал ей, что у него есть связи в правоохранительных органах.

    Лена Патяева и Седа Сулейманова. Фото из личного архива Патяевой.

    — Что Седа вам рассказывала о своей семье?

    — Она говорила вещи, которые казались мне противоречивыми. У нее был один старший брат и три старшие сестры. Все они уже замужем, причем сестер выдали рано — в 16–18 лет. А Седа, по их меркам, «засиделась» — к моменту побега ей было 25.

    Седа рассказывала, что ее брат Микаил любит ее больше, чем других сестер. Но когда я спрашивала, кто мог бы ее убить, она перечисляла: «Может, дядя. Может, Микаил и убьет». То есть брат у нее был и в списке тех, кто ее любит, и в списке тех, кто может ее убить. Для человека со стороны это звучит как полный бред, а для Седы — реальность, в которой она жила.

    — Когда Седа познакомилась со своим парнем?

    — Это было весной 2023 года. Ей нужно определиться: или съезжать из шелтера СК SOS и самостоятельно жить в России, или оставаться в их шелтере, чтобы потом с их помощью переехать за границу. Но она очень не хотела тратить годы своей жизни на то, чтобы начинать всё за границей с нуля. Знакомство со Стасом тоже стало одной из причин, [почему она осталась в России]. Они начали жить вместе, и Седа говорила мне, что с ним ей очень хорошо и спокойно. У нее появилось чувство безопасности. Ложное чувство безопасности. Стас говорил ей: «Я тебя защищу». Она в это верила. Расслабилась.

    Незадолго до того, как ее похитили, она позвонила маме и сказала ей, что выходит замуж за русского. Она не назвала его имя. Но они его нашли… Наверное, по камерам их вместе отследили.

    23 августа 2023 года сотрудники полиции Санкт-Петербурга и силовики из Чечни в штатском поджидали Стаса в подъезде дома, где он жил вместе с Седой. Они потребовали, чтобы он открыл дверь в квартиру, где находилась девушка. Стас вместе с ними подошел к двери, постучал и встал под глазок, чтобы Седа увидела только его. Она открыла. Силовики забрали девушку в отделение полиции, сказав, что она обвиняется в краже украшений на сумму 150 тысяч рублей. В тот же день ее увезли в Грозный.

    — Вы помните, как узнали о похищении Седы?

    — Я узнала об этом даже не в тот же день. Стас не сразу нам сообщил. Его тоже забрали в отделение. Как только полицейские отдали ему телефон, он написал Марьям. Она сразу позвонила [правозащитнице Светлане] Анохиной и СК SOS. А я узнала уже на следующий день. Я, конечно, испытывала агрессию по отношению к нему. И она никуда не делась. Я никак не могу объяснить или оправдать его поступок. Да, объективно я понимаю: человек слаб, он испугался, не был к этому готов. Но эмоционально — я не могу ему простить, что он дал себя подставить под глазок.

    Я уверена, если бы Седа жила со мной или с Марьям, эти силовики не смогли бы заставить нас встать под глазок, чтобы она открыла дверь. Мы бы кричали и вырывались, но точно не стали бы молча и спокойно стоять под глазком, чтобы она открыла. Возможно, итог был бы тем же, менты так и так к ней ворвались бы силой, но мы хоть попытались бы что-то сделать, чтобы помочь ей и предупредить ее.

    Первые пару дней нам говорили, что адвокаты разбираются, что правозащитники смогут ей помочь. Мы верили в это…

    — Когда вы поняли, что ситуация гораздо серьезнее, чем казалась?

    — Когда [уполномоченный по правам человека в Чечне Мансур] Солтаев выложил фотографию с Седой [29 августа 2023 года, через шесть дней после похищения девушки, Солтаев написал, что у Сулеймановой все хорошо, «никаких  нарушений прав и притеснений в отношении нее нет», — Прим. Авт.].

    Даже узнав, что ее похитили, я так не испугалась, как в момент, когда увидела эту фотографию. Я поняла, что это теперь не между Седой и ее семьей, это на уровне чеченского правительства, а кадыровцы — страшные люди. Я видела Седу за 10 дней до того, как была сделана эта фотография. И то были два разных человека. Я едва узнала ее на фотографии, долго смотрела, чтобы понять, точно ли это Седа — настолько она была непохожа на саму себя. Поза, одежда, лицо — все было другое. А Стас верил в российские законы, он не осознавал всей серьезности ситуации. Думал, если со СМИ поговорит, перед камерой поплачет, то Седу вернут.

    Седа Сулейманова со своим парнем. Фото предоставлено Леной Патяевой

    — Почти сразу после похищения Седы правозащитники рассказали, что она была в отношениях с русским парнем. Сам Стас, как вы и сказали, тоже давал интервью — заявил, что принял ислам и хочет жениться на ней. Как человек с Северного Кавказа, я понимала, что это была большая ошибка. Для Седы отношения вне брака — уже отягчающее обстоятельство. А тут об этом узнали все. От такого «позора» ее семье было бы не отмыться. Вы с Седой не обсуждали, что делать, если она исчезнет, если ее вернут домой?

    — Нет, у нас не было каких-то четких инструкций от нее. В момент похищения она лишь сказала Стасу: «Ты знаешь, с кем надо связаться». Это все.

    Тогда было два варианта: предать историю огласке или тихо ждать. Правозащитники выбрали свою стратегию, и я не хочу сейчас задним числом ее оценивать. Но с учетом чеченских культурных особенностей наличие русского парня для ее семьи — это как красная тряпка для быка. Но у правозащитников была искренняя надежда: показать красивую лавстори Седы и Стаса, продемонстрировать, что у нее есть защита, и тем самым помочь ей.

    Эти попытки не спасли ее. Может, если бы тогда об этом написало больше СМИ, если бы Стас был другим человеком — не тем, кто просто поплакал на камеру, а тем, кто поехал бы за ней в Чечню, — все могло бы сложиться иначе.

    Возможно, выбранная стратегия стала роковой ошибкой. И нам с этим жить.

    — А какие были ваши действия, когда первичный шок после похищения и после увиденной фотографии прошел?

    — Я сразу сказала, что готова сделать все, что угодно, включиться в работу. Но правозащитники ответили, что пока ничего делать не нужно. Я думала, что они лучше знают, что они все работают. Но к концу осени 2023 года стало понятно: вообще ничего не происходит. Стас больше не давал интервью, с ним никто не связывался. Тогда я сама начала писать в СМИ — и, не зная, как это устроено, обращалась в провластные издания. Я просто тогда вообще не была в теме, не знала, что есть большие оппозиционные СМИ.

    А потом решила выйти на пикет. Долго боялась, что меня убьют, похитят, будут пытать. Даже родителей готовила к тому, что меня могут посадить. Когда в феврале 2024 года исполнилось 150 дней с момента похищения, я приурочила к этой дате свой первый пикет.

    — Какой была реакция на пикет?

    — В том-то и дело, что никакой реакции не было. Я параноила, боялась выходить из дома, думала, что меня похитят или убьют. Но мне даже угроз никто не писал. Со стороны родственников Седы тоже до сих пор нет никакой реакции. Иногда мне просто оставляют плохие комментарии. Один чеченец как-то написал в личку: «Что с тобой?» — и это все.

    — В прошлом году вы же в Чечню ездили, давали показания о похищении Седы. Как все прошло?

    — Это была моя инициатива. Я могла дать показания по месту жительства в Санкт-Петербурге, но я захотела поехать в Чечню. Я искала любой повод поехать туда, чтобы побывать в месте, где она жила и была убита. Это был мой ритуал прощания с ней. Я такое горе чувствовала, что не испытывала даже страха за себя. Но потом, когда мы действительно туда доехали с адвокатом, спустя пару недель, у меня уже другие мысли были в голове: я думала, что она жива. И за две недели я столько всего прочла про пытки в Чечне, что тогда мне было страшно уже за себя. Мы с адвокатом поехали туда в конце апреля. Мне было страшно, конечно. Я дала показания, местные следователи были очень вежливые. Может, если бы им приказали, они бы реально расследовали дело Седы. Один из них мне даже сказал: «Вы настоящий друг». Помню, какое облегчение я испытала, когда мы вышли из отделения. Все мои ногти на месте, солнце светит, трава зеленая. Просто у страха глаза велики, я перед поездкой очень накрутила себя. Но ничего в Чечне мы с адвокатом не посмотрели, дали показания и поехали в аэропорт.

    — В феврале прошлого года СК SOS написали, что Седа, скорее всего, убита. Вы тоже об этом узнали только после публикации?

    — Я это узнала чуть пораньше. Это был полный кошмар. Я сначала не верила, потом поверила, потом снова начала думать, что этого не может быть. Если ее убили, то это произошло, наверное, где-то в ноябре 2023 года. Весной 2024 года адвокату дали посмотреть бумаги из ее дела. Среди этих бумаг было заявление, датированное октябрем 2023-го, что якобы она добровольно в Чечню приехала, пара строк ей написаны и под ними стояла ее подпись. И подпись, и почерк действительно очень похожи на ее. После этого никаких сведений, хоть как-то указывающих на то, что она жива, не было [в начале февраля 2024 года один из журналистов дозвонился до дяди Седы. На вопрос: «Где Седа? Она мертва?» — он ответил: «Где эта шлюха? Как это — мертва? Да вот она тут лежит!». Когда его попросили подозвать девушку к телефону, сфотографировать или снять на видео, он отказался. Правозащитникам также удалось связаться с одной из старших сестер Седы, которая вместе с супругом живет в Швеции. На вопрос, знает ли она о судьбе сестры, женщина ответила, что и она, и ее муж «полностью поддерживают действия семьи». — Прим. Авт.].

    — В какой момент вы для себя решите, что уже все — сделать больше ничего нельзя?

    — Либо когда ее покажут живой, либо когда все преступники будут наказаны по закону, и восторжествуют право и справедливость. Мне нужно узнать, что произошло. Как ее убили. Кто ее убил.

    — При этом вы думаете, еще есть шанс, что ее живой покажут?

    — Я не отказываюсь от этой мысли. Объективно понимаю, что шансов мало. Мы с моей подругой Марьям называем Седу Саидой. Это имя она придумала себе, когда жила в шелтере, а потом использовала только его как маркер для новой жизни. Так вот, для меня Саида — это моя подруга. Я верю, что она жива, говорю о ней как о живой.

    А про Седу Сулейманову я говорю публично. Я понимаю, что, скорее всего, ее убили.

    Это раздвоение помогает мне справляться.

    Милана Очирова

  • Со сцены на войну. Куда исчез известный ингушский актер

    Со сцены на войну. Куда исчез известный ингушский актер

    «Одна их мимика вызывает смех у зрителей. Их шутки давно стали цитировать в народе. Они заслужили нашу любовь, благодаря своей простоте и харизме».

    Так два года назад на ток-шоу на НТРК «Магас» представляли ингушского актера и певца Исмаила Салтымуратова. Сегодня он больше не выходит на сцену и не снимается в кино — Исмаил пропал без вести на войне в Украине. Уже почти месяц о нем нет никаких вестей.

    «Свобода не за горами» рассказывает историю актера, пережившего чеченскую войну и исчезнувшего на фронте в Украине.

    Исмаил Салтымуратов. Фото: скриншот передачи “Потолкуем”

    «Я мог бы стать актером»

    34-летний Исмаил Салтымуратов — уроженец Чечни. Во время второй русско-чеченской войны он вместе с семьей был вынужден бежать в Ингушетию и долгое время жил в бараках для вынужденных переселенцев. В 2007 году судьба улыбнулась ему — молодой парень получил возможность стать частью актерского состава популярной в Ингушетии юмористической передачи «Зокх». К тому времени проект уже 10 лет пользовался большим успехом в республике.

    «Зокх» — это сборник видеоскетчей, которые моментально становились хитами и расходились на цитаты. Сначала кассеты, а затем и диски с выпусками передачи лучше всего продавались в местных видеомагазинах. В сатирических скетчах высмеивалась ингушская действительность: нечистые на руку чиновники, старый общественный транспорт, «который держится буквально на скотче», и жизнь бедняков на окраинах сел. Актерская труппа выступала в местных домах культуры, а билеты на них распродавали очень быстро. Как Салтымуратов признавался сам, люди стали узнавать его на улице почти сразу после того, как он стал частью коллектива.

    Исмаил Салтымуратов. Фото: скриншот из передачи “Зокх”

    В 2010-х годах, при новом главе республики Юнус-Беке Евкурове, работа коллектива стала усложняться — не было финансирования, региональная власть перестала вкладывать деньги. Диски с выступлениями артистов расходились в пиратских версиях, а на концерты люди часто пытались проникнуть без билетов — у артистов практически не было возможности зарабатывать на своем творчестве, и в 2019 году программа окончательно закрылась, а актеры ушли в другие проекты. Исмаил Салтымуратов стал участником юмористического проекта «Белам», а затем начал музыкальную карьеру.

    Редкий концерт в республике обходился без Исмаила, но в основном это были мероприятия, организованные муниципальными властями. Выступить перед пограничниками или на концерте в поддержку «курса Путина и российских войск» — актер и певец не отказывался от любой работы. В 2019 году, сразу после закрытия «Зокх», он поучаствовал в концерте «Вместе с Россией на века» — «в честь добровольного вхождения Республики Ингушетия в состав России и присоединения Крыма к РФ».

    В 2024 году нынешний глава Ингушетии Махмуд-Али Калиматов наградил Салтымуратова званием «Заслуженного работника культуры Республики Ингушетия».

    При этом музыкальная деятельность мужчины была менее успешна, чем актерская. Например, видео с его песнями набирают на YouTube по несколько сотен просмотров, в то время, как у некоторых его скетчей — десятки тысяч. Поэтому сам Салтымуратов хотел и дальше заниматься актерской деятельностью.

    «Я могу сказать, что я лучше всех играю. Из меня получился бы хороший актер — драматический или комедийный», — рассказывал Исмаил, который в последние годы работал еще и хореографом. Он учил детей национальным танцам.

    «Никто не знает, что с ним произошло»

    На фронт Салтымуратов уехал около четырех месяцев назад. Где именно он служил неизвестно. В последний раз мужчина выходил на связь с родственниками в конце декабря. С тех пор о нем нет никаких вестей. Знакомые предполагают, что его уже нет в живых. Однако это лишь догадки: Салтымуратов мог получить ранение или попасть в плен.

    — Исмаил всегда был очень добрым и ранимым парнем, — рассказывает ингушская певица, которая была знакома с Салтымуратовым. — Из тех, кто умеет развеселить кого угодно, но у самого в глазах прямо грусть. Не знаю, может я так додумываю за него. Просто всегда казалось, что он что-то преодолевает. Он уехал из дома из-за войны, потом стал заниматься актерством и музыкой. И это тоже какой-то отпечаток наложило, сами понимаете, для многих в Ингушетии творческая работа — это что-то постыдное. Любят говорить: «Мужчина остается мужчиной, пока не споет и не станцует». Наверное, это тоже на него влияло.

    Исмаил Салтымуратов. Фото: скриншот передачи “Потолкуем”

    Собеседница рассказывает, что Исмаил Салтымуратов стремился избавиться от образа «милого шута», считая, что для мужчины это не почетно. Он начал вести себя более «маскулинно», стараясь подчеркнуть свою серьезность. В Instagram-аккаунте, например, почти на всех фото и видео он позирует с демонстративно выставленной кобурой с пистолетом.

    Почему мужчина решил уехать на фронт, до сих пор неизвестно. Его знакомые, которые поговорили со «Свободой не за горами», намекают, что причина — тяжелое материальное положение.

    — Ни актер, ни певец у нас в республике не зарабатывает достаточно, чтобы прокормить себя и свою семью. Я думаю, это давило на него. Вообще ингуши, которые туда [на войну] уходят, они в 99% делают это из-за денег и из-за того, что они просто глупые, необразованные, — рассказывает другой знакомый Исмаила. — В его случае, тут все факторы сошлись. Простачок, особо образования нет, особо карьерных перспектив тоже, но жить же надо.

    «Наш брат в Украине. Братья и сестры, давайте сделаем дуа за нашего брата Исмаила», — посты с таким содержанием появились в нескольких ингушских провластных пабликах в начале января. Все они сопровождаются фотографиями актера Исмаила Салтымуратова.

    Большинство комментариев — осуждающие: «Зачем он туда поехал?», «Разве Украина напала на Ингушетию?» и «Это не наша война». Другие возмущаются, мол, в такой ситуации надо пожелать человеку либо возвращения домой, либо упокоения, а злорадствовать — нехорошо.

    Защитить Исмаила попытался один из его друзей. Он разослал в в те же провластные паблики свое видеообращение, в котором назвал Исмаила человеком с «очень чистым сердцем» и попросил простить ему долги. Мужчина даже выразил готовность самостоятельно выплатить долги пропавшего Исмаила.

    «Я не хотел записывать это видео, потому что не хотел верить, что он погиб… Пока это только слухи, достоверно мы не знаем, жив он или нет. Я хочу обратиться к людям, которые публикуют плохие комментарии о нем. Вы Аллаха не боитесь? В этом мире ничего не будет без ответа. Он жил такую тяжелую жизнь, но его сердце чище, чем ваши сердца. С вами этому народу никакие враги не нужны. Говорите благое или молчите».

    Он также обратился к родственникам Салтымуратова, у которых есть доступ к его аккаунтам, с требованием удалить все его «харамные» публикации, то есть те, где звучит музыка. На прошлой неделе все посты были удалены, а в шапке профиля появилась надпись «Все нету».

    На обращение друга Салтымуратова решил ответить Комитет ингушской независимости — оппозиционная организация, которая ратует за создание суверенного ингушского государства.

    «Исмаил Салтымурадов с «чистым сердцем» и «добрым намерением» отправился усложнить жизнь невинных людей, убивая их, чтобы «облегчить» жизнь свою собственную. Как же это все в русском духе. Эта пропажа вновь выявила отношение подавляющего большинства мусульман Галгайче [ингушей] к СВО, где, по имеющимся данным, погибло уже более 125 ингушей. В социальных сетях новость о пропаже вызвала сотни комментариев. Самые мягкие из них звучат так: «Что он там потерял на чужой войне?» или «На что только люди не пойдут за деньги!», — говорится в заявлении КИН.

    На момент публикации этого материала ни ингушские чиновники, которые награждали Салтымуратова новыми званиями, ни его коллеги никак не высказались о судьбе мужчины.

    Залина Дзаурова

  • Примирение под давлением. Как работает комиссия Кадырова по воссоединению разведенных супругов

    Примирение под давлением. Как работает комиссия Кадырова по воссоединению разведенных супругов

    В конце ноября учрежденная Рамзаном Кадыровым комиссия по примирению супругов отчиталась о «воссоединении» двух с половиной тысяч семейных пар. Местные власти называют это работой по «гармонизации отношений», а сохранение семьи — «победой разума над ложными эмоциями».

    В процессе примирения супруги часто оказываются в безвыходном положении: развод был осознанным решением, но из-за давления властей и родственников брак приходится возобновить.

    «Свобода не за горами» поговорила с одной из пар, которую чеченские власти попытались «гармонизировать», а также с исламским религиозным деятелем, который критикует деятельность комиссии по примирению супругов.


    «Вернуть женщин — наша первая задача»

    В июле 2017 года Рамзан Кадыров создал в Чечне комиссию по примирению разводящихся семей. Глава региона выступил тогда с большой речью о необходимости такой организации.

    «Духовенство, главы сел и районов, начальники полиции должны выяснить, почему люди развелись. Мы должны читать проповеди, учить, помогать, работать над этим вопросом. Мы должны спрашивать у людей, что вам нужно, чего вы хотите? Если мы не наладим эту работу, эти дети вырастут и создадут нам проблему. Надо разбудить людей, рассказывать, объяснять. Вернуть женщин, которые ушли от мужей, помирить их — это наша первая задача», — говорил Кадыров.

    Свое решение он аргументировал тем, что якобы 80% детей, которые стоят на учете в полиции, растут с матерями-одиночками. Также по словам Кадырова, дети из неполных семей «сильнее подвержены влиянию экстремистов».

    Секретарь общегородского штаба Грозного по гармонизации брачно-семейных отношений Расул Успанов заявлял, что разведенных супругов приглашают в штаб по отдельности и предлагают помириться.

    «Если мулла, который поговорил с разведенными, видит, что хотя бы на два процента разведенные хотят сойтись, подключаются родители, — говорил он. — Комиссия говорит матери разведенной женщины:”Давай своей дочери скажи, что если это была бытовая ссора, замуж опять надо за своего бывшего мужа”».

    Комиссия «мирит» супругов даже в тех случаях, когда после развода прошло уже несколько лет, и мужчина успел жениться на другой женщине. В этом признавался и сам Успанов:

    «Муж после развода женился второй раз и после работы нашей комиссии вернул первую жену, теперь он живет с двумя женами, так как по исламу мужчина имеет право жениться четыре раза».

    Уже к концу августа 2017 года на ЧГТРК был сюжет о том, что комиссия воссоединила 948 семей. Директор департамента по связям с религиозными и общественными организациями Чечни Рустам Абазов дал интервью журналистам и на вопрос, в чем успех комиссии, он ответил:

    «Программа разработана Рамзаном Ахматовичем Кадыровым настолько четко, что никаких трудностей с реализацией данной программы у нас не возникает. Хочется подчеркнуть, что ни в одной стране мира такой программы не было, то есть исторического такого факта нет. Это единственный случай, когда в таком масштабе люди отвечают на призыв главы региона. Это уважение, это любовь к нашему национальному лидеру, потому что слова и дела Рамзана Ахматовича никогда не расходились».

    Однако практика по воссоединению семей на Северном Кавказе — не уникальная затея Рамзана Кадырова. Она существовала на протяжении многих десятилетий, когда старейшины и имамы уговаривали супругов дать друг другу еще один шанс. Однако раньше семейные пары не испытывали такого давления со стороны государственных структур.

    «Получается, что, если ты откажешься, то как бы идешь не только против установлений религии, обычаев, но и против его желания. Это такая форма давления. Понятно, что когда на тебя со всех сторон давят, приходится соглашаться. Вопрос в том, насколько долго продлится такой повторный брак», — говорила «Кавказскому узлу» жительница Грозного Зарема.

    Мужчина из Чечни на условиях анонимности говорил BBC, что его заставляют сойтись с бывшей супругой, с которой он в разводе уже семь лет:

    «Моя семья — это мое личное дело. Я так и ответил людям, которые пришли ко мне с требованием вернуть жену. Сказал, что я не собираюсь сходиться с человеком, с которым в разводе уже семь лет. Они ушли, затем пришли другие с тем же требованием и со словами, что это поручение Кадырова. Я не хочу возвращать женщину, которую не люблю. Буду срочно искать другую жену, чтобы от меня отстали».

    В самом уязвимом положении в этой ситуации оказываются женщины, которые соглашаются сойтись с супругом только потому, что у них в противном случае не будет возможности видеться с детьми — мужья чаще всего забирают общих детей себе.

    Аллах ненавидит разводы

    28 ноября 2024 года «Грозный информ» со ссылкой на республиканские власти выложил статистику о деятельности комиссии по примирению. По их данным, в Чечне удалось примирить 2,6 тысячи из 5,7 тысячи разведенных супружеских пар.

    28-летняя Марем и ее супруг Заур были одной из тех пар, которую комиссия попыталась «примирить». Они поженились в 2019 году, до свадьбы девушка видела своего будущего мужа все лишь два раза, потому что брак был организован родственниками.

    — Он просто меня увидел, когда я с работы домой шла. Поспрашивал, из какой я семьи, видимо, его все устроило, и он отправил сватов ко мне домой. Мои родители тоже долго не думали, потому что парень из хорошей семьи. Меня засватали, через два месяца после этого была свадьба, — рассказывает Марем.

    Девушку такое замужество не смущало, ее родители тоже поженились по решению родственников и прожили «хорошую жизнь в любви».

    — Первое время после свадьбы все было нормально, мы притирались друг к другу. На пятый месяц брака я забеременела, и начала понимать, что что-то не так. Реально как будто подменили человека. Он мне говорил: “Че ты растолстела, че ты обленилась, мне тебя видеть неприятно”, — вспоминает девушка.

    Во время беременности, которую Марем переносила тяжело, супруг и его семья «не давали ей поблажек»:

    — Была холодная зима, я сильно беременная уже, очень тяжелая еще была беременность. Постоянно тошнило, сознание теряла, сил вообще не было. Зимой его мама заставляла меня мыть водой весь двор, фасады дома, буквально тряпкой чистить плитку во дворе. Я реально не понимаю, с чем была связана такая жестокость. Ладно я им по какой-то причине не нравлюсь, но у меня под сердцем же их внучка росла. Я жаловалась мужу, он мне кидал: “Ты че, думала за сына президента вышла? У нас тут нет служанок, кто еще это все делать должен?”

    Марем пыталась убедить себя, что муж к ней охладел из-за того, что она «раздобрела» во время беременности: «Думала, вот рожу, скину вес, снова буду ему нравиться, все будет хорошо, а от его родителей съедем на съемную квартиру». Но после родов ничего не изменилось, Заур стал подолгу пропадать вне дома, свекровь винила в этом Марем, якобы это из-за нее сын домой возвращаться не хочет.

    Своим родителям девушка не хотела рассказывать о трудностях в браке «из-за стыда»:

    — Я думала: “Ну, у всех же получается строить брак, почему у меня нет, что со мной не так”. Моя мама же как-то ужилась с отцом, хотя у нее тоже свекровь была сложным человеком. В общем, после рождения дочки я еще год терпела, пыталась наладить отношения с мужем. Но ничего не получалось. Потом я у него в телефоне увидела романтическую переписку с молодой девчонкой, они обсуждали, что он ее второй женой возьмет. Это было последней каплей.

    Супруги развелись в конце 2021 года. Заур разрешил бывшей жегне забрать дочь, а сам женился снова в начале 2022 года, в новом браке у него уже двое детей.

    В начале 2024 года Марем позвонил работник комиссии по примирению супругов:

    — Он звонит и говорит, что мне надо вернуться к мужу. Вообще это реально был как гром среди ясного неба. Я уже пережила свой развод, думать о нем забыла, устроилась на работу, снимала квартиру, где с дочкой жила. И тут просто какой-то человек мне звонит и говорит: “Вернись к нему”.

    По словам Марем, ее звали на беседы с работниками комиссии, к ней ходили люди из муфтията, которые уговаривали девушку вернуться к супругу и стать ему второй женой.

    — Говорили: “Ты же знаешь, что из всего, что дозволено Аллахом, развод ему ненавистен больше всего. Ты что, хочешь пойти против Аллаха?” Я просто в шоке была, не знала, что делать. Они мне еще говорили, что, когда моя дочь станет подростком, муж ее заберет к себе, потому что девочка в таком возрасте должна быть со своим отцом. Я очень испугалась. Начала думать, может просто для вида сказать им, что я согласна, а потом все равно жить отдельно от него.

    В это же время комиссия по примирению связывалась и с самим Зауром. Мужчина рассказал «Свободе не за горами», что его нынешний брак был «более удачным», поэтому «портить» его возвращением бывшей супруги он не хотел.

    — Я им говорил, что это невозможно, у меня новая семья, мы не уживемся. Реально им плевать было. Наверное, статистика просто нужна была. Мы встретились с ними и с Марем вместе и просто два часа объясняли им, что у нас ничего не получится, — рассказывает Заур.

    После этого работники комиссии сдались. Примирить Марем и Заура не получилось.

    — Я так выдохнула, когда они отстали. Одни из худших дней в моей жизни были в этом браке, и они меня уговаривают, чтобы я вышла за него снова. И на религию им плевать, ведь мы по исламу развелись, он мне три раза сказал, что дает мне развод. После этого все, мы не можем сойтись, а [комиссии] все равно, — возмущается Марем.

    В исламе развод может произойти по решению шариатского судьи, к которому имеет право обратиться женщина, либо по решению супруга. Ему для этого нужно все лишь три раза сказать жене «Развожусь», и брак считается не действительным.

    В таком случае, мужчина и женщина не могут просто снова сойтись.

    «Брак еще можно возобновить, если мужчина сказал, что разводится только один или два раза. Но если он ей сказал в третий раз, то все, эта женщина запретна для него. Она не его жена больше. Для того, чтобы им снова пожениться, женщина должна заключить брак с другим мужчиной. Затем развестись с ним, и только после этого она может вступить в брак с предыдущим супругом. Такое есть условие в нашей религии», —  объясняет имам из Северного Кавказа.

    По его словам, развод в Чечне чаще всего объявляется супругом, который трижды произносит «Развожусь». Комиссия по примирению семей нарушает мусульманский закон, заставляя бывших супругов пожениться снова после.

    «Если трижды там дали развод, какое они имеют право заставлять женщину возвращаться к бывшему мужу? Это наплевательство на нашу религию, на наши законы. Даже с точки зрения светских законов это дикость. Взрослые люди должны сами решать такой важный аспект, никакое государство не имеет права туда вмешиваться», — говорит имам.

  • Женщина на Кавказе самая защищенная? Отвечает журналистка из Северного Кавказа

    Женщина на Кавказе самая защищенная? Отвечает журналистка из Северного Кавказа

    Неделю назад Юрий Дудь опубликовал интервью с осетинской комикессой Арианой Лолаевой. Они обсудили жизнь девушки во Владикавказе, потерю близких людей, российский стендап и буллинг.

    В 2021 году девушка подверглась травле из-за шутки, которую сказал ее коллега. На roast battle — комедийном шоу, где два комика высмеивают друг друга, — комик пошутил, что у «Арианы между ног осетинский пирог с рваным мясом». По реакции девушки видно, что ее эта «шутка» удивила.

    Тогда этот отрывок выложили несколько осетинских пабликов, в том числе pozor_ossetia в Instagram. Осетин оскорбила шутка про пирог, который имеет для них сакральное значение. На важных мероприятиях обычно подают три пирога, которые символизируют Бога, солнце и землю. На траурной трапезе отсутствует один пирог, который символизирует солнце, так как над усопшим не будет его.


    Оба комика сразу записали извинения за то, что оскорбили чувства осетинского народа. Они показались хейтерам неискренними. Неизвестные люди из Северной Осетии даже искали девушку по стенд-ап клубам, из-за чего ей пришлось уехать в Подмосковье. Затем ей звонил «бандит из республики», который грозил тем, что «найдет, побреет, разденет догола, обольет краской и выбросит в мусорку». Он предлагал Ариане выступить с обращением на телевидении и сделать так, чтобы ее перестали ассоциировать с осетинским народом. 12 октября Лолаева записала второе публичное извинение.

    Рассказывая об этом на интервью Дудю, девушка продолжала винить себя, мол, это она знает, какой сакральный смысл у осетинского пирога, поэтому она должна была предотвратить выход шоу на YouTube.

    Но меня в этой истории поразило другое. Дудь спросил у Арианы про период, когда она жила вместе с комиками Лукой Хиникадзе из Грузии, Черменом Качмазовым из Осетии и Томасом Гайсановым из Ингушетии.

    Лолаева рассказала, что в один день к ней приехал друг из Америки, и сожители девушки «вели себя как старшие братья» и не хотели ее отпускать до того, как они сами не познакомятся с этим парнем.

    — Есть видео, где ты [об этом рассказываешь]. И там в комментариях развернулась дискуссия — нормально или нет так себя вести с совершеннолетней самостоятельной девушкой. <...> Один из самых заплюсованных комментариев там: “Где были все эти парни, которые такую гиперзаботу проявляли об Ариане, в тот момент, когда ее хейтила вся Осетия”? — спрашивает Юрий Дудь.

    И это очень правильный вопрос!

    Дело в том, что во время травли девушки никто из троих комиков не выступил публично в ее поддержку. Ариана, оправдывая их, говорит, что они поддерживали ее лично. А сказать что-то в ее защиту открыто якобы было бы опасно для этих комиков.

    — Я думаю, пацанам в этот момент нужно было балансировать. Встав жестко на мою сторону, у них было бы меньше шансов урегулировать конфликт. <...> И как-то некруто, мне кажется, было для них сказать, что они полностью на моей стороне. Ни один осетин не скажет тебе, что он полностью на моей стороне. Везде будет «но», даже если у меня это «но» есть, — отвечает девушка.

    И тут есть загвоздка: для кавказских мужчин слова и извинения девушки не так значимы, как слова других таких же кавказских мужчин. Случилось ли бы что-то с этими комиками, выступи они в ее поддержку? На 99% — нет, не случилось бы. Помогло бы ей это? Да, помогло бы, и больше, чем ее собственные извинения.

    Если вы когда-нибудь в жизни или в интернете вступали в дискуссию о правах женщин на Северном Кавказе, то, наверняка, видели аргумент: «Женщина у нас защищена больше, чем где бы то ни было еще». Тут люди, придерживающиеся такого мнения, начинают перечислять какое сакральное значение имеет у нас женщина, что она — честь народа, за нее кавказские мужчины якобы жизни готовы положить.

    Но на деле все оказывается немного не так… Мужчины из Северного Кавказа готовы защищать какую-то общую, размытую честь женщины как собирательного образа. Но не конкретную женщину, которая столкнулась с трудностями.

    Тут я хочу напомнить историю, которая произошла в Москве несколько лет назад. В 2017 году вайнахи избили студента РАНХиГС Алексея Князева за комментарии о девушках с Кавказа, оставленные в соцсетях. Все потому, что Князев вступил в дискуссию под постом в соцсети ВКонтакте, где обсуждали, почему кавказские девушки не могут встречаться с русскими. Кавказцы объяснили парню, что «у нас так не положено», а тот в ответ напомнил о том, что никто не вправе ограничивать чью-либо свободу.

    Это стало поводом для того, чтобы студенты РАНХиГС из Чечни и Ингушетии подкараулили Князева на выходе из вуза и записали унизительное видео, где они требуют от парня извиниться, дают ему пощечины, снимают с него шапку и очки. Один из парней, который бил Князева, учился со мной в одной школе. И я помню, как он вел себя с девушками — травил их, оскорблял, распускал слухи о «неприличном поведении». Да, люди меняются, но если, по его логике, русского студента можно было избить за комментарий о правах кавказских женщин, то что стоило бы сделать с ним самим?

    Тогда председатель Союза чеченской молодежи Рустам Тапаев решил сгладить углы, пообещав провести беседу с нападавшими.

    «Это обычное хулиганство… Такие физические меры предпринимать нельзя. Это в любом случае необоснованно», — заявил Тапаев радиостанции «Говорит Москва».

    Был еще один случай: в декабре 2017 года в программе Comedy Woman на канале ТНТ вышел скетч про эскорт-агентство с сотрудницей из Ингушетии. Ингуши возмутились — программа оскорбляет их женщин. Вечером 11 декабря ТНТ сообщил о попытке нападения на свой офис — туда пытались ворваться «50 человек кавказской национальности». В офис телеканала даже вызвали ОМОН.

    Затем компания Comedy Club Production принесла извинения — в частности, гендиректор Андрей Левин приехал в постпредство Ингушетии в Москве, где назвал номер «исключительной случайностью» и «недоработкой на выпуске эфира».

    В обоих случаях кавказцы массово вступаются за гипотетическую женщину. Но делают ли они так в тех случаях, когда страдает женщина конкретная? Я такого не помню. В ситуации Арианы Лолаевой публичная поддержка со стороны комиков-кавказцев могла бы спасти ситуацию. Потому что, опять же, для тех, кто травил девушку, их слова имеют больший вес, чем ее собственные.

    В 2022 году СМИ стали писать про четырех сестер из Дагестана, которые сбежали от семьи из-за насилия, а в детстве их и вовсе подвергли женскому обрезанию. Пытались ли мужчины из Дагестана образумить семью, которая так себя вела с девушками? Нет. Но почему? Вот же, вы видите фотографии четырех сестер, которые страдали от конкретных людей. Неужели в пресловутое «защитить честь» не входит и их попранная честь?

    Но нет, не входит. Потому что одно дело — прийти в офис ТНТ или избить русского парня за комментарий, ведь за это вряд ли что-то будет, кроме социальных поглаживаний со стороны таких же кавказских мужчин. Другое — защитить конкретную женщину, которая ущемлена в правах.

    Когда в следующий раз вы услышите от кавказских мужчин слова о том, что «женщина самая защищенная на Кавказе», напомните им вот эти имена: Хеда Тарамова, Седа Сулейманова, Марина Яндиева, Аминат Газимагомедова, Патимат Магомедова, Хадижат Хизриева, Патимат Хизриева, Марем Алиева. Потому что нет, мы не «самые защищенные».

  • «Нанесли невыносимое оскорбление». Как связано убийство троих мужчин в Ингушетии с интимными фотографиями 16-летней девушки

    «Нанесли невыносимое оскорбление». Как связано убийство троих мужчин в Ингушетии с интимными фотографиями 16-летней девушки

    В ночь с 11 на 12 октября в Назрани неизвестные обстреляли автомобиль, в котором находились замначальника ингушского Центра Э Адам Хамхоев и его сопровождающие — трое мужчин из тейпа Аушевых. Сам Хамхоев не пострадал, но Аушевы погибли. Нападавшие до сих пор не найдены.

    Telegram-канал BAZA, связанный с российскими силовиками, утверждал, что целью был замначальника Центра Э, и что это пятое покушение на него за последние годы. Об этом заявило и следствие. Однако 21 октября другой связанный с силовиками Telegram-канал ВЧК-ОГПУ написал, что целью нападавших были Аушевы. Причина их убийства — месть.

    «Свобода (не) за горами» разобралась, из-за чего в самом центре Назрани были убиты трое мужчин и как они связаны с шантажом 16-летней ингушской девушки.


    «Сотрудники Центра Э — законная цель»

    Центр Э — главное управление по противодействию экстремизму Министерства внутренних дел Российской Федерации, его еще называют ЦПЭ или Центр по противодействию экстремизму. В Ингушетии ведомство известно пытками и убийствами задержанных людей. В 2016 году ведомство пытало местного жителя Магомеда Далиева, требуя от него признания в участии в разбойном нападении на офис филиала «Россельхозбанка» в городе Сунжа. Тогда из банка было похищено 12 млн рублей. Далиев вину не признавал. Во время «допроса» он скончался.

    Следствие затем установит, что Далиева и его жену били тупыми предметами по голове, били током и лишали доступа к кислороду, отчего мужчина и умер. По этому делу впервые в России обвиняемыми оказались более десяти оперативников ЦПЭ во главе с их бывшим начальником Тимуром Хамхоевым, который возглавлял ведомство с 2013 года. В итоге они получили от 3 лет условно до 10 лет строгого режима.

    «Что творится в застенках Центра Э, знают многие ингуши. У многих из нас там пытали родственников или знакомых. Поэтому, я вам клянусь, для нормальных ингушей сотрудники ведомства — это законная цель. Многие семьи объявили им кровную месть», — рассказывает «Свободе (не) за горами» местный житель Б. Д. [имя не указываем в целях безопасности, — Прим. Ред.].

    А в ноябре 2019 года в Москве был застрелен новый начальник ведомства Ибрагим Эльджаркиев. Тогда почти сразу появилась основная версия убийства — кровная месть. Дело в том, что это было не первое покушение на Эльджаркиева. В январе того же года его машина была обстреляна на федеральной трассе в нескольких километрах от пограничного поста между Ингушетией и Чечней. Тогда находившиеся с ним в машине три полицейских получили ранения, но сам Эльджаркиев не пострадал.

    Первое покушение было совершено через неделю после таинственного убийства лидера ингушского религиозного клана «баталхаджинцев» Ибрагима Белхароева. Родственники Белхароева связали его гибель с начальником ЦПЭ Эльджаркиевым, так как между ними был некий конфликт, и решили ему отмостить.

    Примечательно, что во время покушения на Эльджаркиева в январе 2019 года, вместе с ним в автомобиле был и замначальника ЦПЭ Адам Аушев, машину которого обстреляли в октябре 2024-го. Поэтому следствие и в этот раз решило, что покушение могло быть связано с той кровной местью.

    «Следствие считает, что организовать покушение в Магасе на замруководителя центра по противодействию экстремизму МВД Ингушетии Адама Хамхоева мог тот же самый человек, который организовал убийство его предшественника на этой должности Ибрагима Эльджаркиева, застреленного в Москве в ноябре 2019 года», — писали «Кавказ.Реалии» со ссылкой на своего источника.

    Однако причина покушения могла быть в другом.

    Новая версия

    В апреле этого года в ингушских пабликах появилось видео с избиением молодого парня из тейпа Аушевых [мы его не публикуем из этических соображений, — Прим. Ред.]. На видеозаписи он сидит на коленях без штанов с наполовину обритой головой и облитый зеленкой.

    — Я прошу прощения за то, что трогал чужих женщин… — говорит сидящий на коленях Аушев.

    — На меня смотри! — перебивает его мужчина за кадром.

    — Я прошу прощения у всех за то, что я трогал чужих женщин, — продолжает парень, уже глядя в камеру. — Дай Бог, я больше так не буду делать. Если сделаю, то я трус.

    Затем появилось еще одно видео, где облитого зеленкой голого Аушева выталкивают из машины посреди Назрани. Вместе с ним из автомобиля выходит мужчина в балаклаве.

    — Говори громко! — требует от избитого парня мужчина в балаклаве. Что Аушев затем выкрикнул, разобрать не получается, но после этого его несколько раз ударили ногой.

    Telegram-канал ВЧК-ОГПУ пишет, что Аушева избили ингуши из тейпа Баркинхоевых. По их данных, они обвинили молодого человека в интимных отношениях с их 16-летней родственницей.

    Это «Свободе (не) за горами» подтвердил и собеседник из тейпа Баркинхоевых. По его словам, Аушев шантажировал их 16-летнюю родственницу, требуя деньги взамен на то, что он не будет публиковать ее интимные фотографии.

    «Об этом в какой-то момент узнали родственники этой девочки. Нашли этого парня Аушева и сделали то, что должны были», — говорит наш собеседник.

    По его словам, мужчины, которые устроили самосуд, решили не обращаться в правоохранительные органы, потому что сами «хотели пресечь позор и наказать нечестивца». При опубликованными видео не заинтересовались ингушские силовики. По нашим данным, ни тогда, ни сейчас не были возбуждены уголовные дела ни по факту шантажа, ни по факту нападения на человека.

    «Вы же тронули нашу дочь»

    Родственники избитого парня решили ответить насилием на насилие. 2 апреля 2024 года в сети появилось еще одно видео. На нем неизвестные люди избивают лежащего на земле пожилого человека из тейпа Баркинхоевых. На самом видео надпись «Ответ Аушевых Баркинхоевым за беспредел».

    На видео можно увидеть окровавленного и раздетого пожилого мужчину, который просит оставить его в покое, ведь он «ничего не сделал».

    — Да вы же трогали нашу девочку, вашу мать! — кричит избитый пожилой мужчина. На следующих кадрах видно, что он лежит без сознания.

    По данным ВЧК-ОГПУ, избитому мужчине около 60 лет. Он не имел никакого отношения к двум опубликованным ранее видео, пишет Telegram-канал. Как отмечается в публикации, это не помешало людям из тейпа Баркинхоевых «избить, снять штаны и унизить, сняв все на видео». Штаны старика после этого повесили на мосту федеральной трассы «Кавказ» как «символ оскорбления»

    По информации связанного с силовиками Telegram-канала, среди тех, кто избил пожилого мужчину, и были те трое сопровождающих замначальника Центра Э, убитые во время нападения 11 октября.

    «Организаторами этого акта насилия против пожилого Баркинхоева были убитые 11 октября, Аушев Илез Хамборович (29.05.1985), сержант полиции, полицейский 1 отделения 1 взвода 2 роты ОБППС ОМВД России по г.Назрань [Амир Аушев], и его родственник Аушев Беслан Биланович (16.02.1985)», — пишет ВЧК-ОГПУ.

    Все трое были братьями. По данным наших источников, среди тех, кто избил пожилого мужчину, был сержант полиции Илез Аушев. Об участии его братьев в нападении, доподлинно не известно.

    «[Аушевы] трогали нашу девушку, потом избили нашего старика. Если они думали, что это сойдет им с рук, клянусь Аллахом, не сойдет. И уже не сошло», — говорит наш собеседник из тейпа Баркинхоевых. По его словам, что стало с 16-летней девушкой, которую шантажировал Аушев, ему не известно: «Ее мы давно не видели. Наверное, дома сидит».

    Наши источники из обоих тейпов и из Центра Э подтверждают, что нападение на машину начальника ведомства действительно было связано с кровной местью, но целью был не сотрудник ЦПЭ, а его охранники из тейпа Аушевых.

    При этом ингушская фем-активистка, имя которой мы не разглашаем в целях безопасности, опасается за жизнь самой первой жертвы этого конфликта — 16-летней девушки из тейпа Баркинхоевых.

    «Вы же не думаете, что ее родственники узнали, что у какого-то парня были ее интимные фотки, и они сразу пошли ловить этого парня? Нет. Скорее всего, первой жертвой физической расправы была сама девушка. Потому что они считают, что это она их «опозорила», это ее фотки оказались у парня, это с ней он имел какие-то отношения. И мне остается только надеяться, что она жива», — говорит фем-активистка.

  • «Кто-нибудь, убейте ее уже». Как молодые певицы становятся главной мишенью для нападок в Ингушетии

    «Кто-нибудь, убейте ее уже». Как молодые певицы становятся главной мишенью для нападок в Ингушетии

    Девушки из Ингушетии часто сталкиваются с травлей: достаточно выступить на сцене или стать участницей телешоу. На конкурсах девушкам приходится бояться не столько судей, сколько мужчин из их родной республики. Ингушам может не понравится многое: одежда, манера говорить, взаимодействие с другими конкурсантами и жюри. Одни в итоге уходят со сцены, не желая терпеть несправедливые нападки, другие — учатся игнорировать поток негативных комментариев. Проклятия и пожелания смерти получают и неизвестные певицы, и звезды, делящие сцену с Егором Кридом и Сергеем Шнуровым.

    «Свобода (не) за горами» разобралась, почему молодые девушки становятся главной мишенью для нападок со стороны радикально настроенной общественности и как это сказывается на их карьере.


    «ВНИМАНИЕ: ОЧЕРЕДНОЙ ПОЗОР ОТ НАШЕЙ «ЗВЕЗДЫ ЭСТРАДЫ». Вы не можете остановить этот позор всего народа? Если человек хочет развивать свою карьеру певца, то пусть он это делает обособленно от народа», — пост с таким обращением появился в одном из ингушских Telegram-каналов, администраторы которого сотрудничают с силовиками.

    «Да проклянет тебя Аллах», «Неужели у нас нет человека, который может ее остановить?», «Расстрелять!» — это лишь малая часть комментариев под видео певицы Рагды Ханиевой, на котором она поет, стоя спина к спине с другим музыкантом.

    Комментаторам не понравилось, что девушка стоит слишком близко к чужому мужчине, да и вообще — не понравился сам факт исполнения песни вместе с мужчиной. В адрес девушки развернулась масштабная травля, ее социальные сети завалены негативными комментариями, где люди желают ей смерти.

    «Я не хочу обворовывать свою душу»

    Про Рагду Ханиеву в Ингушетии узнали еще в 2014 году. Тогда 13-летняя девочка принимала участие в шоу «Голос. Дети». На слепых прослушиваниях к Ханиевой повернулись все члены жюри. На вопрос, откуда она приехала, девочка ответила, что живет в Москве, но сама родом из Ингушетии. В финале конкурса она заняла второе место. Тогда от предложений выступить в Ингушетии не было отбоя. Юная Рагда Ханиева даже спела на дне рождения республики на вершине стометровой ингушской башни.

    Рагда Ханиева в финале шоу «Голос. Дети»

    Затем, спустя пять лет, 18-летняя Ханиева снова пришла на шоу «Голос». И с травлей девушка, которую земляки уже мерили другой линейкой, столкнулась после первого же выступления. В качестве своего наставника из числа жюри она выбрала лидера группы «Ленинград» Сергея Шнурова. На радостях от того, что прошла на шоу, Рагда пожала руку Шнурову и приобняла других членов жюри — Константина Меладзе и Валерия Сюткина, которые по возрасту годятся ей в отцы.

    Ингушей же возмутило многое: почему девушка вышла в штанах, а не в юбке, почему выбрала своим наставником Шнурова с плохой репутацией, почему дала к себе прикоснуться чужим мужчинам, пусть они и старше в три раза. На Ханиеву обрушился поток негативный комментариев: ей писали, что ингушским женщинам нельзя касаться чужих мужчин.

    «Это позор. Где ее родители? Где ее братья? По нашим традициями, мужчины из числа ее родственников должны были уже убить этих [мужчин], с которыми она прилюдно обнималась и ее саму», — писал на ингушском языке один из комментаторов под видео с выступления Ханиевой.

    Ситуацию тогда прокомментировал даже заместитель муфтия Москвы Марат Хазрат Алимов: он, впрочем, встал на сторону комментаторов и тоже заявил, что Ханиева нарушила религиозные нормы, выбрав себе в наставники Сергея Шнурова.

    «По шариату женщина не должна подавать руку мужчине, у которого есть жена и дети. Тем более человеку, который матом поет песни. С точки зрения ислама его [Сергея Шнурова] творчество ведет к неправедному образу жизни. Он воспевает самые низменные инстинкты», — говорил Алимов.

    Примечательно, что сама Рагда тогда пыталась угодить ингушам. Например, на одном из эфиров она выступила с песней группы СПЛИН «Выхода нет». Там есть строка «Лишь бы мы проснулись в одной постели». В исполнении Рагды Ханиевой ее заменили на «лишь бы мы проснулись на одной планете». Как рассказывала девушка, она решила изменить строчки, «чтобы не провоцировать», а идею поддержал ее наставник Шнуров.

    Шнуров и Ханиева

    Как позже рассказала сама девушка, ей даже звонили дальние родственники из Ингушетии, которые тоже не одобрили ее поведение. Однако семья Рагды ее поддержала. С негативными комментариями девушка справляться тоже научилась и даже заявила, что понимает комментаторов:

    «Писали, как я могла пойти к хулигану и матершиннику. А сами оставили в комментариях столько грязных оскорблений, что, наверное, сам Шнуров удивился бы таким отборным матам. А я могу понять этих комментаторов. Многие из этого общества живут по принципу «красть из своей души». Они крадут оттуда свои мечты, цели, самореализацию. Все ради того, чтобы заниматься тем, чего не хотят, и уделять время тому, кому не хотят. А я очень наглядно показала, что не хочу обворовывать свою душу».

    В 2023 году Рагда снова пошла на «Голос» и попала в команду Егора Крида. Одежда, взаимодействие с Кридом и другими конкурсантами — все это стало поводом для еще одного витка осуждения в адрес Ханиевой. Вместе с Кридом она исполнила песню «Позови меня с собой»: во время выступления пара стоит лицом друг к другу.

    Егор Крид и Рагда Ханиева

    А уже 16 сентября этого года девушка выложила в своем Instagram-аккаунте видеоклип на кавер песни MR Credo «Белый танец».

    Девушка на видео стоит спиной к спине с русским певцом, а в самом треке есть слова «И ночью мы вдвоём останемся, а утром навсегда расстанемся». И все это, как можно догадаться, вызвало очередную волну травли. Под постом Ханиевой сейчас тяжело найти положительный или хотя бы нейтральный комментарий. Там в основном пожелания смерти и оскорбления со стороны ингушских мужчин.


    Но на это Ханиева уже никак не реагирует. Девушка продолжает заниматься музыкой и выступает на крупных российских концертных площадках.

    Рагда Ханиева не единственная ингушка, которая столкнулась с буллингом после появления на федеральном канале. В 2022 году 15-летняя Амина Яндиева из Магаса принимала участие в шок «Кондитер. Дети». На одном из эфиров торт, приготовленный девушкой, понравился ведущему Ренату Агзамову, и он вручил ей фартук, символизирующий переход в суперфинал. Амина пожала Ренату руку. Когда серия вышла в эфир, Яндиеву стали оскорблять в социальных сетях — за рукопожатие с чужим мужчиной, ношение брюк и отсутствие платка.


    Сама Амина потом объяснила, что на руках у нее были перчатки. Однако комментаторы их просто не заметили. Более того, Амина отказалась обниматься с участниками на коллективном фото, чтобы не вызвать агрессию со стороны зрителей из Ингушетии. Но и это не помогло.

    «Я не стала никого обнимать, потому что обниматься с мальчиками у нас не принято. На этом тоже не стали акцентировать внимание, хейтили за то, что я просто рядом стояла. Хейт был в основном со стороны мужчин из Ингушетии, но большинство людей писали, какая я молодец», — рассказывала Амина изданию «Даптар».

    Амина Яндиева прошла в суперфинал конкурса, победу она уступила другому участнику. Сейчас Амине 17 лет и она сосредоточена на учебе.

    «Легкий способ эмоциональной разрядки»

    «Свобода (не) за горами» поговорила с ингушской певицей Заремой [имя изменено в целях безопасности, — Прим. ред.], которая покинула сцену из-за травли. Девушка пела с ранних лет: ей это нравилось, родители и родственники поддерживали увлечение и позволяли устраивать концерты на семейных праздниках. После были выступления в школе, затем — в университете. И Зареме удалось попасть на ингушскую сцену. «Не то, чтобы это очень тяжело сделать», — признается девушка.

    По ее словам, концерты, на которых она пела, были «очень местечковыми»: небольшие ДК или записанные выступления для показа на ингушских каналах.

    — Вы говорите про Рагду, и у меня нет к ней претензий: ее жизнь — ее дело. Но я, клянусь, не делала ничего, за что осуждали ее. Я пела скромные песни своего собственного сочинения, всегда была в длинной одежде и платке, даже не танцевала лезгинку на сцене. Но вот с травлей все равно столкнулась. Меня называли шлюхой, потому что я пою. Какая я шлюха? Мне 25 лет, а я даже никогда по телефону с парнем не общалась. В инстаграме мне в личку ужасные вещи писали. Просто я еще и совсем не популярная. Не представлю, что они делают с девушками, у которых большая аудитория, — жалуется певица.

    Со сцены Зарема в итоге ушла — не была готова мириться с травлей и оскорблениями.


    При этом столкнуться с агрессией и осуждением может абсолютно любая женщина, даже если она не ведет публичный образ жизни и не строит карьеру. Как объяснила психолог из Ингушетии в разговоре со «Свободой не за горами», девушки будут сталкиваться с осуждением от мужчин, что бы они ни делали:

    — Поешь? — Проститутка. Красивая и ухаживаешь за собой? — Для кого прихорашиваешься, для мужиков? Некрасивая? — Ты же молодая девушка, сделай с собой что-нибудь. Учишься? — Зачем? Все равно замуж выйдешь и работать не дадут. Не учишься? — С ума сошла? А детей ты как воспитывать будешь, если такая необразованная? Я не говорю, что с этим сталкиваются совершенно все ингушки, но многие — абсолютно точно.

    После того, как Зарема решила завязать с публичными выступлениями, она все равно продолжила заниматься музыкой. «Но уже для себя», — отмечает девушка. Она пишет музыку для мультфильмов, небольших передач на YouTube.

    «Не могу сказать, что это то, о чем я мечтала, но так хотя бы нервы целее», — признается девушка.

    По словам психолога, такое отношение к девушкам  со стороны мужчин связано с рядом факторов: плохое образование, нереализованность и невозможность влиять на более важные процессы в республике и стране.

    — У тебя в регионе все от президента до самого мелкого чинуши — коррупционеры. У тебя в регионе дорог нет нормальных, нет мест для досуга, нет работы, нет хороших школ и университетов, а твои братья подыхают на войне за кафиров. И ничего из этого ты не можешь изменить. Но ведь какое-то чувство досады, неудовлетворенность происходящим у тебя есть. Поэтому что остается? Найти слабого и кидаться на него. Ты напишешь Рагде Ханиевой, что в ее семье нет мужчин. И вот — ты уже можешь считать себя борцом за чистоту и праведность нации. Молодец. Это такой легкий способ эмоциональной разрядки, — рассуждает психолог.

    Если для Заремы и Амины травля стало поводом для того, чтобы прекратить публичную деятельность, то у Рагды другая ситуация. Она сцену не бросила и, более того, публично сказала все, что думает о хейтерах. По словам психолога, ее реакция нетипична для девушки из Ингушетии.

    — Обычно девушки, с которыми я разговаривали, при таком шквале хейта стараются закрыться в коконе и сделать так, чтобы больше никто ничего о них не слышал. Им кажется, что так они будут целее. И это абсолютно понятная реакция. Тем временем у Рагды, я думаю, решающую роль играет поддерживающая семья и тот факт, что она не живет в Ингушетии, — говорит психолог.

    При этом от своего народа Рагда себя не отделяет и к землякам относится с уважением. В одном из интервью девушка призналась, что не считает, что негативные комментарии под ее постами пишут ингуши. По мнению Ханиевой, ни один ингушский мужчина не позволит себе писать подобные комментарии девушке. Рагда верит, что ха последние пять лет в республике многое поменялось, стало больше «креативной молодежи», а «время коллективизма» уходит в прошлое.

  • «Так завещал Наруто». Почему на Северном Кавказе популярны аниме и корейские сериалы

    «Так завещал Наруто». Почему на Северном Кавказе популярны аниме и корейские сериалы

    В республиках Северного Кавказа все популярнее становится культура азиатских стран: Японии и Южной Кореи. Молодежь региона, который принято считать консервативным, смотрит аниме, слушает K-POP музыку и учит корейский и японский. Год назад в столице Чечни открылось корейское кафе, быстро набравшее популярность. А по данным поисковых сервисов Google и Яндекс, именно республики Северного Кавказа лидируют в России по интересу к аниме и k-pop. За чрезмерную популярность корейской культуры уже начали критиковать даже дочь Кадырова.

    Но еще буквально десять лет назад было сложно представить, что в центре Грозного расположится корейское кафе, а аниме станет объединяющим фактором для северокавказской молодежи.

    «Свобода (не) за горами» выяснила, почему на Северном Кавказе k-pop и аниме стали культурным феноменом.


    «У меня была драка на ножах за пенал с Наруто»

    Магомеду из Ингушетии 26 лет, 16 из них он увлекается японской мультипликацией. В детстве отец парня принес домой диск с популярным аниме «Наруто: Ураганные хроники». На пиратском диске было всего 20 серий, и их Мага пересмотрел «раз двадцать точно» [всего в сериале 500 серий].

    — У меня реально такой взрыв мозга был, когда я посмотрел «Наруто» в первый раз. Я тупо свою личность начал на нем строить, — смеется Магомед. — У меня были темные волосы, и я мечтал, чтобы они были желтыми, как у него. Ходил со взъерошенной прической, как Наруто. Я же в детстве не знал, как их надо укладывать, поэтому просто мочил руки водой и так «ставил» волосы.

    Мага говорит, что хотел всем рассказать о том, какую крутую находку сделал. Но, как оказалось, мимо парня прошло то, что в 2008 году аниме считали «мультиками для лохов».

    — У нас в школе — и это я еще учился в типа крутом месте — был главный задира на класс старше меня. Он увидел у меня пенал с Наруто и говорит: “Ты что, гомик?”. Ну, а что я, я же считал себя продолжателем дела Наруто. Терпеть обиды от какого-то карикатурного злодея? Точно нет. Так завещал Наруто. Мы забили стрелку на следующий день. Он пришел с ножом. Тогда обошлось, моя одноклассница сказала классной руководительнице, что там за школой стрелка, она пришла нас разнимать. А потом до окончания школы таких моментов реально очень много было. Были «крутые пацаны», слушавшие Эльбруса Джанмирзоева, и были мы — два-три фаната аниме в классе, которых считали задротами.

    После школы Мага поехал учиться в Турцию, вернулся с концами уже только в 2020 году, и удивился тому, насколько поменялась атмосфера:

    — Иду по Магасу: тут парень взрослый стоит в рубашке с аниме принтом, там девушка в бандане и футболке с Наруто. Нифига себе, а что я пропустил, в моем детстве за такое стрелки забивали, что изменилось?

    А изменилось действительно многое.

    Жители северокавказских республик теперь чаще других ищут «аниме» и «кей-поп» в поисковых сервисах. Данные Google показывают, что в России наибольший интерес к теме «аниме» за последний год проявляли жители Чечни и Ингушетии. Данные Яндекса тоже свидетельствуют о повышенном интересе к азиатской культуре именно в республиках Северного Кавказа. А по запросу «Наруто» в первой пятерке три республики Северного Кавказа: Чечня, Ингушетия и Кабардино-Балкария.

    По данным отечественного поисковика, в топ-10 по интересу к кей-попу входят города Дагестана: Дербент — на втором месте, Избербаш — на восьмом. Из первых 25 строчек семь занимают города Северного Кавказа. Москва, для сравнения, не входит даже в первые три сотни. Аниме больше всего интересуются жители Грозного: этот город находится на втором месте но запросам. В первые 15 позиций входят Буйнакск, Кизляр, Хасавюрт и Назрань. Москва и Петербург, опять же, находятся далеко за пределами первой сотни.

    У Яндекс.Вордстата есть специальный “индекс” интереса, показывающий интерес к теме: нормальный интерес — это 100%. Соответсвенно, жители любых регионов, где этот индекс выше 100%, проявляют повышенный интерес к теме.

    Жительница ингушского города Назрань Марина тоже замечает, что северокавказская молодежь стала больше увлекаться азиатской культурой. Марине 29 лет, в школьные годы она случайно наткнулась на клип k-pop группы SS501 в «ужасном разрешении».

    — Посмотрела этот клип, подумала: «Ого, прикольно». А потом сама не заметила, как стала все больше погружаться в эту тему. Стала корейские шоу смотреть, а языка-то я не знала. Тогда было очень мало людей, которые делали к ним субтитры. У нас в Назрани есть магазин книжный «У Нины», вряд ли он так называется, просто все его знают именно так, потому что бабушку-владелицу зовут Нина. Мы с мамой у нее как-то искали учебники для школы, и я в уголочке заметила какой-то самоучитель корейского языка. Не знаю даже, как он там оказался. Попросила маму купить его, так начала учить язык. И уже после школы поступила в московский вуз, где корейский язык был частью учебной программы.

    Девушка рассказывает, что дома никто не понимал, зачем ей, девушке из Ингушетии, изучать корейский, как он может ей пригодиться в жизни. Однако пока Марина жила в столице, корейский язык часто ее выручал.

    — Пока я в Москве жила, легко находила себе какие-то подработки, где нужно было знание языка: фестивали какие-то организовывала, переводила фильмы и сериалы. Потом семья настояла, чтобы я вернулась домой. И вот тут меня как раз и настигла апатия, связанная с тем, что я не знаю, куда себя деть. Реально, кому я тут нужна со своим корейским? Единственные ситуации, где он мне пригождался, — это когда мама перед родственниками говорила, какая у нее непутевая дочь, учила корейский 10 лет. И гости такие: «Скажи что-нибудь на корейском». И я отвечала: «Аньенхасее, чонын Марина имнида» [Здравствуйте, меня зовут Марина]. И гости начинали меня пародировать, — рассказывает девушка.

    В 2020 году она решила оставить в местных пабликах объявление: «Преподаю корейский язык. Час — 600 рублей». Девушка говорит, что она не ожидала ничего от этой затеи, но на сегодняшний день у нее 30 учеников, все — из республик Северного Кавказа.

    — Есть ученики, которые приходят и уходят. Например, им понравится какая-то группа, они загорятся идеей изучения корейского, походят занятий на пять, потом выгорят и уйдут. Но у меня есть шесть учениц, которых я веду с 2020 года. У них уже очень хороший уровень. Честно говоря, ни я, ни они пока не представляем, что они будут делать с этим языком, но запал у девочек все равно есть, и я этому рада, — рассказывает Марина.

    Зарема — одна из учениц Марины — рассказала «Свободе (не) за горами», что хочет переехать в Южную Корею и поступить там на факультет искусств, но родственники против:

    — Бабушка считает, что я хочу выйти замуж за корейца, уехав в Корею. Честно говоря, не знаю, откуда она это взяла. Люди же учат, например, английский. Они же не хотят все замуж за англичан. Просто такой досуг. Если бы не увлечение Кореей и аниме, я бы не знала, чем себя тут вообще занять. Я немного аутсайдер, поэтому друзей у меня не было. А потом, когда я увлеклась k-pop, я столько себе подруг нашла. Мы часто видимся, ходим в кино, гуляем. Без этого, я бы 24 на 7 сидела дома и страдала.

    По ее словам, людей увлекающихся азиатской культурой в республике действительно стало больше, но нетерпимость к ним со стороны других жителей Ингушетии никуда не делась.

    — Нас тут называют «нефорами», не знаю, почему они считают это оскорблением. Мне, например, интересен косплей, я бы очень хотела, чтобы у нас в республике были всякие аниме-фестивали, но вот из-за тех, кто считает, что так «развращается общество», мы не можем ничего такого устроить, — делится Зарема.

    Полгода назад Зарема в своем Instagram-аккаунте выложила пост о том, что «ингушам нужно быть терпимее». Девушка написала, что развращение общества не происходит из-за «любви к k-pop». После этого поста Зареме в личных сообщениях написал парень Иса [имя изменено по его просьбе]: он обвинил девушку в том, что из-за таких, как она, ингушки все чаще сбегают из дома.

    — Хотя я не знаю, как мои увлечения связаны с побегами девушек. Наверное, легче винить что-то далекое и незнакомое в такой проблеме. Хотя, если бы Иса посмотрел в зеркало, он бы там увидел причину побегов ингушских девушек, — смеется Зарема.

    «Свобода (не) за горами» спросила у самого Исы, какая связь между корейскими знаменитостями и беглянками. По словам молодого человека, проблема в том, что северокавказские девушки смотрят сериалы, в которых женщины живут распутно и подают плохой пример:

    — Они начинают думать, что они могут также. Что где-то в Корее их ждет Ли Мин Хо [корейский актер, из-за того, что он особенно популярен на Северном Кавказе, его имя часто используют для обобщения всех корейских мужчин]. Я своей сестре запрещаю такое смотреть и слушать. Мне кажется, у девушки должен быть кнопочный телефон, чтобы она таким не интересовалась. Вот наши братья в Махачкале все правильно сделали, когда не дали этим уродам проводить свои аниме шабаши. Если у нас попытаются, получат так же.

    Нефор, давай!

    В 2018 году дагестанские мужчины сорвали фестиваль «АниДаг» в Махачкале. Фестиваль был посвящен аниме, корейской культуре и косплею. Незадолго до его начала в дагестанских пабликах стали распространяться призывы «не допустить разврат» и «мочить неформалов».

    Мероприятие должно было пройти 25 ноября, в тот день кто-то снял на видео репетицию танцевального номера на «АниДаг» и отправил его «блюстителю нравственности», бывшему кавээнщику Эльдару Иразиеву. Мужчина опубликовал это видео в своем Instagram-аккаунте и подписал:

    «Буквально в эти часы в Аварском театре города Махачкалы проходит так называемый фестиваль неформалов (нефоры). Те, кто молчит в протесте против разврата в Дагестане, хавайте дальше, не за горами фестиваль геев и трансвеститов в этом городе».

    Несколько мужчин пришли к Аварскому театру и стали угрожать участникам фестиваля. Мероприятие пришлось отменить.

    Фестиваль «АниДаг»

    Ислам Нугаев, один из активистов, сорвавших  фестиваль, рассказал «Коммерсанту», что в Дагестане нет места «нефорам». При этом он признал, что и сам интересуется аниме и ничего не имеет против, например, магазинов с комиксами:

    — У нас есть гик-магазин в Махачкале, вы спокойно можете прийти, купить комикс, значок, атрибутику. У меня самого лежат на полке комиксы по Warcraft, по «Звездным войнам», книга по Skyrim. Но главное — не переступать грань. Если это увлечение в пределах нормы — то никаких проблем вообще не будет. Если люди не превращаются в неформалов.

    Как объяснил Нугаев, неформал — «это когда ты начинаешь вести себя неподобающе, например волосы перекрашивать». По его словам, такой внешний вид неприемлем для религиозных людей в республике и «настоящих мужчин»:

    — У нас с самого детства в мужчинах воспитываются высоконравственные мужские качества — честность, храбрость, отвага, мужество. И для нас, настоящих мужчин, чуждо, когда люди перекрашивают волосы, занимаются чем-то, что не совсем соответствует жизни обычного человека.

    На следующий год организаторы фестиваля встретились с министром культуры Дагестана Заремой Бутаевой и заручились ее поддержкой. И еще один анимефест в регионе состоялся. После сорванного предыдущего мероприятия, интерес у людей, наоборот, вырос. Организаторы продали 400 билетов. И недовольных тоже было меньше.

    Публично Зарема Бутаева в поддержку аниме-фестивалей не выступила. Как объяснил «Свободе (не) за горами» сотрудник минкульта, министр не может себе такое позволить из-за общественного давления:

    — У нас знаете как, министр тоже не может выйти и сказать: «Аниме — круто!». На нее могут наехать за это вот те же люди, которые сорвали фестиваль. Это может показаться, что их там несколько маргиналов-идиотов, но по факту их поддерживает огромное количество людей. Люди боятся всего нового, чуждого. Как будто один аниме фестиваль может уничтожить всю дагестанскую культуру. Тут, конечно, им стоит задать себе вопрос: если несколько десятков детей, которые смотрят японские мультики, могут как-то повлиять на вашу культуру, то вопросы к вам и культуре, а не к детям.

    Противников аниме-фестивалей в республике действительно оказалось немало: несмотря на поддержку минкульта и успех последнего фестиваля, с 2019 года сообщество сообщество «АниДаг» фактически перестало существовать. Однако фанатов азиатской культуры в Дагестане от этого меньше не стало.

    Почему на Северном Кавказе так любят азиатскую культуру?

    23-летняя Алия живет в Махачкале, у девушки ярко-синие волосы, она носит широкие футболки и джинсы-карго, а в одном из кафе города устраивает показы аниме. Она рассказала, что с прямой агрессией со стороны противников аниме уже давно не сталкивалась.

    — Иногда бывает, что в кафе заходят какие-то случайные люди. Узнав тематику мероприятий, которые мы устраиваем, качают головой и быстро сваливают. Но прям вредительства с их стороны я давно не замечала. Максимум мне сейчас вслед могут крикнуть эту цитату из мема “Давай, нефор!”. Но вот несколько лет назад один клоун буквально узнал мой адрес, пришел ко мне домой и сказал отцу моему, что вот ваша дочь так непотребно себя ведет. Отец спрашивает: «А что она делает?” И чел такой: «Ну вот же волосы у нее синие». Папа рассмеялся и сказал ему больше к нам не приходить, — вспоминает Алия.

    По ее мнению, нет ничего плохого в том, что кавказские подростки и молодые люди находят себе увлечения и «кооперируются на этой почве»:

    — Что подросткам еще делать в республике? Ну нет у нас почти никаких развлечений для них. Вот они и уходят с головой в какой-нибудь k-pop. Кому вообще мешает то, что дети слушают музыку на корейском? Я абсолютно искренне не понимаю бухтения по этому поводу.

    Сотрудник Минкульта, с которым поговорила корреспондентка «Свободы (не) за горами» согласен с Алией в том, что молодежи нечем себя занять в регионе, поэтому они нашли «такую отдушину».

    — То, что молодежи тупо нечего делать в регионе, — это, конечно, проблема в том числе Минкульта. Крамольную вещь скажу, но, когда у вас все должности занимают люди предпенсионного возраста, то они будут думать: «Ну, у нас же есть ДК, тут во дворе поставили какой-нибудь шахматный стол, пусть молодежь развлекается». Они вообще не понимают, что сейчас интересно молодым ребятам, — говорит работник Минкульта.

    Всплеск популярность азиатской культуры настолько заметен, что вызывает недовольство у консервативно настроенных людей самого разного толка. К радикальным противникам аниме и корейских дорам присоединяются даже оппозиционные политики, которые с неодобрением относятся к распространившейся в республике моде.

    Например, в октябре прошлого года в Грозном открылось кафе с корейским стритфудом — Chiko. В социальных сетях заведение раскручивают за счет азиатских знаменитостей, сериалов и аниме. И это работает: меньше, чем за год на аккаунт кафе в Instagram  подписалось почти 19 тысяч человек. Можно сказать, что Chiko в Грозном прижилось именно благодаря популярности азиатской культуры.

    Новость об открытии заведения вызвала недовольство в том числе у движения 1ADAT, которое выступает против Рамзана Кадырова. В Telegram-канале движения обвинили в появлении кафе дочь Кадырова, «министра разврата» Айшат:

    «Сейчас она отличилась в разрешении на открытие для какой-то новой корейской субкультуры. Это вот таким образом оказывается надо укреплять чеченскую культуру и традиции?

    Просто посмотрите комментарии у этой помойки где «девушки» оскорбляют на ровном месте парней просто из-за их негодования в отношении к данной мусорке. Это вот такую молодежь взращивает министр разврата Айшат. А сами девушки, которые чуть-ли не боготворят дорамы и K-pop, видимо вообще безродные, раз такое пишут»

    Однако часть экспертов и собеседников «Свободы (не) за горами» считает, что в регионе фанатов аниме не больше, чем в любом другом месте, и поэтому бороться с ними смысла нет. Сотрудник минкульта высказал мнение, что поклонники азиатской культуры просто больше выделяются, и лишь поэтому кажется, что их так много:

    — Я вот читал, узнавал про эту аниме или k-pop тусовку. Они же просто как сообщества активнее объединяются, чем любые другие фандомы. Это просто заложено, например, в k-pop культуру. Там надо сидеть, голосовать, чтобы твоя группа победила на каком-нибудь музыкальном шоу, покупать альбомы и все такое. Поэтому эти люди больше координируются друг с другом, чтобы узнавать, что и как делать. И, соответственно, оказываются более заметными.

    Аспирант факультета социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге, дагестанец Расул Абдулхаликов тоже считает, что количество поклонников аниме в республике преувеличено:

    «Популярности и корейским поп-группам, и азиатской культуре в Дагестане прибавила ситуация с разгоном аниме-фестиваля, чего, конечно же, никто из инициаторов этого скандала не ожидал. Однако мне кажется, что разговоры о том, будто азиатская культура в Дагестане мегапопулярна, весьма преувеличены. Да, конечно, у нее в республике довольно много поклонников, но их, безусловно, совсем не столько, сколько пишут в своих постах ее хейтеры, призывающие “спасать мусульманских детей от аниме-напасти”».

    Впрочем, собеседница «Свободы (не) за горами» Марина из Ингушетии не считает, что фанаты аниме и k-pop сильно выделяются. Напротив, на сегодняшний день они «просто живут свою жизнь».

    — Они не рискуют организовывать какие-то массовые мероприятия, потому что «не буди лихо, пока оно тихо», поэтому просто сидят по домам гуглят, смотрят. Это все. Вообще, конечно, у наших сдвиг по фазе случается, когда они сталкиваются с чем-то хотя бы немного новым. Везде им мерещатся разврат, гомосексексуалы… Помните, был случай, когда в Ингушетию с концертом хотела приехать старая группа Bad Boys Blue? Бравые ингушские парни, которые не то, что на английском, но и на своем родном языке нормально изъясняться не могут, решили, что blue в названии группы означает, что это группа геев. Тогда были смешные видео, как пацаны ставили стремянку и лезли по ней на высокий рекламный баннер, чтобы порезать вывеску с анонсом концерта, — смеется Марина. — Поэтому от них все, что угодно можно ожидать, вот «нефоры» и сидят тихо.