Svoboda

Tag: Северный Кавказ

  • «Развеять чары». Как и зачем на Северном Кавказе борются с колдунами

    «Развеять чары». Как и зачем на Северном Кавказе борются с колдунами

    Россияне ежегодно тратят на эзотерику триллионы рублей, и Северный Кавказ – не исключение. Власти начали активно бороться с ними и задерживать колдунов, предоставляющих якобы магические услуги, хотя юридического обоснования у таких действий нет, ведь в России не существует статьи за оккультизм. Новости о задержаниях появляются практически каждую неделю, а местные жители даже организовывают ночные дежурства, чтобы ловить ведьм.

    Корреспондентка «Свободы (не) за горами» разобралась, как сегодня выглядит рынок магических услуг в северокавказских республиках, почему местные жители считают его серьезной проблемой и зачем власти устраивают буквально охоту на ведьм.


    Решение всех проблем

    Интерес к эзотерике в России возродился именно в последние годы: так, например, за 2024-й спрос на магические услуги и товары увеличился на 34%, что привело и к росту цен на них. Депутат Госдумы Андрей Свинцов даже озвучил сумму, которую россияне якобы потратили на магические атрибуты — за год она составила 2,4 триллиона рублей.

    На этом фоне ряд депутатов попытались вообще запретить рекламу эзотерических и духовных практик, но законопроект не поддержало правительство. Там отметили, что инициатива «не соответствует принципу юридической определенности», а это создаст риск произвольного толкования закона и его применения. Да и закон, предусматривающий ответственность за распространение недостоверной информации, уже существует и касается всех рекламодателей.

    Борьба с магами и колдунами ужесточилась и на Северном Кавказе, при этом в ряде регионов с ними активно борются местные власти и силовые структуры, несмотря на отсутствие соответствующих законов. Против выступают и религиозные деятели, которые видят в колдунах вероотступников.

    «У нас насчитывается как минимум 800 тысяч колдунов. То есть колдунов и гадалок у нас намного больше, чем врачей. Что это за люди? И люди ли это вообще?» — так начинается подкаст о колдунах, подготовленный Муфтиятом Республики Дагестан.

    «Это люди в кавычках», — многозначительно отвечает имам Джума мечети города Дагестанские Огни Нуруддин Гусейнов.

    По его словам, колдуны — это те, кто заключил сделку с шайтаном. Для такой сделки, утверждает он, есть три условия: уединение, куфр (неверие) и осквернение Корана. Подкаст нашел свою аудиторию: в комментариях под эпизодом зрители благодарят ведущих за «нужный и актуальный» выпуск.

    Жители региона, с которыми поговорила «Свобода (не) за горами», тоже уверены, что с колдовством нужно бороться. 26-летняя Фатима из Махачкалы [имя изменено по просьбе героини — Прим. авт.] рассказала, что сама столкнулась с людьми, практикующими сихр — колдовство. Четыре года назад она обнаружила дома свою фотографию: лицо на ней было выцарапано, а оборот исписан одним словом «умри». Незадолго до этого дома у девушки гостили ее родственники.

    — Кроме родственников, у меня дома никого не было, — рассказывает Фатима. — Поэтому, когда я нашла эту фотографию, была очень удивлена. Даже если не верить во все это, сам факт, что кто-то из близких настолько желает тебе зла… Если долго об этом думать, можно в паранойю скатиться.

    Сначала девушка хотела отнести фото в мечеть, но затем решила просто сжечь его, чтобы поскорее избавиться.

    У всплеска популярности магических услуг есть психологической объяснение. По словам психолога Айгель Тулебаевой, в сложные времена люди склонны обращаться к целителям и шаманам, когда проблему не удается решить никак иначе. Вряд ли такой человек знает, что имеет дело с шарлатанами, считает психолог:

    «Есть очень много людей, которые хотят от этой боли избавиться. То есть нам нужен кто-то, кто эту боль мог бы снять. [Человек] верит в то, что он поможет, он пробует все методы. И человек готов заплатить любые деньги, чтобы эту боль хотя бы немного облегчить», — объясняла Тулебаева.

    Собеседница «Свободы (не) за горами» из Ингушетии Амина говорит, что в ее семье никогда не было магического мышления, пока бабушка не столкнулась с воровством. В 2019 году у нее пропали накопления, которые она хранила дома. Найти вора не удалось, а в полицию решили не обращаться, опасаясь, что виновником может оказаться кто-то из родственников.

    Амина вспоминает, что бабушка была уверена: колдунья сможет в своем обряде как-то воздействовать на шерсть медведя, и от этого у вора начнутся физические страдания. Говорила она об этом совершенно серьезно. Семья попыталась ее отговорить, и бабушка пообещала отказаться от своей идеи, но Амина не уверена, что им удалось действительно переубедить родственницу.

    Охота на ведьм

    Жители Северного Кавказа, с которыми удалось поговорить, уверены, что с колдунами нужно бороться. В пример обычно ставят Чеченскую республику, в которой власти действительно активно искореняют колдовство. Сообщения о задержании очередного «мага» появляются почти каждую неделю и обязательно попадают в эфир местного телевидения.

    Так, в начале июня в Чечне по подозрению в связях с «оккультными практиками» задержали местную жительницу Алкан Цукаеву. В сюжете государственного телеканала «Грозный» ее публично отчитывал руководитель Центра исламской медицины Адам Эльжуркаев — приближенный Рамзана Кадырова. Пожилая женщина категорически отрицала обвинения в «колдовстве».


    Сюжет о Цукаевой вышел и на ресурсе «ЧП Грозный». Там утверждалось, что она неоднократно появлялась на автозаправках, где «совершала странные действия». Например, просила сотрудников подержать четки. По словам Эльджуркаева, это значит, что она хотела испортить бизнес владельца АЗС. После задержания у нее дома провели обыск, а затем вместе с сыном доставили к Эльжуркаеву.

    На видео также показали предметы, которые, как заявлялось, принадлежали Цукаевой: пластиковую канистру с водой, свечи, книги о шаманах и колдуньях с иллюстрациями, похожими на картинки из детских книг. Особое внимание Эльжуркаев обратил на запись в тетради: «Вера разная, одной веры не было и не будет». Он усомнился, что женщина исповедует ислам, хотя та настаивала, что является верующей. В той же тетради нашли слова «Украина», «морфлот», «подлодка», «ракеты», «служба в армии». Цукаева не смогла объяснить, зачем их написала, и утверждала, что зарабатывает на жизнь шитьем и продажей собственных изделий.

    Уже через две недели в регионе задержали еще одну «колдунью» — пенсионерку Зару Яхьяеву. По данным местных СМИ,  она предлагала целый спектр «магических услуг», «прикрываясь безобидными намерениями». Вместе с ней был задержан и ее сын Магомед, а также несколько клиентов.

    — Разве это не стыдно обманывать людей? — спрашивает все тот же Адам Эльжуркаев у пожилой женщины.

    — Клянусь, стыдно, — отвечает Яхьяева, не поднимая глаз.


    Эльжуркаев заявил, что у подобных людей «нет веры, совести и благоразумия», а единственное, что они умеют, — «обманывать окружающих». В итоге с «колдуньи» взяли слово, что она больше не будет заниматься подобной деятельностью. Сын задержанной тоже пообещал, что его мать впредь не будет принимать клиентов для оказания магических услуг.

    Сразу следующим роликом Telegram-канал опубликовал видео не только с Зарой, но и с другими колдуньями, которых Эльжуркаев отчитывает под портретами Владимира Путина, Рамзана и Ахмата Кадыровых. Как пишут администраторы канала, одна из их клиенток просила «женить» своих троих сыновей: для этого «колдунья» дала ей мед и орехи, которые должны были съесть молодые люди. Однако, как отметила клиентка, пока «заговор» не подействовал. Другая посетительница пришла с просьбой узнать, вернется ли ее сноха в семью.

    Адам Эльджуркаев призвал чеченцев жаловаться в полицию на колдунов. Однако, как рассказала в беседе с «Кавказским узлом» глава комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, в Чечне нет практики подачи заявлений в правоохранительные органы на тех, кто оказывает оккультные услуги. По ее словам, люди понимают, что в республике это не приветствуется, поэтому проводят такие обряды тайно, а обращаются к ним от безысходности.

    «Однако если в репортаже гостелеканала прозвучал призыв к жителям обращаться в полицию, значит власти хотят внедрить эту практику. Я не думаю, что обращений будет много, но возможно какая-то группа откликнется на этот призыв. Все-таки в исламе к этому плохо относятся. Но поскольку в республике нет справедливости, нет уверенности в завтрашнем дне, многие обращаются [за оккультными услугами], чтобы понять, что будет дальше», — отметила Ганнушкина.

    Активисты против колдунов

    Впрочем, помимо тех, кто к колдунам обращается, находятся и местные жители, готовые с ними бороться самостоятельно, без привлечения правоохранительных органов. Например, в 2019 году в Ингушетии жители села Кантышево почти всю ночь искали двух «колдуний». По словам очевидцев, активисты напали на след женщин, которых подозревали в попытке навести порчу.

    Поиски начались еще днем: жители прочесывали окраину и территории кладбища, но так никого и не нашли. Отчаиваться активисты не стали и начали распространять в соцсетях призывы выходить на ночные дежурства, в том числе на кладбища, чтобы не допустить колдовства.

    А в июне этого года под подозрение в колдовстве попала православная женщина: сначала информация о ней появилась в дагестанских пабликах, где утверждалось, что она проводила сихр (колдовство) в чужом дворе. Местные жители стали искать женщину, фотографировали ее в маршрутках и на улицах, в сети даже появилось видео, где люди оскорбляют ее.

    Затем информация о той же женщине появилась в региональных пабликах Ингушетии — там тоже стали писать про «колдунью, которая приехала из Дагестана». Вскоре женщину нашел местный житель: он угрожал ей, ударил по лицу и потребовал показать содержимое сумок. Внутри оказались личные вещи и книги о православии. «Наш брат после проверки уведомляет нас, что она чиста и никаких предметов для колдовства у нее не обнаружено», — сообщили затем в местных каналах.

    МВД Ингушетии начало проверку по факту избиения женщины и попросило граждан сообщить о её местоположении. О результатах проверки пока не сообщалось.

    Несмотря на громкие заявления и показательные задержания, в российском законодательстве по-прежнему нет статьи за «оккультные практики». Собеседники «Свободы (не) за горами» отмечают, что кампания против «колдунов» на Северном Кавказе все чаще превращается в инструмент публичного давления и запугивания. При этом сама популярность подобных историй объясняется не только религиозными убеждениями, но и тяжелой социально-экономической ситуацией. В условиях бедности, отсутствия перспектив и недоверия к государственным институтам люди ищут способы выплеснуть накопившееся раздражение и страх. Иногда объектом становятся те, кого легче всего обвинить: «колдуны» и «ведьмы».

    Аида Магомедова

  • Примирение под давлением. Как работает комиссия Кадырова по воссоединению разведенных супругов

    Примирение под давлением. Как работает комиссия Кадырова по воссоединению разведенных супругов

    В конце ноября учрежденная Рамзаном Кадыровым комиссия по примирению супругов отчиталась о «воссоединении» двух с половиной тысяч семейных пар. Местные власти называют это работой по «гармонизации отношений», а сохранение семьи — «победой разума над ложными эмоциями».

    В процессе примирения супруги часто оказываются в безвыходном положении: развод был осознанным решением, но из-за давления властей и родственников брак приходится возобновить.

    «Свобода не за горами» поговорила с одной из пар, которую чеченские власти попытались «гармонизировать», а также с исламским религиозным деятелем, который критикует деятельность комиссии по примирению супругов.


    «Вернуть женщин — наша первая задача»

    В июле 2017 года Рамзан Кадыров создал в Чечне комиссию по примирению разводящихся семей. Глава региона выступил тогда с большой речью о необходимости такой организации.

    «Духовенство, главы сел и районов, начальники полиции должны выяснить, почему люди развелись. Мы должны читать проповеди, учить, помогать, работать над этим вопросом. Мы должны спрашивать у людей, что вам нужно, чего вы хотите? Если мы не наладим эту работу, эти дети вырастут и создадут нам проблему. Надо разбудить людей, рассказывать, объяснять. Вернуть женщин, которые ушли от мужей, помирить их — это наша первая задача», — говорил Кадыров.

    Свое решение он аргументировал тем, что якобы 80% детей, которые стоят на учете в полиции, растут с матерями-одиночками. Также по словам Кадырова, дети из неполных семей «сильнее подвержены влиянию экстремистов».

    Секретарь общегородского штаба Грозного по гармонизации брачно-семейных отношений Расул Успанов заявлял, что разведенных супругов приглашают в штаб по отдельности и предлагают помириться.

    «Если мулла, который поговорил с разведенными, видит, что хотя бы на два процента разведенные хотят сойтись, подключаются родители, — говорил он. — Комиссия говорит матери разведенной женщины:”Давай своей дочери скажи, что если это была бытовая ссора, замуж опять надо за своего бывшего мужа”».

    Комиссия «мирит» супругов даже в тех случаях, когда после развода прошло уже несколько лет, и мужчина успел жениться на другой женщине. В этом признавался и сам Успанов:

    «Муж после развода женился второй раз и после работы нашей комиссии вернул первую жену, теперь он живет с двумя женами, так как по исламу мужчина имеет право жениться четыре раза».

    Уже к концу августа 2017 года на ЧГТРК был сюжет о том, что комиссия воссоединила 948 семей. Директор департамента по связям с религиозными и общественными организациями Чечни Рустам Абазов дал интервью журналистам и на вопрос, в чем успех комиссии, он ответил:

    «Программа разработана Рамзаном Ахматовичем Кадыровым настолько четко, что никаких трудностей с реализацией данной программы у нас не возникает. Хочется подчеркнуть, что ни в одной стране мира такой программы не было, то есть исторического такого факта нет. Это единственный случай, когда в таком масштабе люди отвечают на призыв главы региона. Это уважение, это любовь к нашему национальному лидеру, потому что слова и дела Рамзана Ахматовича никогда не расходились».

    Однако практика по воссоединению семей на Северном Кавказе — не уникальная затея Рамзана Кадырова. Она существовала на протяжении многих десятилетий, когда старейшины и имамы уговаривали супругов дать друг другу еще один шанс. Однако раньше семейные пары не испытывали такого давления со стороны государственных структур.

    «Получается, что, если ты откажешься, то как бы идешь не только против установлений религии, обычаев, но и против его желания. Это такая форма давления. Понятно, что когда на тебя со всех сторон давят, приходится соглашаться. Вопрос в том, насколько долго продлится такой повторный брак», — говорила «Кавказскому узлу» жительница Грозного Зарема.

    Мужчина из Чечни на условиях анонимности говорил BBC, что его заставляют сойтись с бывшей супругой, с которой он в разводе уже семь лет:

    «Моя семья — это мое личное дело. Я так и ответил людям, которые пришли ко мне с требованием вернуть жену. Сказал, что я не собираюсь сходиться с человеком, с которым в разводе уже семь лет. Они ушли, затем пришли другие с тем же требованием и со словами, что это поручение Кадырова. Я не хочу возвращать женщину, которую не люблю. Буду срочно искать другую жену, чтобы от меня отстали».

    В самом уязвимом положении в этой ситуации оказываются женщины, которые соглашаются сойтись с супругом только потому, что у них в противном случае не будет возможности видеться с детьми — мужья чаще всего забирают общих детей себе.

    Аллах ненавидит разводы

    28 ноября 2024 года «Грозный информ» со ссылкой на республиканские власти выложил статистику о деятельности комиссии по примирению. По их данным, в Чечне удалось примирить 2,6 тысячи из 5,7 тысячи разведенных супружеских пар.

    28-летняя Марем и ее супруг Заур были одной из тех пар, которую комиссия попыталась «примирить». Они поженились в 2019 году, до свадьбы девушка видела своего будущего мужа все лишь два раза, потому что брак был организован родственниками.

    — Он просто меня увидел, когда я с работы домой шла. Поспрашивал, из какой я семьи, видимо, его все устроило, и он отправил сватов ко мне домой. Мои родители тоже долго не думали, потому что парень из хорошей семьи. Меня засватали, через два месяца после этого была свадьба, — рассказывает Марем.

    Девушку такое замужество не смущало, ее родители тоже поженились по решению родственников и прожили «хорошую жизнь в любви».

    — Первое время после свадьбы все было нормально, мы притирались друг к другу. На пятый месяц брака я забеременела, и начала понимать, что что-то не так. Реально как будто подменили человека. Он мне говорил: “Че ты растолстела, че ты обленилась, мне тебя видеть неприятно”, — вспоминает девушка.

    Во время беременности, которую Марем переносила тяжело, супруг и его семья «не давали ей поблажек»:

    — Была холодная зима, я сильно беременная уже, очень тяжелая еще была беременность. Постоянно тошнило, сознание теряла, сил вообще не было. Зимой его мама заставляла меня мыть водой весь двор, фасады дома, буквально тряпкой чистить плитку во дворе. Я реально не понимаю, с чем была связана такая жестокость. Ладно я им по какой-то причине не нравлюсь, но у меня под сердцем же их внучка росла. Я жаловалась мужу, он мне кидал: “Ты че, думала за сына президента вышла? У нас тут нет служанок, кто еще это все делать должен?”

    Марем пыталась убедить себя, что муж к ней охладел из-за того, что она «раздобрела» во время беременности: «Думала, вот рожу, скину вес, снова буду ему нравиться, все будет хорошо, а от его родителей съедем на съемную квартиру». Но после родов ничего не изменилось, Заур стал подолгу пропадать вне дома, свекровь винила в этом Марем, якобы это из-за нее сын домой возвращаться не хочет.

    Своим родителям девушка не хотела рассказывать о трудностях в браке «из-за стыда»:

    — Я думала: “Ну, у всех же получается строить брак, почему у меня нет, что со мной не так”. Моя мама же как-то ужилась с отцом, хотя у нее тоже свекровь была сложным человеком. В общем, после рождения дочки я еще год терпела, пыталась наладить отношения с мужем. Но ничего не получалось. Потом я у него в телефоне увидела романтическую переписку с молодой девчонкой, они обсуждали, что он ее второй женой возьмет. Это было последней каплей.

    Супруги развелись в конце 2021 года. Заур разрешил бывшей жегне забрать дочь, а сам женился снова в начале 2022 года, в новом браке у него уже двое детей.

    В начале 2024 года Марем позвонил работник комиссии по примирению супругов:

    — Он звонит и говорит, что мне надо вернуться к мужу. Вообще это реально был как гром среди ясного неба. Я уже пережила свой развод, думать о нем забыла, устроилась на работу, снимала квартиру, где с дочкой жила. И тут просто какой-то человек мне звонит и говорит: “Вернись к нему”.

    По словам Марем, ее звали на беседы с работниками комиссии, к ней ходили люди из муфтията, которые уговаривали девушку вернуться к супругу и стать ему второй женой.

    — Говорили: “Ты же знаешь, что из всего, что дозволено Аллахом, развод ему ненавистен больше всего. Ты что, хочешь пойти против Аллаха?” Я просто в шоке была, не знала, что делать. Они мне еще говорили, что, когда моя дочь станет подростком, муж ее заберет к себе, потому что девочка в таком возрасте должна быть со своим отцом. Я очень испугалась. Начала думать, может просто для вида сказать им, что я согласна, а потом все равно жить отдельно от него.

    В это же время комиссия по примирению связывалась и с самим Зауром. Мужчина рассказал «Свободе не за горами», что его нынешний брак был «более удачным», поэтому «портить» его возвращением бывшей супруги он не хотел.

    — Я им говорил, что это невозможно, у меня новая семья, мы не уживемся. Реально им плевать было. Наверное, статистика просто нужна была. Мы встретились с ними и с Марем вместе и просто два часа объясняли им, что у нас ничего не получится, — рассказывает Заур.

    После этого работники комиссии сдались. Примирить Марем и Заура не получилось.

    — Я так выдохнула, когда они отстали. Одни из худших дней в моей жизни были в этом браке, и они меня уговаривают, чтобы я вышла за него снова. И на религию им плевать, ведь мы по исламу развелись, он мне три раза сказал, что дает мне развод. После этого все, мы не можем сойтись, а [комиссии] все равно, — возмущается Марем.

    В исламе развод может произойти по решению шариатского судьи, к которому имеет право обратиться женщина, либо по решению супруга. Ему для этого нужно все лишь три раза сказать жене «Развожусь», и брак считается не действительным.

    В таком случае, мужчина и женщина не могут просто снова сойтись.

    «Брак еще можно возобновить, если мужчина сказал, что разводится только один или два раза. Но если он ей сказал в третий раз, то все, эта женщина запретна для него. Она не его жена больше. Для того, чтобы им снова пожениться, женщина должна заключить брак с другим мужчиной. Затем развестись с ним, и только после этого она может вступить в брак с предыдущим супругом. Такое есть условие в нашей религии», —  объясняет имам из Северного Кавказа.

    По его словам, развод в Чечне чаще всего объявляется супругом, который трижды произносит «Развожусь». Комиссия по примирению семей нарушает мусульманский закон, заставляя бывших супругов пожениться снова после.

    «Если трижды там дали развод, какое они имеют право заставлять женщину возвращаться к бывшему мужу? Это наплевательство на нашу религию, на наши законы. Даже с точки зрения светских законов это дикость. Взрослые люди должны сами решать такой важный аспект, никакое государство не имеет права туда вмешиваться», — говорит имам.

  • Женщина на Кавказе самая защищенная? Отвечает журналистка из Северного Кавказа

    Женщина на Кавказе самая защищенная? Отвечает журналистка из Северного Кавказа

    Неделю назад Юрий Дудь опубликовал интервью с осетинской комикессой Арианой Лолаевой. Они обсудили жизнь девушки во Владикавказе, потерю близких людей, российский стендап и буллинг.

    В 2021 году девушка подверглась травле из-за шутки, которую сказал ее коллега. На roast battle — комедийном шоу, где два комика высмеивают друг друга, — комик пошутил, что у «Арианы между ног осетинский пирог с рваным мясом». По реакции девушки видно, что ее эта «шутка» удивила.

    Тогда этот отрывок выложили несколько осетинских пабликов, в том числе pozor_ossetia в Instagram. Осетин оскорбила шутка про пирог, который имеет для них сакральное значение. На важных мероприятиях обычно подают три пирога, которые символизируют Бога, солнце и землю. На траурной трапезе отсутствует один пирог, который символизирует солнце, так как над усопшим не будет его.


    Оба комика сразу записали извинения за то, что оскорбили чувства осетинского народа. Они показались хейтерам неискренними. Неизвестные люди из Северной Осетии даже искали девушку по стенд-ап клубам, из-за чего ей пришлось уехать в Подмосковье. Затем ей звонил «бандит из республики», который грозил тем, что «найдет, побреет, разденет догола, обольет краской и выбросит в мусорку». Он предлагал Ариане выступить с обращением на телевидении и сделать так, чтобы ее перестали ассоциировать с осетинским народом. 12 октября Лолаева записала второе публичное извинение.

    Рассказывая об этом на интервью Дудю, девушка продолжала винить себя, мол, это она знает, какой сакральный смысл у осетинского пирога, поэтому она должна была предотвратить выход шоу на YouTube.

    Но меня в этой истории поразило другое. Дудь спросил у Арианы про период, когда она жила вместе с комиками Лукой Хиникадзе из Грузии, Черменом Качмазовым из Осетии и Томасом Гайсановым из Ингушетии.

    Лолаева рассказала, что в один день к ней приехал друг из Америки, и сожители девушки «вели себя как старшие братья» и не хотели ее отпускать до того, как они сами не познакомятся с этим парнем.

    — Есть видео, где ты [об этом рассказываешь]. И там в комментариях развернулась дискуссия — нормально или нет так себя вести с совершеннолетней самостоятельной девушкой. <...> Один из самых заплюсованных комментариев там: “Где были все эти парни, которые такую гиперзаботу проявляли об Ариане, в тот момент, когда ее хейтила вся Осетия”? — спрашивает Юрий Дудь.

    И это очень правильный вопрос!

    Дело в том, что во время травли девушки никто из троих комиков не выступил публично в ее поддержку. Ариана, оправдывая их, говорит, что они поддерживали ее лично. А сказать что-то в ее защиту открыто якобы было бы опасно для этих комиков.

    — Я думаю, пацанам в этот момент нужно было балансировать. Встав жестко на мою сторону, у них было бы меньше шансов урегулировать конфликт. <...> И как-то некруто, мне кажется, было для них сказать, что они полностью на моей стороне. Ни один осетин не скажет тебе, что он полностью на моей стороне. Везде будет «но», даже если у меня это «но» есть, — отвечает девушка.

    И тут есть загвоздка: для кавказских мужчин слова и извинения девушки не так значимы, как слова других таких же кавказских мужчин. Случилось ли бы что-то с этими комиками, выступи они в ее поддержку? На 99% — нет, не случилось бы. Помогло бы ей это? Да, помогло бы, и больше, чем ее собственные извинения.

    Если вы когда-нибудь в жизни или в интернете вступали в дискуссию о правах женщин на Северном Кавказе, то, наверняка, видели аргумент: «Женщина у нас защищена больше, чем где бы то ни было еще». Тут люди, придерживающиеся такого мнения, начинают перечислять какое сакральное значение имеет у нас женщина, что она — честь народа, за нее кавказские мужчины якобы жизни готовы положить.

    Но на деле все оказывается немного не так… Мужчины из Северного Кавказа готовы защищать какую-то общую, размытую честь женщины как собирательного образа. Но не конкретную женщину, которая столкнулась с трудностями.

    Тут я хочу напомнить историю, которая произошла в Москве несколько лет назад. В 2017 году вайнахи избили студента РАНХиГС Алексея Князева за комментарии о девушках с Кавказа, оставленные в соцсетях. Все потому, что Князев вступил в дискуссию под постом в соцсети ВКонтакте, где обсуждали, почему кавказские девушки не могут встречаться с русскими. Кавказцы объяснили парню, что «у нас так не положено», а тот в ответ напомнил о том, что никто не вправе ограничивать чью-либо свободу.

    Это стало поводом для того, чтобы студенты РАНХиГС из Чечни и Ингушетии подкараулили Князева на выходе из вуза и записали унизительное видео, где они требуют от парня извиниться, дают ему пощечины, снимают с него шапку и очки. Один из парней, который бил Князева, учился со мной в одной школе. И я помню, как он вел себя с девушками — травил их, оскорблял, распускал слухи о «неприличном поведении». Да, люди меняются, но если, по его логике, русского студента можно было избить за комментарий о правах кавказских женщин, то что стоило бы сделать с ним самим?

    Тогда председатель Союза чеченской молодежи Рустам Тапаев решил сгладить углы, пообещав провести беседу с нападавшими.

    «Это обычное хулиганство… Такие физические меры предпринимать нельзя. Это в любом случае необоснованно», — заявил Тапаев радиостанции «Говорит Москва».

    Был еще один случай: в декабре 2017 года в программе Comedy Woman на канале ТНТ вышел скетч про эскорт-агентство с сотрудницей из Ингушетии. Ингуши возмутились — программа оскорбляет их женщин. Вечером 11 декабря ТНТ сообщил о попытке нападения на свой офис — туда пытались ворваться «50 человек кавказской национальности». В офис телеканала даже вызвали ОМОН.

    Затем компания Comedy Club Production принесла извинения — в частности, гендиректор Андрей Левин приехал в постпредство Ингушетии в Москве, где назвал номер «исключительной случайностью» и «недоработкой на выпуске эфира».

    В обоих случаях кавказцы массово вступаются за гипотетическую женщину. Но делают ли они так в тех случаях, когда страдает женщина конкретная? Я такого не помню. В ситуации Арианы Лолаевой публичная поддержка со стороны комиков-кавказцев могла бы спасти ситуацию. Потому что, опять же, для тех, кто травил девушку, их слова имеют больший вес, чем ее собственные.

    В 2022 году СМИ стали писать про четырех сестер из Дагестана, которые сбежали от семьи из-за насилия, а в детстве их и вовсе подвергли женскому обрезанию. Пытались ли мужчины из Дагестана образумить семью, которая так себя вела с девушками? Нет. Но почему? Вот же, вы видите фотографии четырех сестер, которые страдали от конкретных людей. Неужели в пресловутое «защитить честь» не входит и их попранная честь?

    Но нет, не входит. Потому что одно дело — прийти в офис ТНТ или избить русского парня за комментарий, ведь за это вряд ли что-то будет, кроме социальных поглаживаний со стороны таких же кавказских мужчин. Другое — защитить конкретную женщину, которая ущемлена в правах.

    Когда в следующий раз вы услышите от кавказских мужчин слова о том, что «женщина самая защищенная на Кавказе», напомните им вот эти имена: Хеда Тарамова, Седа Сулейманова, Марина Яндиева, Аминат Газимагомедова, Патимат Магомедова, Хадижат Хизриева, Патимат Хизриева, Марем Алиева. Потому что нет, мы не «самые защищенные».

  • «Так завещал Наруто». Почему на Северном Кавказе популярны аниме и корейские сериалы

    «Так завещал Наруто». Почему на Северном Кавказе популярны аниме и корейские сериалы

    В республиках Северного Кавказа все популярнее становится культура азиатских стран: Японии и Южной Кореи. Молодежь региона, который принято считать консервативным, смотрит аниме, слушает K-POP музыку и учит корейский и японский. Год назад в столице Чечни открылось корейское кафе, быстро набравшее популярность. А по данным поисковых сервисов Google и Яндекс, именно республики Северного Кавказа лидируют в России по интересу к аниме и k-pop. За чрезмерную популярность корейской культуры уже начали критиковать даже дочь Кадырова.

    Но еще буквально десять лет назад было сложно представить, что в центре Грозного расположится корейское кафе, а аниме станет объединяющим фактором для северокавказской молодежи.

    «Свобода (не) за горами» выяснила, почему на Северном Кавказе k-pop и аниме стали культурным феноменом.


    «У меня была драка на ножах за пенал с Наруто»

    Магомеду из Ингушетии 26 лет, 16 из них он увлекается японской мультипликацией. В детстве отец парня принес домой диск с популярным аниме «Наруто: Ураганные хроники». На пиратском диске было всего 20 серий, и их Мага пересмотрел «раз двадцать точно» [всего в сериале 500 серий].

    — У меня реально такой взрыв мозга был, когда я посмотрел «Наруто» в первый раз. Я тупо свою личность начал на нем строить, — смеется Магомед. — У меня были темные волосы, и я мечтал, чтобы они были желтыми, как у него. Ходил со взъерошенной прической, как Наруто. Я же в детстве не знал, как их надо укладывать, поэтому просто мочил руки водой и так «ставил» волосы.

    Мага говорит, что хотел всем рассказать о том, какую крутую находку сделал. Но, как оказалось, мимо парня прошло то, что в 2008 году аниме считали «мультиками для лохов».

    — У нас в школе — и это я еще учился в типа крутом месте — был главный задира на класс старше меня. Он увидел у меня пенал с Наруто и говорит: “Ты что, гомик?”. Ну, а что я, я же считал себя продолжателем дела Наруто. Терпеть обиды от какого-то карикатурного злодея? Точно нет. Так завещал Наруто. Мы забили стрелку на следующий день. Он пришел с ножом. Тогда обошлось, моя одноклассница сказала классной руководительнице, что там за школой стрелка, она пришла нас разнимать. А потом до окончания школы таких моментов реально очень много было. Были «крутые пацаны», слушавшие Эльбруса Джанмирзоева, и были мы — два-три фаната аниме в классе, которых считали задротами.

    После школы Мага поехал учиться в Турцию, вернулся с концами уже только в 2020 году, и удивился тому, насколько поменялась атмосфера:

    — Иду по Магасу: тут парень взрослый стоит в рубашке с аниме принтом, там девушка в бандане и футболке с Наруто. Нифига себе, а что я пропустил, в моем детстве за такое стрелки забивали, что изменилось?

    А изменилось действительно многое.

    Жители северокавказских республик теперь чаще других ищут «аниме» и «кей-поп» в поисковых сервисах. Данные Google показывают, что в России наибольший интерес к теме «аниме» за последний год проявляли жители Чечни и Ингушетии. Данные Яндекса тоже свидетельствуют о повышенном интересе к азиатской культуре именно в республиках Северного Кавказа. А по запросу «Наруто» в первой пятерке три республики Северного Кавказа: Чечня, Ингушетия и Кабардино-Балкария.

    По данным отечественного поисковика, в топ-10 по интересу к кей-попу входят города Дагестана: Дербент — на втором месте, Избербаш — на восьмом. Из первых 25 строчек семь занимают города Северного Кавказа. Москва, для сравнения, не входит даже в первые три сотни. Аниме больше всего интересуются жители Грозного: этот город находится на втором месте но запросам. В первые 15 позиций входят Буйнакск, Кизляр, Хасавюрт и Назрань. Москва и Петербург, опять же, находятся далеко за пределами первой сотни.

    У Яндекс.Вордстата есть специальный “индекс” интереса, показывающий интерес к теме: нормальный интерес — это 100%. Соответсвенно, жители любых регионов, где этот индекс выше 100%, проявляют повышенный интерес к теме.

    Жительница ингушского города Назрань Марина тоже замечает, что северокавказская молодежь стала больше увлекаться азиатской культурой. Марине 29 лет, в школьные годы она случайно наткнулась на клип k-pop группы SS501 в «ужасном разрешении».

    — Посмотрела этот клип, подумала: «Ого, прикольно». А потом сама не заметила, как стала все больше погружаться в эту тему. Стала корейские шоу смотреть, а языка-то я не знала. Тогда было очень мало людей, которые делали к ним субтитры. У нас в Назрани есть магазин книжный «У Нины», вряд ли он так называется, просто все его знают именно так, потому что бабушку-владелицу зовут Нина. Мы с мамой у нее как-то искали учебники для школы, и я в уголочке заметила какой-то самоучитель корейского языка. Не знаю даже, как он там оказался. Попросила маму купить его, так начала учить язык. И уже после школы поступила в московский вуз, где корейский язык был частью учебной программы.

    Девушка рассказывает, что дома никто не понимал, зачем ей, девушке из Ингушетии, изучать корейский, как он может ей пригодиться в жизни. Однако пока Марина жила в столице, корейский язык часто ее выручал.

    — Пока я в Москве жила, легко находила себе какие-то подработки, где нужно было знание языка: фестивали какие-то организовывала, переводила фильмы и сериалы. Потом семья настояла, чтобы я вернулась домой. И вот тут меня как раз и настигла апатия, связанная с тем, что я не знаю, куда себя деть. Реально, кому я тут нужна со своим корейским? Единственные ситуации, где он мне пригождался, — это когда мама перед родственниками говорила, какая у нее непутевая дочь, учила корейский 10 лет. И гости такие: «Скажи что-нибудь на корейском». И я отвечала: «Аньенхасее, чонын Марина имнида» [Здравствуйте, меня зовут Марина]. И гости начинали меня пародировать, — рассказывает девушка.

    В 2020 году она решила оставить в местных пабликах объявление: «Преподаю корейский язык. Час — 600 рублей». Девушка говорит, что она не ожидала ничего от этой затеи, но на сегодняшний день у нее 30 учеников, все — из республик Северного Кавказа.

    — Есть ученики, которые приходят и уходят. Например, им понравится какая-то группа, они загорятся идеей изучения корейского, походят занятий на пять, потом выгорят и уйдут. Но у меня есть шесть учениц, которых я веду с 2020 года. У них уже очень хороший уровень. Честно говоря, ни я, ни они пока не представляем, что они будут делать с этим языком, но запал у девочек все равно есть, и я этому рада, — рассказывает Марина.

    Зарема — одна из учениц Марины — рассказала «Свободе (не) за горами», что хочет переехать в Южную Корею и поступить там на факультет искусств, но родственники против:

    — Бабушка считает, что я хочу выйти замуж за корейца, уехав в Корею. Честно говоря, не знаю, откуда она это взяла. Люди же учат, например, английский. Они же не хотят все замуж за англичан. Просто такой досуг. Если бы не увлечение Кореей и аниме, я бы не знала, чем себя тут вообще занять. Я немного аутсайдер, поэтому друзей у меня не было. А потом, когда я увлеклась k-pop, я столько себе подруг нашла. Мы часто видимся, ходим в кино, гуляем. Без этого, я бы 24 на 7 сидела дома и страдала.

    По ее словам, людей увлекающихся азиатской культурой в республике действительно стало больше, но нетерпимость к ним со стороны других жителей Ингушетии никуда не делась.

    — Нас тут называют «нефорами», не знаю, почему они считают это оскорблением. Мне, например, интересен косплей, я бы очень хотела, чтобы у нас в республике были всякие аниме-фестивали, но вот из-за тех, кто считает, что так «развращается общество», мы не можем ничего такого устроить, — делится Зарема.

    Полгода назад Зарема в своем Instagram-аккаунте выложила пост о том, что «ингушам нужно быть терпимее». Девушка написала, что развращение общества не происходит из-за «любви к k-pop». После этого поста Зареме в личных сообщениях написал парень Иса [имя изменено по его просьбе]: он обвинил девушку в том, что из-за таких, как она, ингушки все чаще сбегают из дома.

    — Хотя я не знаю, как мои увлечения связаны с побегами девушек. Наверное, легче винить что-то далекое и незнакомое в такой проблеме. Хотя, если бы Иса посмотрел в зеркало, он бы там увидел причину побегов ингушских девушек, — смеется Зарема.

    «Свобода (не) за горами» спросила у самого Исы, какая связь между корейскими знаменитостями и беглянками. По словам молодого человека, проблема в том, что северокавказские девушки смотрят сериалы, в которых женщины живут распутно и подают плохой пример:

    — Они начинают думать, что они могут также. Что где-то в Корее их ждет Ли Мин Хо [корейский актер, из-за того, что он особенно популярен на Северном Кавказе, его имя часто используют для обобщения всех корейских мужчин]. Я своей сестре запрещаю такое смотреть и слушать. Мне кажется, у девушки должен быть кнопочный телефон, чтобы она таким не интересовалась. Вот наши братья в Махачкале все правильно сделали, когда не дали этим уродам проводить свои аниме шабаши. Если у нас попытаются, получат так же.

    Нефор, давай!

    В 2018 году дагестанские мужчины сорвали фестиваль «АниДаг» в Махачкале. Фестиваль был посвящен аниме, корейской культуре и косплею. Незадолго до его начала в дагестанских пабликах стали распространяться призывы «не допустить разврат» и «мочить неформалов».

    Мероприятие должно было пройти 25 ноября, в тот день кто-то снял на видео репетицию танцевального номера на «АниДаг» и отправил его «блюстителю нравственности», бывшему кавээнщику Эльдару Иразиеву. Мужчина опубликовал это видео в своем Instagram-аккаунте и подписал:

    «Буквально в эти часы в Аварском театре города Махачкалы проходит так называемый фестиваль неформалов (нефоры). Те, кто молчит в протесте против разврата в Дагестане, хавайте дальше, не за горами фестиваль геев и трансвеститов в этом городе».

    Несколько мужчин пришли к Аварскому театру и стали угрожать участникам фестиваля. Мероприятие пришлось отменить.

    Фестиваль «АниДаг»

    Ислам Нугаев, один из активистов, сорвавших  фестиваль, рассказал «Коммерсанту», что в Дагестане нет места «нефорам». При этом он признал, что и сам интересуется аниме и ничего не имеет против, например, магазинов с комиксами:

    — У нас есть гик-магазин в Махачкале, вы спокойно можете прийти, купить комикс, значок, атрибутику. У меня самого лежат на полке комиксы по Warcraft, по «Звездным войнам», книга по Skyrim. Но главное — не переступать грань. Если это увлечение в пределах нормы — то никаких проблем вообще не будет. Если люди не превращаются в неформалов.

    Как объяснил Нугаев, неформал — «это когда ты начинаешь вести себя неподобающе, например волосы перекрашивать». По его словам, такой внешний вид неприемлем для религиозных людей в республике и «настоящих мужчин»:

    — У нас с самого детства в мужчинах воспитываются высоконравственные мужские качества — честность, храбрость, отвага, мужество. И для нас, настоящих мужчин, чуждо, когда люди перекрашивают волосы, занимаются чем-то, что не совсем соответствует жизни обычного человека.

    На следующий год организаторы фестиваля встретились с министром культуры Дагестана Заремой Бутаевой и заручились ее поддержкой. И еще один анимефест в регионе состоялся. После сорванного предыдущего мероприятия, интерес у людей, наоборот, вырос. Организаторы продали 400 билетов. И недовольных тоже было меньше.

    Публично Зарема Бутаева в поддержку аниме-фестивалей не выступила. Как объяснил «Свободе (не) за горами» сотрудник минкульта, министр не может себе такое позволить из-за общественного давления:

    — У нас знаете как, министр тоже не может выйти и сказать: «Аниме — круто!». На нее могут наехать за это вот те же люди, которые сорвали фестиваль. Это может показаться, что их там несколько маргиналов-идиотов, но по факту их поддерживает огромное количество людей. Люди боятся всего нового, чуждого. Как будто один аниме фестиваль может уничтожить всю дагестанскую культуру. Тут, конечно, им стоит задать себе вопрос: если несколько десятков детей, которые смотрят японские мультики, могут как-то повлиять на вашу культуру, то вопросы к вам и культуре, а не к детям.

    Противников аниме-фестивалей в республике действительно оказалось немало: несмотря на поддержку минкульта и успех последнего фестиваля, с 2019 года сообщество сообщество «АниДаг» фактически перестало существовать. Однако фанатов азиатской культуры в Дагестане от этого меньше не стало.

    Почему на Северном Кавказе так любят азиатскую культуру?

    23-летняя Алия живет в Махачкале, у девушки ярко-синие волосы, она носит широкие футболки и джинсы-карго, а в одном из кафе города устраивает показы аниме. Она рассказала, что с прямой агрессией со стороны противников аниме уже давно не сталкивалась.

    — Иногда бывает, что в кафе заходят какие-то случайные люди. Узнав тематику мероприятий, которые мы устраиваем, качают головой и быстро сваливают. Но прям вредительства с их стороны я давно не замечала. Максимум мне сейчас вслед могут крикнуть эту цитату из мема “Давай, нефор!”. Но вот несколько лет назад один клоун буквально узнал мой адрес, пришел ко мне домой и сказал отцу моему, что вот ваша дочь так непотребно себя ведет. Отец спрашивает: «А что она делает?” И чел такой: «Ну вот же волосы у нее синие». Папа рассмеялся и сказал ему больше к нам не приходить, — вспоминает Алия.

    По ее мнению, нет ничего плохого в том, что кавказские подростки и молодые люди находят себе увлечения и «кооперируются на этой почве»:

    — Что подросткам еще делать в республике? Ну нет у нас почти никаких развлечений для них. Вот они и уходят с головой в какой-нибудь k-pop. Кому вообще мешает то, что дети слушают музыку на корейском? Я абсолютно искренне не понимаю бухтения по этому поводу.

    Сотрудник Минкульта, с которым поговорила корреспондентка «Свободы (не) за горами» согласен с Алией в том, что молодежи нечем себя занять в регионе, поэтому они нашли «такую отдушину».

    — То, что молодежи тупо нечего делать в регионе, — это, конечно, проблема в том числе Минкульта. Крамольную вещь скажу, но, когда у вас все должности занимают люди предпенсионного возраста, то они будут думать: «Ну, у нас же есть ДК, тут во дворе поставили какой-нибудь шахматный стол, пусть молодежь развлекается». Они вообще не понимают, что сейчас интересно молодым ребятам, — говорит работник Минкульта.

    Всплеск популярность азиатской культуры настолько заметен, что вызывает недовольство у консервативно настроенных людей самого разного толка. К радикальным противникам аниме и корейских дорам присоединяются даже оппозиционные политики, которые с неодобрением относятся к распространившейся в республике моде.

    Например, в октябре прошлого года в Грозном открылось кафе с корейским стритфудом — Chiko. В социальных сетях заведение раскручивают за счет азиатских знаменитостей, сериалов и аниме. И это работает: меньше, чем за год на аккаунт кафе в Instagram  подписалось почти 19 тысяч человек. Можно сказать, что Chiko в Грозном прижилось именно благодаря популярности азиатской культуры.

    Новость об открытии заведения вызвала недовольство в том числе у движения 1ADAT, которое выступает против Рамзана Кадырова. В Telegram-канале движения обвинили в появлении кафе дочь Кадырова, «министра разврата» Айшат:

    «Сейчас она отличилась в разрешении на открытие для какой-то новой корейской субкультуры. Это вот таким образом оказывается надо укреплять чеченскую культуру и традиции?

    Просто посмотрите комментарии у этой помойки где «девушки» оскорбляют на ровном месте парней просто из-за их негодования в отношении к данной мусорке. Это вот такую молодежь взращивает министр разврата Айшат. А сами девушки, которые чуть-ли не боготворят дорамы и K-pop, видимо вообще безродные, раз такое пишут»

    Однако часть экспертов и собеседников «Свободы (не) за горами» считает, что в регионе фанатов аниме не больше, чем в любом другом месте, и поэтому бороться с ними смысла нет. Сотрудник минкульта высказал мнение, что поклонники азиатской культуры просто больше выделяются, и лишь поэтому кажется, что их так много:

    — Я вот читал, узнавал про эту аниме или k-pop тусовку. Они же просто как сообщества активнее объединяются, чем любые другие фандомы. Это просто заложено, например, в k-pop культуру. Там надо сидеть, голосовать, чтобы твоя группа победила на каком-нибудь музыкальном шоу, покупать альбомы и все такое. Поэтому эти люди больше координируются друг с другом, чтобы узнавать, что и как делать. И, соответственно, оказываются более заметными.

    Аспирант факультета социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге, дагестанец Расул Абдулхаликов тоже считает, что количество поклонников аниме в республике преувеличено:

    «Популярности и корейским поп-группам, и азиатской культуре в Дагестане прибавила ситуация с разгоном аниме-фестиваля, чего, конечно же, никто из инициаторов этого скандала не ожидал. Однако мне кажется, что разговоры о том, будто азиатская культура в Дагестане мегапопулярна, весьма преувеличены. Да, конечно, у нее в республике довольно много поклонников, но их, безусловно, совсем не столько, сколько пишут в своих постах ее хейтеры, призывающие “спасать мусульманских детей от аниме-напасти”».

    Впрочем, собеседница «Свободы (не) за горами» Марина из Ингушетии не считает, что фанаты аниме и k-pop сильно выделяются. Напротив, на сегодняшний день они «просто живут свою жизнь».

    — Они не рискуют организовывать какие-то массовые мероприятия, потому что «не буди лихо, пока оно тихо», поэтому просто сидят по домам гуглят, смотрят. Это все. Вообще, конечно, у наших сдвиг по фазе случается, когда они сталкиваются с чем-то хотя бы немного новым. Везде им мерещатся разврат, гомосексексуалы… Помните, был случай, когда в Ингушетию с концертом хотела приехать старая группа Bad Boys Blue? Бравые ингушские парни, которые не то, что на английском, но и на своем родном языке нормально изъясняться не могут, решили, что blue в названии группы означает, что это группа геев. Тогда были смешные видео, как пацаны ставили стремянку и лезли по ней на высокий рекламный баннер, чтобы порезать вывеску с анонсом концерта, — смеется Марина. — Поэтому от них все, что угодно можно ожидать, вот «нефоры» и сидят тихо.

  • «Помочь русским братьям». Как осетин заманивают на войну и почему они массово отправляются на фронт

    «Помочь русским братьям». Как осетин заманивают на войну и почему они массово отправляются на фронт


    С начала полномасштабной войны в Украине медиа сообщали о беспрецедентном количестве осетин, уехавших на фронт. Как итог: количество смертей на душу населения в Северной Осетии значительно выше, чем в других северо-кавказских республиках. По данным «Медиазоны», 581 человек, но реальное число может быть выше.

    Это существенные потери для небольшой республики. Из-за снижения численности мужского населения лидеры 12 республиканских общественных организаций опубликовали открытое обращение к главе республики Сергею Меняйло, в котором потребовали раскрыть потери в Украине. Помимо этого, они отправили обращение Путину и попросили запретить призыв на войну «представителей осетинского народа».

    «На главной площади г. Владикавказа — площади Свободы — в течение недели проходило карнавальное празднество. Данный шабаш протекал в условиях, когда на фронтах СВО продолжает гибнуть молодежь Осетии, чьими телами уже переполнены кладбища Владикавказа <...> Разве в условиях, когда над Россией нависла смертельная угроза физического уничтожения, а осетинский народ вымирает прогрессирующими темпами, республика находится в нижней части общероссийского социально-экономического рейтинга, допустимы подобного рода “массовые гулянья”?», — говорилось в обращении общественников.

    Однако оно осталось без ответа. Мужчин из Северной Осетии продолжают забирать на фронт. В местных Telegram-каналах регулярно публикуют информацию о похоронах в республике: новые посты о церемониях прощания с погибшими появляются почти каждый день.

    На фронт отправляются и мужчины из Южной Осетии. Еще в октябре прошлого года заместитель командира корпуса по военно-политической работе Анатолий Бибилов отчитывался, что более 1100 добровольцев принимают участие в российском вторжении в Украину.

    Осетины сражаются в том числе и в Курской области: военнослужащие из Северной и Южной Осетий в составе батальона «Сармат», преимущественно состоящего из осетин, пытаются отразить наступление украинской армии. СМИ и пропагандисты объясняют такое число осетин на фронте или «благодарностью России за 2008 год». Эта же риторика используется для мобилизации населения.

    Наприемр, в середине августа в интернете появилось видео прокремлевского издания EurAsia Daily с добровольцами из «Сармата», где они рассказывают, что за помощь, которую Россия оказала Южной Осетии в 2008 году, они тоже будут «помогать ей уничтожать врага».

    Журналист, который снимает видео, спрашивает добровольцев: «[Вы] приехали, чтобы помочь русским братьям?»

    Помимо благодарности, разыгрывается и карта «мести за 2008 год»: в прогосударственных медиа и Telegram-каналах отмечают, что за Украину воюют бойцы из Грузии, которые по словам пропагандистов, пытаются отыграться за события 2008 года.

    «В свою очередь в составе ВСУ в Курскую область заскочили и грузинские наемники. Они оставили там надпись в адрес российских военных: «Это вам за Грузию 08.08.08», — говорится в статье EurAsia Daily.

    В Курской области воюет и ДРГ «Алания», в состав которого входят в основном добровольцы из Северной Осетии. На данный момент известно как минимум об одном военном из Северной Осетии, погибшем во время наступления ВСУ на территорию России.

    «При выполнении боевых задач по зачистке от нацистов Курской области героически погиб наш земляк Ядерный Георгий (племянник Беликовых). В свои 22 года не побоявшись отдать жизнь, встав на защиту детей, женщин и стариков Курской области. От лица командования и личного состава полка им.Исса Плиева выражаем искренние соболезнования родным и близким погибшего» — говорилось в новости о гибели 22-летнего Георгия Ядерного.

    Большое количество добровольцев из Северной Осетии объясняется, однако, не только «благодарностью России». Активист Алик Пухати в одном из выпусков подкаста «Свободы (не) за горами» объяснил, что есть несколько факторов. Сказывается и отсутствие других «социальных лифтов» в республике: по сути армия остается одной из немногих возможностей добиться статуса в обществе и достойной заработной платы:

    «Есть несколько причин, почему осетины идут [воевать]. Идеологическая причина: Россия нам помогла в войне 2008 года, и мы возвращаем свой долг. Армия — это один из немногих социальных лифтов, который работает для сельских жителей Осетии. Они массово работают в силовых органах, и поэтому для них было очевидно, что они пойдут на эту войну. У них не было выбора пойти и не пойти. Им сказали — они идут. Это такой иерархический аспект. Есть и материальный аспект. Денежные выплаты. Мало где человек сможет заработать столько в Осетии. Какой из этих аспектов больше влияет на решение человека — это большой вопрос. На мой взгляд, идеологический аспект повлиял на решение максимум сотен добровольцев, а остальные же были вынуждены пойти, потому что у них контракт с Минобороны или же просто предлагали хорошие деньги. Вот такая реальность», — говорил Алик Пухати.

    Для осетин вопрос воссоединения Южной и Северной Осетий стоит с 1992 года. Грузия вышла из СССР еще в 91-м, но Южная Осетия, входившая в Грузинскую ССР, осталась в составе союза. После распада СССР жители Южной Осетии во время референдумы заявили о желании воссоединиться с Северной Осетией. Из-за этого на территории Южной Осетии проходили боевые столкновения между грузинскими войсками и осетинами, которые хотели автономии.

    С 1992 года Южная Осетия оставалась де-факто независимой территорией со своей конституцией. Но напряженность и столкновения между грузинскими войсками и миротворцами из России и Осетии продолжались. Руководство Южной Осетии получало помощь от России и выдавало своим жителям российские паспорта.

    Положение оставалось неизменным до 2007 года, когда Михаил Саакашвили стал активно выступать за восстановление территориальной целостности Грузии и стремиться к вступлению в НАТО. Тогда Южная Осетия, которая долгое время оставались вне внимания России, резко стала объектом ее интереса.

    К лету 2008 года Южная Осетия была насыщена российским оружием, а российские военные тренировали местное ополчение. Напряжение между Грузией и Россией нарастало, и в начале августа начались вооруженные столкновения в районе Цхинвали. 8 августа Россия объявила о начале «операции по принуждению к миру». Активная фаза русско-грузинской войны продлилась пять дней.

  • «Мы называли его «наш русский». Как люди попадают в рабство и почему годами не могут выбраться

    «Мы называли его «наш русский». Как люди попадают в рабство и почему годами не могут выбраться

    Россия находится в первой десятке стран по количеству рабов, опережая Афганистан и Кувейт. Государство проблему не решает: внимание на нее обратили лишь после истории с «рабами из Гольяново», когда из фактического рабства в продуктовом магазине удалось освободить более 10 человек. Однако с тех пор ничего не поменялось, рабство по-прежнему остается острой проблемой: полиция закрывает глаза на рабовладения и не хочет связываться с такими делами, а вербовщики вылавливают своих жертв прямо на улицах в центре города. Распространившееся в России рабство быстро стало проблемой и в республиках Северного Кавказа.


    «Свобода не за горами» выяснила, как выглядит рабство сегодня и почему полиция и общество закрывают на него глаза.

    «Били из-за каждой мелочи»

    В 2012 году история о современном рабстве прогремела на всю Россию. Активисты движения «Альтернатива» освободили из подсобки круглосуточного магазина «Продукты» в московском Гольяново 12 человек — девять женщин и трёх мужчин: граждан Казахстана, Узбекистана и Таджикистана. Некоторые из них более 12 лет подвергались трудовой и сексуальной эксплуатации.

    «Мы в таких условиях проработали 10 лет. Нас не выпускали. Я за 10 лет в первый раз на улице. Нас били из-за каждой мелочи. Могли побить из-за того, что я у кого-то не взяла 10 копеек. Била нас женщина, хозяйка. Почти каждый день», — рассказывала одна из спасенных женщин.

    О «рабах из Гольяново» в том году говорили везде, они даже фигурировали в докладе госдепартамента США о торговле людьми. Казалось, что после того случая на проблему современного рабства будут обращать больше внимания в России, но на деле ситуация никак не изменилась. По данным «Global Slavery Index», Россия на восьмом месте по количеству рабов: на каждую тысячу человек тринадцать — в трудовой эксплуатации. Ниже находятся Афганистан и Кувейт.

    «Альтернатива» до сих пор вызволяет из ферм, кирпичных заводов и домохозяйств тех, чей труд незаконно эксплуатируют. Например, 25 января этого года волонтеры движения помогли минчанину Дмитрию выбраться из рабства на кирпичном заводе в дагестанском Каспийске.

    Последний громкий случай произошел этим летом. «Альтернатива» рассказала про 41-летнего Андрея Старостина, который попал в трудовое рабство. В ноябре 2021 года на площади Трех вокзалов в Москве к нему подошел неизвестный человек и предложил поработать три месяца в Ставропольском крае. У Старостина не было документов, поэтому «работодатель» даже обещал ему их восстановить.

    Андрея привезли на ферму, ее хозяин Рашид уговорил мужчину поработать на него три месяца. Но три месяца растянулись на три года. В обязанности Андрея входили уход за скотом и помощь по хозяйству. Жил Старостин в небольшой пристройке к дому, в помещении не было даже света. Единственные удобства Андрея — газовая плита и таз с водой из колодца.

    Мужчина работал с утра до вечера, зарплату ему не платили, только кормили обещаниями о деньгах и возможности уехать.

    — Удивительно, но длительное время мужчина мирился с происходящим и верил в хорошее к нему отношение. Ведь, по словам Андрея, Рашид ему купил кнопочный телефон, приносил лекарства, когда тот болел, и даже примерно раз в месяц/полтора вывозил в город на выходной, где Андрей мог провести время в интернет-кафе, — говорит «Альтернатива».

    Только в июне этого года Старостин окончательно осознал, что работа не закончится, и денег ему не заплатят. Мужчина позвонил своей сестре и рассказал ей, что он в беде. Сестра, в свою очередь, обратилась к «Альтернативе», и в июле активисты вызволили Андрея.

    «Наш русский»

    История Андрея Старостина не уникальна. Подобная «схема» порабощения людей существует десятки лет. «Свободе (не) за горами» удалось узнать о похожем случае в Ингушетии. Человек попал в рабство почти двадцать лет назад, а «хозяевам» его «продали» сотрудники полиции.

    В начале 2005 года сотрудники правоохранительных органов Ингушетии задержали в Назрани русского мужчину без документов и места жительства. Силовики привезли его к хозяину небольшой фермы в ингушском селе и предложили взять на работу. Хозяин фермы согласился и заплатил силовикам за помощь в поиске работника.

    — Я тогда была маленькой, не понимала же. Ну, думала, что человек просто у нас работает, — рассказывает «Свободе не за горами» дочь хозяина фермы Алия.

    Под жилье русскому Кириллу [имя изменено] выделили небольшой сарай. В обязанности мужчины входили помощь со стройкой и уход за скотом.

    — У нас в семье много детей, мы все с ним дружили, играли. Папа ему покупал сигареты и водку. В конце дня он заходил к нам в дом и говорил: «Алияшка, налей немного», — вспоминает девушка. — Я наливала немного, а он просил все больше и больше. Ты же понимаешь, я была маленькой. Хоть убей, я не понимала, что тут что-то не так. Я не знала, какие у него договоренности с моим отцом. Не знала, платил ли он ему, и, если да, то сколько. Мне наоборот казалось, что он был бездомным, а мы ему помогаем. Мы называли его «наш русский».

    Кирилл проработал на ферме ингушской семьи три года, а затем сбежал. Никаких вестей о нем не было две недели, после чего мужчина вернулся сам. У него не было ни документов, ни денег, а обратиться в полицию он не мог: его бы снова вернули на ферму.

    — Помню, я очень обрадовалась, когда он вернулся. Он снова жил у нас, — на вопрос о том, не смущало ли никого в семье, что мужчина жил в сарае, где помещались только маленькая кровать и шкаф, девушка отвечает, что нет. — Я думала, это лучше, чем жить на улице. По правде говоря, сейчас мне тоже странно это, конечно. Но мы им тогда брезговали. Он всегда был грязный, оборванный, было бы странно жить с ним в одном доме. Поэтому вот он жил в сарае.

    Спустя еще пять лет Кирилл попытался сбежать снова, в этот раз его нашли знакомые хозяина фермы и вернули ему. Больше мужчина попыток побега не предпринимал. Он прожил в этой семье 17 лет и умер в своем сарае.

    — Мы даже не знаем, сколько ему точно было лет, потому что он всегда путался. А документов ему так никто и не сделал. Клянусь, до того, как ты мне написала, я не задумывалась, что это вообще не нормально. Сейчас, конечно, понимаю, какой это ужас. Мы с сестрой пытались найти его родственников, он, когда был жив, называл нам имена, и мы искали их в соцсетях. Так никто и не откликнулся, — резюмирует девушка.

    Ферма этой семьи не находилась в отдалении, как было в случае Андрея Старостина. Наоборот, она располагалась на плотно застроенной сельской улице. Однако никого из соседей точно так же не смущало, что Кирилл без документов живет в сарае и работает без зарплаты.

    «Он представился ФСБшником»

    Одну из ключевых ролей в вовлечении людей в рабство играют вербовщики. Нередко они ищут жертв на вокзалах. Они могут разговориться с людьми и, узнав, что у тех есть проблемы с документами или деньгами, предлагают им «несложную» работу на заводе или ферме.

    В мае 2023 года «Альтернатива» опубликовала историю гражданина Узбекистана Алексея Самарина. Он жил в России без документов и постоянной работы. В 2020 году мужчина познакомился с «сотрудником ФСБ» из Чечни Александром Устиновым.

    «ФСБшник» предложил Самарину работу в Чечне и обещал зарплату в 10 тысяч рублей, питание и одежду. Самарин согласился, «сотрудник ФСБ» привез его к своей матери в Надтеречный район республики. По словам Алексея, через неделю работы на мать Устинова его увезли на животноводческую ферму. Там мужчину кормили один раз в день, денег не выплачивали, а с родственниками давали связаться дважды в месяц и только по громкой связи.

    Спустя почти три года рабства Алексей смог связаться со своей родственницей, которая обратилась к «Альтернативе».

    — Помочь Алексею оказалось задачей не из простых. Мы очень рады, что у нас появился новый волонтер по Северному Кавказу, который не отказал в помощи. Алексей дал ориентир в поле, где его нужно было ждать. В назначенную ночь Алексей сбежал с фермы, а наш волонтер его встретил. В общей сложности Алексей провел в рабстве почти 3 года, — пишет организация.

    После побега, «ФСБшник» связался с Алексей Самарином и угрожал ему, если тот не вернется на ферму: «Ты точно не вернешься? [Тогда] в России тебе точно не жить».

    Сейчас Алексей Самарин в безопасности.

    Самарина спасло то, что он сам заявил о своем положении. Выбраться из рабства может только тот человек, который понимает и признает, что он в трудовой эксплуатации, объясняют правозащитники. Иначе помочь людям практически невозможно.

    «Не обладая информацией о том, что конкретный человек с именем и фамилией хочет уйти [из рабства], мы можем просто прийти на эту ферму, посмотреть на то, как они все буду отрицать, что их к чему-то принуждают, и кивать на то, что сами отдали свои документы «на хранение». И всё. Современное рабство ровно за счёт этого и держится. Помочь можно только тому, кто сам хочет из такой ситуации выбраться и не боится обратиться за помощью», — говорил руководитель движения «Альтернатива» Олег Мельников.

    Несмотря на то, что в России есть статьи УК о принудительном труде, уголовные дела по ним заводятся редко. По словам юристов, следователи просто не хотят заниматься такими специфическими делами, а собрать доказательную базу по ним крайне сложно.

    «Все заканчивается на первом же вопросе: “Могли уйти, почему не ушли?” Физическое удержание, насилие — это как-то можно освидетельствовать экспертизой, но в большинстве случаев “рабовладельцы” используют психологические способы удержания: угрозы, конфискацию документов, долговую кабалу. В таких случаях доказывать состав преступления и разбираться в деле в разы сложнее, чем при снятии побоев», — говорил дагестанский юрист в разговоре с «Кавказ. Реалии».

    Поэтому активисты, которые помогает людям в рабстве, вынуждены работать без помощи правоохранительных структур:

    «На сообщения о трудовом рабстве в полиции реагируют примерно так же, как при заявлениях о домашнем насилии: “Это какие-то их разборки. Работник говорит одно, хозяин — другое, поди докажи, что кто-то кому-то не заплатил, чего мы будем копаться, кучу времени терять”. Для нас проще и быстрее подогнать машину в нужное место и помочь человеку бежать. А если у него еще и паспорт не отобрали, то вообще замечательно. Но даже если документов нет, все равно можно бежать, а паспорт потом восстановить», — рассказал координатор «Альтернативы».

    По словам активистов, сотрудники полиции иногда не только не помогают, но и возвращают беглецов из рабства обратно и получают за это вознаграждение. В таких случаях попавшие в рабство не знают, к кому обратиться. Организация «Альтернатива» существует с 2011 года, и за это время правозащитники помогли сотням людей выбраться из рабства.

    Куда обратиться:

    Если вы или ваши знакомые оказались в рабстве, обратитесь к движению «Альтернатива»

    Телефон: +7 (800) 550-71-40

    E-mail: support@alternative.help

  • Огонь по своим. Как кавказцев на фронте убивают свои же сослуживцы

    Огонь по своим. Как кавказцев на фронте убивают свои же сослуживцы

    За два года войны в Украине погибли сотни военнослужащих из республик Северного Кавказа. В июне по ингушским СМИ стала распространяться информация о военном из Ингушетии, убитом своими же сослуживцами. Смерть попытались выставить самоубийством, но при этом у убитого украли деньги с карты, а в сети стали распространять видеозапись трупа с травмами насильственного характера. Ингушское руководство попыталось замять ситуацию и заверить, что чиновники проконтролируют ход расследования. Однако «Свободе (не) за горами» удалось выяснить, что это не единственный подобный случай. Всего за неделю как минимум двое ингушских военных были убиты сослуживцами.

    «Свобода (не) за горами» рассказывает, почему никто не знает, что случилось с убитыми на самом деле, и как ингушские власти пытаются замять эти дела


    «Он же наш брат. Помолитесь за него»

    В середине июня в соцсетях стала распространяться информация, что российские военные убили в Украине своего сослуживца из Ингушетии, 25-летнего Рашида Дударова, за отказ участвовать в штурме. Об этом говорится в аудиозаписи неизвестного ингушского военного, который, судя по его словам, также находится в Украине.

    «Здесь в Украине был парень, который с нами приехал, [зовут] Рашид Дударов. Русские убили его за то, что он отказался идти на штурм. Выставили все так, будто он покончил с собой, но с его банковской карты похищены деньги. На теле видны следы, которые показывают, что его душили, а не он сам повесился. Он же в любом случае наш брат, даже несмотря на то, что мы тут. Помолитесь за него», — говорит военнослужащий на ингушском языке.

    Сначала об этом писали только в региональных пабликах, затем информация появилась и в СМИ. Один из родственников Дударова рассказал «Свободе (не) за горами», что семья парня даже планировала провести акцию, чтобы дело расследователи, но она так и не случилась, потому что с ними связались ингушские чиновники и заверили, что обстоятельства гибели военного будут расследованы.

    Уже спустя два дня после публикации аудиозаписи глава республики Махмуд-Али Калиматов взял дело под личный контроль. В официальной публикации Telegram-канала правительства Ингушетии заявлялось, что руководство направило обращения в региональные военную прокуратуру и Следственный комитет для «для проведения тщательной проверки по факту гибели Р. Дударова и объективной оценки произошедшего».

    В конце июня в селе Кантышево, откуда родом Дударов, прошли его похороны. Траурную церемонию посетили главы министерств и ведомств республики, первый вице-премьер региона и председатель парламента. Семье Дударовых передали гуманитарную помощь от имени главы Ингушетии Махмуд-Али Калиматова. Сами чиновники признают, что Дударов погиб не в результате самоубийства.

    — Мы знаем, что он [самоубийство] не совершал, мы знаем, что он умер не так, — говорит на видеозаписи с похорон один из чиновников матери погибшего военного.

    — Вам сейчас сложнее всего. Но что поделать… Как бы там ни было, это случилось, такая у него была судьба. Мы с первого дня позвонили и написали, куда надо. Мы это решим. Не грустите, что поделать… — говорит второй чиновник, обращаясь к матери Дударова.

    — Спасибо за то, что смотрите за нашим делом, и за то, что приехали к нам, — отвечает им мать погибшего военнослужащего.

    С момента похорон прошел месяц. Однако о ходе расследования гибели Рашида до сих пор нет никакой информации.

    О смерти Рашида Дудаева писали многие СМИ, а после аудиозаписи начало распространяться и видео. На нем видно, что на теле погибшего есть признаки насильственной смерти: обширные гематомы, борозда на шее и травма височной области. В описании говорилось, что это тело Рашида Дударова, однако «Свобода (не) за горами» выяснила, что это другой ингуш.

    «Мама, меня тут пытаются убить»

    34-летний Зяудин Тумгоев дважды сидел в тюрьме. В 2011 году его посадили на четыре года за сбыт и хранение огнестрельного оружия. Затем в июне 2022 года его приговорили к 18 годам за участие в организованной группировке, похищавшей людей и вымогавшей у жертв деньги и имущество.

    В мае 2024 года Тумгоев решил поехать на фронт, чтобы избежать дальнейшей отсидки. Из колонии его увезли в тренировочный лагерь в оккупированной Донецкой области. Уже через восемь дней родственникам сообщили о его гибели.

    В справке о причине смерти говорится, что Тумгоев умер от «внутримозгового кровоизлияния в мозжечок головного мозга». Также в документе указано, что «смерть наступила в результате заболевания».

    «Свобода не за горами» выяснила, что Тумгоев в 2019 году содержался в СИЗО г. Ногинска Московской области и пытался там покончить с собой из-за пыток.

    «Мам, меня пытаются тут убить. Я порезал руки, чтобы меня не повесили. Распространи это видео, они все знают, кто меня пытается убить», — говорил Тумгоев на видеообращении из СИЗО.

    Мы сравнили видео, на котором якобы труп Рашида Дударова, с видео Зяудина Тумгоева и выяснили, что это его тело, а не Дударова.

    Один из знакомых Тумгоева также подтвердил эту информацию. По его словам, в колонии пытки не прекращались, поэтому в конце мая мужчина согласился поехать в Украину. Однако уже 2 июня, еще в тренировочном лагере, Тумгоев был убит, у него остался семилетний ребенок.

    Чеченский блогер Хасан Халитов со ссылкой на родственников убитого в своем написал, что в ночь с 1 на 2 июня Зяудин переписывался с родными и говорил, что у него все хорошо, и что 2 июня после обеда, когда закончатся учения, он им позвонит. Однако вечером 2 июня родственникам Зяудина позвонил человек, представившийся комбатом, и сообщил о его смерти. По словам комбата, он нашел Зяудина без сознания на дороге.

    В течение четырех дней родственникам Тумгоева не сообщали, где тело погибшего. Из тренировочного лагеря с ними больше не связывались, в моргах говорили, что человек с именем Зяудин Тумгоев к ним не поступал. По словам Халитова, найти тело помог ингушский депутат, который выяснил, что в заявлении о смерти была сделана ошибка в фамилии. В заявлении его фамилия написана как «Тунгоев».

    «Когда тело привезли, оно было в ужасном состоянии. Вскрытие тела и головы было произведено в Донецке, хотя по всем правилам это должно делаться в морге на территории России. Он месяц должен был находиться на обучении. Исходя из этого, мы понимаем что Тумгоев даже не доехал до фронта, предположительно, его убили в лагере для обучения новичков», — написал Халитов.

    Меньше, чем за одну неделю, на войне, предположительно, собственными сослуживцами, были убиты двое ингушей. Они стали 84 и 85 погибшими в Украине уроженцами Ингушетии. Если дело о гибели Дударова республиканское правительство «взяло на личный контроль», то в случае Тумгоева никаких официальных заявлений не было до сих пор.

    Аида Магомедова

  • Из экзорцистов в успешных инфлюенсеров. Как исламские лекари стали популярны в соцсетях и начали зарабатывать на Wildberries

    Из экзорцистов в успешных инфлюенсеров. Как исламские лекари стали популярны в соцсетях и начали зарабатывать на Wildberries

    Деятельность исламских экзорцистов становится все популярнее на Северном Кавказе. С развитием социальных сетей они вышли из поля тайной и постыдной для обращающихся к ним людей деятельности. Теперь экзорцисты — успешные инфлюенсеры с сотнями тысяч подписчиков в социальных сетях, а за помощью к ним ходят люди по любым вопросам и даже без причин — как на ежегодное обследование к врачам. Особую популярность исламские лекари получили именно в последние годы: они продают лекции, самодельные лекарства от всех болезней и лечат от депрессии и тоски.


    «Свобода не за горами» поговорила с пациентами экзорцистов и изучила их бизнес, а теперь рассказывает, как работают обряды «исламской медицины» в Ингушетии, где лекарей считают героями и спасителями.

    Глава 1. Лечим от всех болезней

    У ингушского экзорциста Исы Барахоева популярный инстаграм аккаунт. На момент написания материала на него подписаны 260 тысяч человек. В описании профиля говорится, что Иса — «консультант шариатской рукъии», то есть экзорцизма. Большая часть его постов — пугающего вида фотографии игл, лезвий, частей ножа, ножниц, ниток, которые якобы выходили из тела человека во время сеансов экзорцизма.

    «те кто утверждают что это шарлатанство или обман ,я нахожусь в Сунже любой человек подскажет где я работаю…в любое время можете вызвать на шариатский суд относительно моей работы, если в ней есть обман или же шарлатанство докажите доказательствами а не болтовней», — предупреждает Барахоев тех, у кого могут возникнуть сомнения в его деятельности [орфография и пунктуация автора сохранены, — Прим. Ред.].

    Офис экзорциста находится в небольшом ингушском городе Сунжа. Официально он никак не зарегистрирован. На сеанс надо записаться заранее, цена одного посещения начинается от 500 рублей. Именно на этих сеансах Иса якобы достает из людей инородные предметы. Однако чтобы излечиться, можно и просто купить самодельные «лекарства», которые, как говорит сам мужчина, лечат от кoлдoвствa, сглaза, поражeния джинном, беcплодия, лишaя, депрессии, паpaлича, трeвог, бecпокoйcтвa и в целом — от вceх болезнeй.

    «Капсулы для выведения колдовства из желудка» Иса продает даже на Wildberries. Стоят они 1500 рублей, состав препарата не разглашается. Продажа никак не регулируется. На сайте Wildberries написано, что страна производства — Египет. В отзывах некоторые покупатели жалуются на плохое самочувствие после употребления капсул, производитель отвечает — «это нормальная реакция».

    «Болею джином из-за колдовства, начала принимать ваши капсулы,в первые же день появилось диарея,тошнота,боли в животе и слабость. Рекомендую всем», — пишет один из покупателей.

    Предприятие Исы Барахоева зарегистрировано на некую Барахоеву Асию Магометовну. В сводке индивидуального предприниматели написано, что категория зарегистрированного субъекта — микропредприятие, а среди видов деятельности указаны «торговля розничная лекарственными средствами в специализированных магазинах» и «деятельность в области медицины прочая».

    Помимо основной деятельности, Иса в своем блоге регулярно проводит рубрику «ответы на вопросы». К лекарю обращаются по разным вопросам, в том числе не относящимся к его «компетенциям»: однажды ему написала женщина, которая сообщила, что у ее ребенка рак крови, но от химии она отказывается, так как считает, что это сглаз. Экзорцист ответил, что в «такие моменты» он «советует совмещать исламскую и современную медицину».


    Сейчас Барахоев занимается еще и богословием. Он публикует записи лекций о том, как должны себя вести женщины и мужчины и что делать, чтобы уберечь себя от проклятий и сглаза.

    К Барахоеву обращаются и с проблемами, с которыми обычно приходят к психологу. Ахмед — 24-летний парень из самого большого ингушского города Назрань [имя изменено по просьбе героя, — Прим. Ред.]. К Исе Барахоеву его водили несколько лет назад, причина — «душевная болезнь». У парня умерла вырастившая его бабушка. От потери Ахмед долго не мог оправиться:

    «Я думал, зачем я теперь один тут остался. Больше никого такого близкого у меня не было. И такое состояние длилось на протяжении полугода точно».

    На затянувшуюся апатию и депрессивное состояние начали обращать внимание родственники Ахмеда. Двоюродные браться спрашивали, чем ему можно помочь. Ахмед предположил, что будет хорошо, если он начнет посещать психолога. Но братья вместо этого предложили сходить к Исе Барахоеву. Ахмед из любопытства не стал отказываться.

    «Иса Барахоев очень популярный у нас человек. Мы с друзьями пару раз говорили о нем. У него там был пост с фотографией каких-то ножниц и подписью “вышло по женской части”. Я очень удивился, подумал: “Чего?!”. Но друзья мои в его действиях не сомневались. Хотя с ними в детстве мы вместе смеялись над передачами русскими, где какие-то батюшки на людях скачут, что-то из них вытаскивают, говоря, что бесов изгоняют», — рассказывает Ахмед.

    По его словам, при нем ничего «сверхъестественного» на сеансе не происходило. Иса Барахоев читал аяты из Корана, а «бес» в парне себя не проявил. Но это не разубедило братьев Ахмеда: они продолжили верить, что методы экзорциста работают.

    «И мы потом едем домой на машине с братьями. Они реально чувствовали облегчение, что я там не стал по стенам бегать, значит, я чист. Мне же было вообще все равно. Ну, если их это успокоило, то и ладно», — говорит Ахмед.

    Ахмед — один из сотен клиентов Исы Барахоева. Если судить по соцсетям лекаря, то среди посетителей есть много тех, кто остался под впечатлением от посещений. Экзорцист периодически публикует сообщения от «благодарных людей», которые пишут, что после обрядов и лекарств им стало сильно лучше.

    Такая известность и широкий спектр оказываемых услуг, конечно, помогли сделать Барахоеву капитал. Как удалось выяснить «Свободе (не) за горами», лекарь ездит на новой модели BMW X5. Стоимость автомобиля варьируется от 12 до 21 млн рублей — и это в республике, где средняя зарплата находится в диапазоне от 15 до 30 тысяч рублей.

    Глава 2. Джинну страшно

    На таком прибыльном «рынке экзорцистов» Иса не единственный. Еще один известный «лекарь» Асхаб Хашагульгов принимает в ингушском селе Плиево. На его аккаунт подписаны более 100 тысяч людей. Если Иса постепенно переходит на более «инстаграмный» контент и все реже выкладывает фотографии с лезвиями, якобы вышедшими из людьми, то вся страница Асхаба Хашагульгова состоит только из них.

    По словам экзорцистов, все плохое с человек происходит из-за действий джиннов. По исламу, джинны — это невидимые для людей разумные существа, созданные Богом наряду с людьми и ангелами, живущие в параллельном мире. Джинны несравнимы с людьми по силе, мощи, скоростям и возможностям. Это не то же самое, что и бесы или черти.

    «Сегодня произошел такой случай, безусловно это делают джинны, не первый раз сталкиваюсь с такой ситуацией, без ничего дома происходили пожары, шторы сначала зажглись, потушили, потом как видите кровать зажглась, потом в другой комнате что-то зажглось, в таком случае либо кто-то наслал джиннов чтобы сжечь и уничтожить все, либо человек конкретно навредил джиннам», — писал про злоключения одного из своих клиентов Асхаб [орфография и пунктуация автора сохранены, — Прим. Ред.].

    Один из клиентов Асхаба Заур рассказал о своем опыте взаимодействия с экзорцистом [имя изменено по просьбе героя, — Прим. Ред.]. Парня отвезли к Асхабу на «лечение» полгода назад. Родственники считали, что в нем «что-то сидит», сам же парень это отрицал.

    По словам Заура, все происходит в одном большом блочном помещении. Пришедших людей делят на мужчин и женщин и разделяют по разным комнатам. Их кладут на пол, закрывают им глаза, объясняя это анонимностью. Однако до этого момента пришедшие видят друг друга, никакой анонимности в этих обрядах нет. И это важно отметить, потому что слухи о том, что в каком-то человеке сидит джинн, очень постыдные, они сильно влияют на жизнь человека.


    «Асхаб из колонок начинает читать стихи из Корана. Иногда бьют палкой, якобы потому, что джинн сильнее проявит себя, если побить палкой во время чтения Корана человека, в котором он сидит. Меня били палкой, но мои друзья рассказывали, что там могут и душить, и ногой наступать, и руками побивать», — вспоминает Заур.

    По его словам, палкой бьют несильно. Сами экзорцисты отмечают, что даже от легких ударов палкой джинн внутри человека очень мучается. Некоторых людей еще и приковывают наручниками к водопроводной трубе, которая проходит через помещение. Объяснение тоже простое: прикованному джинну становится страшно.

    «Ему [джинну] якобы становится безумно больно, просто невыносимо. И он начинает себя выдавать, выдавать себя еще быстрее, чем просто от чтения Корана», — объясняет Заур.

    Тех, кто странно реагирует на удары палкой, сразу начинают считать одержимыми. При этом, по словам Заура, у реакции есть гораздо более приземленное объяснение: парень объясняет, что даже при несильном ударе человек «по-любому дернется просто на рефлексах», потому что он лежит с закрытыми глазами, а над ним стоит незнакомый мужчина. Самому Зауру, впрочем, повезло:

    «Но я просто лежал, старался себя максимально контролировать, потому что, не дай бог, если я дернусь от своих рефлексов, они заявят, что это джинн во мне проснулся».

    Однако на сеансе были и люди, которые кричали, издавали страшные звуки. Диктофонная запись этого момента есть в распоряжении редакции.

    Заур посетил восемь сеансов Асхаба, все это время экзорцист отказывался принимать тот факт, что парень «чист». В итоге лекарь просто посоветовал Зауру совершать меньше грехов, чтобы избавиться от джиннов.

    «Как будто бы человек не хотел верить в то, что я ничем не одержим. Потому что изначально он заявляет, якобы, мол, приходите ко мне, я вылечу. Но когда он не может меня вылечить, он говорит: “Совершай поменьше грехов, ты тоже должен стараться, чтобы вылечиться, одних моих сеансов недостаточно”. Хотя изначально заявлено, что он вылечит на сеансах», — говорит Заур.

    По словам Заура, индустрия экзорцизма начала цвести в Ингушетии очень внезапно. А самих «лекарей» в народе считают чуть ли не героями и спасителями и регулярно к ним обращаются даже без причин.

    «Даже если нет никаких подозрений, люди могут идти туда, как мы, например, раз в полгода или раз в год идем на обследование к врачам, просто чтобы провериться, Например, у человека выпал выходной, у него в кармане появились лишние деньги, он идет, проверяет себя на джинна», — удивляется Заур.


    Как и Барахоев, другие экзорцисты тоже продают различные средства от болезней и недугов. Самодельные лекарства можно купить за 1500 рублей, начитанная Кораном вода обойдется в 500 рублей. Продаются даже листки А4 с сурами из священной книги — их можно приобрести всего за 100 рублей.

    Заур признается, что для него самым «неприятным персонажем» остается Иса Барахоев, потому что он призывает отказаться от психологии: например, не пить антидепрессанты из-за их вредности и сомнительной для лекаря эффективности. Барахоев уверяет, что даже дождь успокаивает лучше. Впрочем, и на другие болезни у Исы свой взгляд, сильно отличающийся от традиционного. Заур вспоминает, что и посинение кожи лекарь объяснял признаки колдовства и джинна:

    «Хотя это признаки серьезных сердечно-сосудистых заболеваний. И мне просто становится очень обидно и страшно, что какой-нибудь человек с серьезным заболеваниям увидит, что у него посинела кожа, и из-за его слов в своих соцсетях, побежит туда вместо того, чтобы лечиться [у настоящих врачей]. Его капсулы, которые, кстати, не прошли ни одного тестирования, не имеют никакой сертификации, помогают якобы от печали, от бессонницы, депрессии,  от панических атак, даже от бесплодия. Я просто в шоке. Мне кажется, уже медицину можно отменять. От всех болезней используем Барахоева Ису», — возмущается парень.


    Глава 3. Разрешение на отчитку

    Практика изгнания бесов существует далеко не только на Северном Кавказе: Русская православная церковь даже ввела официальный регламент на экзорцизм. Там есть три рекомендации: экзорцистам нельзя брать деньги за обряды, нужно получить письменное разрешение на «отчитку» от архиерея, и нужно отличать «беснование от психического заболевания».

    Официальный муфтият же предостерегает людей от «неквалифицированных» экзорцистов, но никак их деятельность не регулирует и в бизнес не вмешивается. Хотя некоторые люди все же признают, что действия многих экзорцистов нормам ислама не соответствуют и по сути являются колдовством.

    «Все, что применяет экзорцист, кроме аятов, священного Корана и молитв пророка Мухаммеда, считается колдовством. Но есть люди, которые, скажем прямо, хотят подзаработать на этом. Хотел бы их предупредить, что, занимаясь этим без знания основ ислама, они могут сами стать одержимыми», — говорил глава Духовного собрания мусульман России муфтий Альбир Крганов.

    Руководитель дагестанского информационно-аналитического центра «Фикр» Магомедрасул Омаров рассказывал, что в исламе вообще нет практики экзорцизма, которая позволяет дотрагиваться до человека или оказывать иное физическое воздействие. Тех, кто использует такие методы, Омаров назвал невеждами, «выдающими свою отсебятину за ислам».

    Споры об обрядах экзорцизма, которые проводят люди вроде Барахоева и Хашагульгова, продолжаются до сих пор. Однако не на официальном уровне: никаких проектов по регулированию и контролю все еще нет. Из-за этого исламские лекари не ограничены ни законов, ни формальными предписаниями и могут спокойно продолжать свой бизнес, наращивать популярность и подписчиков в соцсетях и зарабатывать на этом свой капитал.

  • «Год семьи»: как Северный Кавказ пытается вытянуть Россию из демографической ямы

    «Год семьи»: как Северный Кавказ пытается вытянуть Россию из демографической ямы

    Россию ожидает демографическая яма: численность население в ближайшие десятилетия упадет более, чем на 7 млн человек. Судя по официальным данным, страну будут спасать республики Северного Кавказа, где население, наоборот, растет. Или, по крайней мере, такую картину рисуют местные власти, которые при этом прибегают к радикальным и не самым эффективным методам повышения рождаемости. Как люди превращаются в звон монет в местных бюджетах и каким образом Северный Кавказ следует за Россией в тренде на «повышение рождаемости» — объясняем на простых примерах, несложных числах и реальных историях жителей региона.


    Прогнозы и реальность

    К концу 2045 года население России, по прогнозам Росстата, уменьшится до 139 миллионов человек. Это сильное снижение по сравнению с численностью населения на январь 2023 года, когда в стране проживало 146,45 миллиона человек.

    Больше всего естественная убыль населения (превышение числа умерших над числом родившихся) будет заметна в Москве и Подмосковье. Но с учетом миграции число жителей столичных регионов все равно не упадет, считает Росстат.

    Северный Кавказ, тем временем, — это единственный регион России, где ожидается прирост численности населения. Население республик Северного Кавказа к 2045 году должно увеличиться более, чем на 900 тысяч человек. Сильнее всего вырастет количество жителей в Чечне: сейчас там живут около 1,5 млн человек, а уже через двадцать лет их число превысит два миллиона. В Дагестане население вырастет более чем на 400 тысяч человек, в Ингушетии — на 129,7 тысячи, в Кабардино-Балкарии — на 27,9 тысячи.

    Убыль населения прогнозируется в трех Северокавказских регионах: это, прежде всего, Ставропольский край, где численность сократится на 100 тысяч человек, и Северная Осетия, где через двадцать лет будет жить на 60 тысяч человек меньше. Незначительное снижение ожидается и в Карачаево-Черкесии: приблизительно на 9 тысяч человек.

    Однако эти цифры выглядят оптимистично лишь на бумаге. Из подсчетов Росстата может сложиться впечатление, что Северный Кавказ в авангарде с Чечней и Дагестаном буквально вытягивает Россию из демографической ямы. Однако к ведению статистике на Северном Кавказе есть вопросы.

    В регионе на самом деле живет значительно меньше людей, чем заявлено, подсчитали эксперты проекта «Если быть точным». На это указывают многочисленные странности и аномалии: например, если попробовать проследить взаимосвязь между числом женщин в Ингушетии и коэффициентом рождаемости, то получится, что в республике почти половина женщин бездетна, хотя, по официальным данным, эта доля не превышает 15%.

    В реальности, по мнению экспертов, на Северном Кавказе живет на несколько сотен тысяч людей меньше заявленного. В Дагестане, например, приблизительно 500 тысяч человек существуют лишь на бумаге, в Ингушетии же число «мертвых душ» превышает 150 тысяч человек. А завышают цифры ради денег: чем больше население республики, тем выше дотации из федерального бюджета, от которых регион сильно зависим.

    Как правительство РФ пытается «спасти ситуацию»

    Для России повышение рождаемости стало одной из приоритетных задач. 2024-й год объявили «годом семьи» ради привлечения внимания к «демографической политике и систематизации работы по поддержке семей с детьми», а президент Владимир Путин в декабре заявил о создании нацпроекта «Семья». Его цель — «добиться устойчивого роста рождаемости в течение ближайших шести лет».

    «Большая многодетная семья должна стать нормой, философией жизни общества, ориентиром всей государственной стратегии».

    Многие методы по повышению рождаемости Северокавказские республики «заимствуют» у федеральных властей — или же сами федеральные власти используют регион как испытательный полигон для своих идей. В России уже начали предпринимать меры для увеличения численности населения — причем эффективность этих мер не доказана. Например, постепенно власти навязывают отказ от абортов и пытаются ограничить их количество запретами.

    Летом прошлого года министр здравоохранения Михаил Мурашко заявил, что Минздрав готовиться к обсуждению запрета абортов в частных клиниках. Уже осенью об этом заговорили и в Госдуме. К инициативе начали подключаться и спикеры с Северного Кавказа: депутат Госдумы от Дагестана Султан Хамзаев и вовсе предложил платить деньги женщинам, «перехотевшим» делать аборт.

    Многие клиники заблаговременно решили соблюсти еще не принятый закон. Частные медицинские организации начали массово отказываться от проведения абортов. Это произошло, например, в клиниках Курской и Челябинской областей, аннексированного Крыма, Мордовии и Татарстана.

    Еще одна мера, которая должна сократить количество абортов, — это введенные по всей страны «дни тишины». Если срок беременности менее 11 недель, то между обращением в клинику и абортом должно пройти не менее недели — предполагается, что за это время женщина должна «хорошо подумать» о своем решении прервать беременность.

    А что на Северном Кавказе?

    Инициативы по повышению рождаемости активно применяются в регионе: ведомства республик регулярно отчитываются об успешности своих программ. Например, Дагестанский центр охраны здоровья семьи и репродукции заявил, что в «дни тишины» 430 женщин после разговора с врачом отказались прерывать беременность.

    «Свобода (не) за горами» смогла поговорить с одной из женщин, которая в начале октября прошлого года отказалась от аборта из-за уговоров врачей, однако спустя время пожалела об этом:

    «Я тогда абсолютно точно не хотела ребенка от своего мужа, думала с ним развестись. Когда я случайно забеременела, решила ничего не говорить супругу, а сразу пойти на аборт. Это даже не было для меня тяжелым решением, я просто сходила в больницу без груза на сердце. Врач гинеколог стала меня расспрашивать, мол, а зачем? А как я себя буду чувствовать? А разве я не мусульманка?».

    27-летнюю Румиту тогда убедили, что после аборта детей у нее не будет, а ребенок может помочь сохранить брак. Сейчас женщина на пятом месяце беременности. Ребенка она не хочет, о том решении пожалела почти сразу. Но сейчас, помимо врачей, на нее давят и родственники.

    Вслед за Дагестаном демографической ситуацией озаботились и в Чечне. Правительство республики утвердило «программу по повышению рождаемости в республике». Основная роль отдана «профилактике абортов»:

    «Количество женщин, обратившихся в женские консультации за направлением на аборт (по желанию) в 2022 году — 259. Все обратившиеся женщины направлены и проконсультированы в кабинетах медико-социальной поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Из них отказались от искусственного прерывания беременности и встали на учет по беременности — 254, сделали аборт — 5 женщин», — говорится в отчете.

    В ноябре прошлого года местный Минздрав открыл горячую линию для того, чтобы отговаривать женщин от прерывания беременности. В описании к горячей линии говорится, что для один разговор может помочь принять «самое важное решение в жизни — сохранить будущую жизнь». А сама кампания называется «Беременность = уверенность».

    Объявление «Года семьи» было с восторгом воспринято главой Чечни Рамзаном Кадыровым, который назвал поддержку семей одним из важнейших условий для устойчивого развития общества. И сразу привел в качестве анти-примера западные страны:

    «Во многих так называемых «прогрессивных» странах данное понятие сильно искажено, как и традиционные ценности, в целях продвижения современной повестки. К счастью, в России мы сумели сохранить его чистоту и неприкосновенность, признавая значение и укрепляя роль семьи в нашем обществе. Я очень рад, что вопрос семейной политики держит на особом контроле наш национальный лидер».

    В Чечне повышение рождаемости достигается за счет ухудшения жизни женщин. По решению Кадырова, у жительниц Чечни нет возможности спокойно развестись: в республике действует целый комитет, направленный на примирение супругов. По мнению главы Чечни, «Комиссия по гармонизации» должна «вернуть женщин, которые ушли от мужей». Сама организация отчиталась, что за пять лет деятельности она добилась воссоединения трех тысяч семей.

    В Ингушетии и Карачаево-Черкесии нет вообще ни одной клиники с лицензией на аборт, но при этом есть медучреждения, где можно провести женское обрезание — калечащую процедуру на женских половых органах. Именно Ингушетию и Карачаево Черкесию привела в пример вице-спикер Анна Кузнецова, когда предложила губернаторам «задуматься об ограничении выдачи частным клиникам лицензий на проведение абортов». И это несмотря на то, что многие медицинские организации и так отказались от проведения абортов.

    Такие инициативы от официальных лиц показывают, что опыт Северного Кавказа быстро перенимают не только соседние регионы, но и федеральные власти. При этом эксперты считают, что предпринимаемые местными властями меры не работают, а рождаемость даже в этих республиках будет снижаться в ближайшие годы. Но это не мешает Северокавказским республикам становиться флагманом в вопросе повышения рождаемости и семейных ценностей.

  • «Реальная явка в Чечне — порядка 30%». Как на Северном Кавказе рисуют нужные цифры ради Владимира Путина

    «Реальная явка в Чечне — порядка 30%». Как на Северном Кавказе рисуют нужные цифры ради Владимира Путина


    В России завершились президентские выборы, закончившиеся переизбранием Владимира Путина. Республики Северного Кавказа показали беспрецедентную явку и высокий процент голосов за Путина, а в Чечне действующий президент и вовсе «набрал» рекордный по России показатель — свыше 98%. Пользуясь случаем, прокремлевские эксперты уже поспешили заявить о «высоком уровне доверия президенту» в регионе.

    Однако сами жители региона рассказали «Свободе (не) за горами» о многочисленных нарушениях, а наблюдатели прошлых выборов — о том, как им удалось развенчать миф о 99%-й явке в Чечне и массовом голосовании за Путина. Объясняем, что на самом деле происходило последние три дня на Северном Кавказе и насколько реальность расходится с цифрами в протоколах.

    Чечня

    О результатах голосования в Чечне отчитались раньше всех. Владимир Путин «победил» на выборах в республике с 98,99% голосов. На участки явилось 97% от общего числа избирателей.

    Остальные кандидаты набрали меньше одного процента. При этом на втором месте оказался аутсайдер президентской гонки Леонид Слуцкий (0,5%, 3 954 голоса), который уже заявил, что доволен результатами в том числе из-за второго места в Чеченской республике.

    Слуцкого и Кадырова многое связывает: в 2018 году глава республики заступился за депутата, когда несколько журналисток обвинили того в домогательствах. Позже один из ближайших к Кадырову людей и его идеолог Джамбулат Умаров стал координатором чеченского отделения партии ЛДПР. Сам Слуцкий из-за такой поддержки и вовсе хотел провести предвыборный съезд своей партии в Грозном.

    Официально никаких нарушений в Чечне не зафиксировали, независимых наблюдателей там не было, но собеседники «Свободы не за горами» из региона жаловались, что их заставляли ходить на голосование.

    «Я учительница. Нас сильно заранее предупредили, причем в таком приказном тоне, чтоб в эти три дня мы «ничего не планировали». Нас возили на автобусе по разным участкам, мы вбрасывали по несколько бюллетеней. Еще смешно было, потому что нам сказали вкинуть по одному за других кандидатов. Вот за Денаванкова [имеется в виду Даванков от «Новых людей», — прим.], Слуцкого и третьего. Они так пытались сделать так, чтобы не совсем палевно было. В итоге все равно у Путина 99%. Если не считать самих кадыровцев, я не знаю в Чечне людей, которые бы голосовали за него искренне, а не из страха перед Рамзаном», — говорит Людмила [имя изменено по просьбе героини, — прим.].

    В этом году на избирательных участках в Чечне не было независимых наблюдателей. Однако в 2018 они были. Тогда накануне выборов Алексей Навальный разместил на своем сайте информацию о том, что готовит к отправке в Грозный «53 добровольца, желающих понаблюдать за выборами в Чечне».

    Эта инициатива вызвала скандал: идею не поддержали другие партии, в том числе оппозиционное «Яблоко», где посчитали поездку небезопасной, а наблюдателей — недостаточно опытными и информированными. Против высказалась и журналистка «Новой Газеты» Елена Милашина, назвавшая уровень подготовки наблюдателей недостаточным.

    Несколько десятков людей, несмотря ни на что, поехали в Чечню. В инстаграме «Наблюдатели в Чечне» они тогда разместили фото на фоне мечети Грозного с подписью: «Постараемся завтра постить сюда всю актуальную информацию о том, как протекают выборы в «самом спокойном регионе планеты».

    И результат у этого был. На некоторых участках благодаря наблюдателям удалось установить реальную явку избирателей. На одном из участков она составила 35%, на другом — 36%. Как объяснила собеседница «Свободы (не) за горами», ставшая тогда наблюдателем, на всех участках, где велось независимое наблюдение, результат был значительно ниже, чем на участках без наблюдателей:

    «Я думаю, что реальная явка в Чечне — порядка 30%. На одном из наших участков в центре Грозного была примерно такая явка, там одна из наблюдательниц закатила истерику сотруднику полиции: «Я беременная, а вы с беременной женщиной так обращаетесь». Видимо, этот момент про беременность сотрудника полиции задел, и они не пустили карусельщиков.

    У нас на участке явка была около 70%. Но они явно вбрасывали. Какое-то количество каруселей мы опознали и развернули, какое-то количество не смогли, потому что нас запирали в учительской, угрожали, еще что-то. Но на всех участках, где тогда были независимые наблюдатели, явка была значительно ниже. Это был первый опыт наблюдения в Чечне, и он ломает заявления, что у них стопроцентная явка. Это ломает стереотип, что все там голосуют за Путина. 30% или 70% — это всё равно не 99,9%».

    Некоторые из наблюдателей не столкнулись с сопротивлением на своих участках, а сотрудники полиции шли на встречу и даже помогали. Однако собеседница «Свободы (не) за горами» столкнулась с обратной ситуацией:

    «В какой-то момент приехали очень непонятного вида мужчины, пытались нас отодвинуть от урны, говорили что-то из разряда: «Девушки, красавицы, поедем сейчас куда-нибудь в горы пить вино». Я говорю: «Вам Рамзан Кадыров не разрешает пить вино». Он говорит: «Нам  разрешит».

    Первое в истории независимое наблюдение в Чечне имело ощутимые результаты: в 2018 году явку нарисовали скромнее — около 83%. Да и «поддержка» Владимира Путина была чуть менее внушительной — 91,44%.

    Ингушетия

    Правительство Ингушетии для пропаганды выборов использовало пожилых жителей республики. В первый день голосования глава региона Махмуд-Али Калиматов поехал к единственному оставшемуся в живых ветерану ВОВ из Ингушетии, которому в этом году исполняется 100 лет.

    Калиматов, конечно, поехал не с пустыми руками, а с урной для голосования. На видео можно заметить, что пожилой мужчина не был в состоянии даже на вопрос главы региона о самочувствии ответить. При этом проголосовать его заставили.

    Весь день государственные СМИ и телеграм-канал правительства республики выкладывали видео, на которых члены избирательных комиссий ездили по домам пожилых людей с урнами для голосования и корзинами с подарками.

    Внучка одного из пожилых мужчин рассказала «Свободе не за горами», что это первый раз за много лет, когда правительство региона вспоминает о ее деде-долгожителе:

    «Я с самого начала была против того, чтобы соглашаться на эту клоунаду. Чувствую какую-то злость, что они используют даду [«дед» на ингушском, — прим.] в своей пропаганде. Но у меня права голоса в этом вопросе не было, к сожалению».

    Помимо этого, людей зазывали на выборы, устраивая там концерты или раздавая бесплатную еду. На участок 406 в городе Малгобек даже привезли пожилых мужчины в национальных одеяниях, которые читали «назмы» — духовные песни о жизни пророка, его сподвижников или просто с мольбами к богу.

    В Ингушетии после подсчета 56,34% протоколов Путин набрал 89,87% голосов. Явка составила 85%. При этом местное издание «Фортанга» обратило внимание на «математический перфекционизм от Избиркома», потому что в республике за первые два дня «проголосовали» ⅔ избирателей.

    Северная Осетия

    В Моздоке 27-летняя жительница вылила йод на списки избирателей. На нее составили административный протокол за «мелкое хулиганство».

    «По её словам, мошенники манипулировали ею с 13 марта. Взломали личный кабинет на «Госуслугах». Она успела перевести им около 600 тыс. рублей», — писал портал Крылья TV.

    Изначально девушка пыталась испортить йодом бюллетени, но ей помешали полицейские. Пытаясь вырваться, нарушительница пролила жидкость на список избирателей.

    Девушка оказалась женой участника войны в Украине.

    Председатель избиркома Северной Осетии Жанна Моргоева заявила, что йод попал только на уголок списка, а инцидент «не повлиял на процесс голосования».

    Участковая избирательная комиссия села Эльхотово решила пригласить на выборы с помощью видео, на котором члены комиссии встречают жителей под песню со словами:

    «Матушка-земля, белая березонька. Для меня — Святая Русь, для других — занозонька».

    Явка в Северной Осетии также оказалась аномально высокой — 91,05%. За Путина — около 90%.

    Карачаево-Черкесия

    В Карачаево-Черкесии Путин тоже набрал 90%, республика наряду с Чечней, Дагестаном, Кабардино-Балкарией и Северной Осетией оказалась в списке регионов с самыми высокими результатами Путина по России.

    Заманить избирателей пытались с помощью религиозных и патриотических мотивов. В регионе на участках устраивали и разговение для тех, кто держит пост на Рамадан, и проводы масленицы. А местные государственные СМИ активно писали об участниках войны в Украине, которые приходили голосовать.

    Однако, как и в Северной Осетии, не обошлось без нарушений процесса: на одном из участков на выборах президента России в Карачаево-Черкесии женщина вылила чернила в урну для голосования. Ее почти сразу задержала полиция.

    Собеседник «Свободы не за горами» местный житель Мурат рассказал, что на многих участках были нарушения. Например, в школе, где голосовал Мурат, прямо над членами избирательной комиссии, сбоку от урн, висел огромный плакат Путина. Хотя агитация во время выборов запрещена.

    Кабардино-Балкария

    Явка в Кабардино-Балкария — почти 93%. Здесь Путину насчитали 94,19%. Это не сильно отличается от показателей 2018-го года, когда в Кабардино-Балкарии Путин набрал даже больше, чем в Чечне: 93,38%.

    На сайт проекта «Карта нарушений», где собирают статистику по нарушениям на избирательных участках, житель Кабардино-Балкарии прислал сообщение о проведении незаконной агитации за Путина.

    «Незаконная агитация в УИК — портрет Путина на фоне урны. Причем фото опубликовала глава местной администрации Татьяна Саенко», — говорится в сообщении.

    Как можно заметить на прикрепленной фотографии, портрет Путина висит на стенде с надписью «Символика нашей родины».

    Дагестан

    В Дагестане результат Путина достиг 93%. Явка в регионе оказалась самой низкой по Северному Кавказу — «всего» 86%. И это несмотря на то, что голосовать призывали многие публичные деятели, даже муфтият Дагестана.

    Активно использовали и патриотическую повестку: дагестанские пропагандисты писали о том, что на выборах участвуют вдовы участников войны в Украине. На фото-отчете с избирательных участков можно заметить женщин в черных платках.

    «Сила матерей» продолжает активно участвовать в Выборах Президента РФ-2024. Матери, вдовы, родные погибших участников СВО показали высокую явку и патриотизм. Проявили гражданское право и сознание, сделали выбор в пользу сильной России. «Сила матерей» за сильную Россию!» — отчиталась, например, организация «Сила матерей», куда входят родственницы погибших дагестанских военных.

    Окончательные итоги выборов огласят 21 марта. Однако все кандидаты уже согласились с предварительными результатами, а Леонид Слуцкий и Николай Харитонов поздравили Владимира Путина. Из глав Северокавказских республик с переизбранием Путина публично пока что поздравили только глава Северной Осетии Сергей Меняйло и глава Чечни Рамзан Кадыров. Из зарубежных лидеров — главы Азербайджана, Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Китая, Ирана и Беларуси.